Немного фактов о пиратах (14 фото)

Зарождение пиратства

Само слово пират появилось в IV—III веках до н. э, а до этого применялось слово «лэйстэс», которое также ассоциировалось с грабежами и убийствами. Само пиратство появилось одновременно с мореплаванием, а грань между мореплавателями и пиратами была очень тонкой – большинство мореплавателей торговали там, где не чувствовали себя достаточно сильными, чтобы грабить и захватывать в плен.

По мере развития мореплавания, пиратство стало считаться одним из самых тяжких преступлений, а многие государства даже объединялись для борьбы с морскими разбойниками. Впрочем, несмотря на постоянную борьбу с ними, пираты существуют и до сих пор, так как окончательно искоренить жажду легкой наживы нельзя.

Виды пиратов

Существует довольно много имен морских и речных разбойников. Чаще всего они различаются по тем местам и времени, в которых они грабили суда и нападали на прибрежные поселения.
Тевкры — ближневосточные пираты, орудовавшие в XV—XI веках до нашей эры, один из народов моря.
Долопийцы (Dolopians) — древнегреческие пираты, также известные как скирийцы, грабили во второй половине VI века до нашей эры.
Ушкуйники — новгородские речные пираты, промышлявшие по всей Волге вплоть до Астрахани, преимущественно в XIV веке.
Берберские пираты – орудовали преимущественно в водах Средиземного моря, но появлявшиеся и в других морях.
Ликеделеры — пираты североевропейских морей времен Ганзейского Союза.
Буканир (от англ.— buccaneer) — это английское название флибустьера (во второй половине XVII века)

Флибустьеры

Флибустьер – это морской разбойник XVII века, который имел специальную разрешительную грамоту (комиссию или каперское свидетельство), которая разрешала ему нападать на определенные корабли и колонии, а также указывает, где он имеет право сбывать свою добычу. Как правило, такая грамота давалась в военное время – губернаторы английских и французских островов Вест-Индии не получали достаточной военной помощи от метрополий, поэтому они за деньги давали разрешительные грамоты любому капитану корабля.

Можно отметить, что флибустьерами были изгои общества из разных стран и разного социального положения, при этом они строго придерживались своих законов и обычаев. К примеру, еще до выхода в море флибустьеры обговаривали, кому сколько добычи достанется. Примечательно, что часть добычи обычно отдавалась губернаторам, королям и прочим чиновникам.

Корсары

Само слово корсар появилось в XIV века от итальянского «корса» и французского «ла корса». Корсары мало чем отличались от флибустьеров, так как они тоже нападали на вражеские суда по лицензии какого-нибудь государства. А в мирное время им давали репрессальную грамоту, которая также давала право на грабеж вражеских судов для «возмещения ущерба со стороны подданных другой державы».

Обычно лицензия на пиратство покупалась частным судовладельцем, который и снаряжал судно за собственный счет. В странах германской языковой группы синонимом корсара является капер, а в англоязычных странах — приватир (от латинского слова privatus — частный).

Способы ведения боя

Почти во все времена главным способом ведения боя был абордаж. Происходило это так – атакующий корабль вплотную сближался с «жертвой», после чего корабли сцеплялись специальными абордажными баграми, кошками и дреками, чтобы корабли не разошлись во время боя. Далее пираты высаживались на палубу корабля противника с помощью мостков и захватывали корабль с применением холодного и огнестрельного оружия.

Такой способ нападения позволял минимизировать повреждения обоих кораблей и ценного груза, который находился в трюме жертвы. Поверженный корабль при этом могли, как отвести в порт, так и затопить после грабежа, если он был серьезно поврежден.

Сами атаки не были бездумными, над палубой корабля натягивали прочную верёвочную сеть для защиты от падающих обломков, на марсах матч размещались стрелки, чтобы сверху, с более удобной позиции вести огонь по неприятелю. Также пираты продумывали и защиту своего корабля, к примеру, для защиты квартердека и полуюта, где находились средства управления судном, между бортами воздвигали баррикады из брёвен и бочек, наполненных железным ломом.

С появлением страховки грузов, многие капитаны кораблей с дорогим грузом предпочитали просто отдать добычу пиратам и получить страховку. В таких случаях удавалось избежать ненужных жертв.

Веселый Роджер

Конечно, одним из главных символов пиратов является флаг с черепом человека и костями – Веселый Роджер. Единого пиратского фага не существовало – вариантов этого флага было достаточно много. На некоторых изображались черепа с костями, на других череп и песочные часы (намек, что время утекает), на третьих рука с саблей и т.д.

Пираты никогда не плавали под пиратскими флагами, напротив, они старались использовать флаги разных стран в своих целях – поднимали флаги тех стран, которым симпатизировали или наличие которых было уместно в данной ситуации. Например, при атаке испанцев, пираты могли поднять английский флаг, так как Испания и Англия находились в состоянии войны. Или напротив можно было использовать «удобный» флаг, чтобы быстро уйти от более сильного врага.

Что касается «Веселого Роджера», то его иногда поднимали уже в момент атаки на корабль – для устрашения.

Особенности жизни пиратов

Какими мы видим пиратов в фильмах и книгах? Чаще всего это пьяницы, которые отличаются особенной жестокостью и полным отсутствием манер. На самом деле далеко не все рассказы о пиратах соответствую действительности.

Как уже упоминалось выше, грань между мореплавателями и пиратами была довольно тонкой. Именно поэтому многие пираты (особенно капитаны) были образованы, ведь им надо было ориентироваться в морях и океанах, содержать корабль в надлежащем виде и т.д.

Некоторые капитаны пиратских кораблей так и вовсе слыли начитанными и образованными людьми, но об этом немного позже.

Среди экипажа корабля всегда царил порядок, алкоголь почти на всех кораблях был запрещен, никаких разборок между собой не допускалось. А вот масштабные пьянства чаще всего устраивались в портах.

У многих пиратов были клички, но давались они не потому, что пират начинал новую жизнь. Все было гораздо проще – таким образом, пираты скрывались от закона.

Добыча пиратов делилась на равные доли, после чего они распределялись между всеми. Больше всего долей получал капитан, потом те пираты, которые участвовали в сражениях, ну а меньше всего получал персонал корабля
Повязка на глазу пирата не всегда означала ранение. Официально это не доказано, но вполне возможно, что пираты использовали черную повязку на одном глазу для более быстрой адаптации к темному трюму корабля. Дело в том, что в трюме корабля очень темно, и при спуске туда с палубы глазам человека требуется несколько минут для адаптации. Пирату достаточно было снять повязку с глаза, и он мог намного лучше видеть в темноте

Пиратские клады
Но самым главным мифом о пиратах является то, что они были богаты и закапывали свои клады.

В большинстве случаев пираты имели довольно небольшие корабли, которые были оснащены максимум 12-15 пушками и то небольшого калибра. Нападать с таким вооружением на большие испанские галеоны или другие крупные корабли было равноценно самоубийству, а именно на таких крупных и хорошо вооруженных кораблях перевозили наиболее драгоценные грузы и монеты. Конечно, пираты могли нападать сообща, но и в таких случаях корабли могли отбиться, а в случае успеха пиратов, добычу приходилось делить не менее чем на 200 человек, а то больше.

В итоге, пираты довольствовались грабежом только небольших судов, которые принадлежали частным купцам. А взять с них, как правило, было нечего – только товар. К слову, награбленные товары пираты продавали в портах по цене раз в десять меньше их стоимости.

Конечно, если брать в расчет корсаров и флибустьеров, которые фактически состояли на государственной службе, у них корабли были намного лучше. Кроме того, корсары часто плавали группами по 4-8 кораблей. Они могли нападать на более мощные корабли с богатой добычей, но и делить добычу им приходилось не только между собой, но и с судовладельцем, который снаряжал этот корабль.

Большинство пиратов были бедны, поэтому им просто нечего было закапывать. Да и век пирата длился не долго, поэтому им не было никакого смысла закапывать свои накопления. Миф о богатых кладах пиратов появился на основе всего нескольких случаев обнаружения пиратских тайников.

Известные пираты

Чёрный Барт
Бартоломью/Барт Робертс – пират, известный, как Чёрный Барт. Этот пират промышлял в Атлантике и Карибском море, на его счету более 400 захваченных кораблей всего за три года.

Несмотря на то, что Чёрный Барт собственноручно повесил на рее губернатора одного из захваченных городов, он ненавидел безжалостность, сквернословие, пьянку и невоспитанность. Кроме того он хорошо одевался, имел превосходные манеры, всегда был чисто выбрит и не употреблял алкоголь. Также этот пират имел идеальный подчерк и любил музыку.

Чёрная Борода
Один из самых известных пиратов — Эдвард Тич по прозвищу «Чёрная Борода». Впрочем, его боевые заслуги были не столь масштабными, как у других пиратов, зато запоминался он тем, что ему нравилось вселять ужас в своих врагов одним только своим видом. Ходят слухи, что Черная Борода вплетал себе в бороду подожженные фитили и в клубах дыма, как сатана из преисподней, врывался в ряды противника.

Френсис Дрейк
Несмотря на свою пиратскую славу, Френсис Дрейк сделал ряд открытий, за которые получил рыцарское звание. Именно Дрейк открыл пролив между островом Огненная Земля и Антарктидой. Также этот пират участвовал в разгроме испанской Непобедимой Армады в 1578 году.

Жан-Франсуа Олонэ

Пират Олонэ прославился своей жестокостью, даже по меркам пиратов. Он был смелым и удачливым военачальником, но вот капитаном корабля он был не самым выдающимся. Четыре раза он сажал свои корабли на мель, последнее крушение стало для него роковым — индейцы-каннибалы съели его.

Джон Морган.
Генри Морган, именуемый в книге А.О.Эксквемелина Джоном Морганом, в 60-х годах XVII в. был общепризнанным «королем» пиратов Карибского моря. Его происхождение и появление в Вест-Индии окутано завесой тайны. Эксквемелин утверждал: «Джон Морган родился в Англии, в провинции Уэльс... Его отец был земледельцем и, вероятно, довольно зажиточным. Джон Морган не проявил склонности к полеводству, он отправился к морю, попал в гавань, где стояли корабли, шедшие на Барбадос, и нанялся на одно судно. Когда оно пришло к месту назначения, Моргана... продали в рабство. Отслужив свой срок, он перебрался на остров Ямайку, где стояли уже снаряженные пиратские корабли, готовые к выходу в море. Он пристал к пиратам и за короткое время познал их образ жизни, сколотив вместе с товарищами за три или четыре похода небольшой капитал. Часть денег они выиграли в кости, часть получили из пиратской выручки. На эти деньги друзья сообща купили корабль. Морган стал его капитаном и отправился к берегам материка, желая кое-чем поживиться у берегов Кампече». Таким образом, Эксквемелин говорит о том, что Морган попал в Карибию в качестве кабального слуги - сервента. Этот факт, казалось бы, подтверждает и запись в бристольском архиве, датированная 9 февраля 1656 г.: «Генри Морган из Абергавенни в графстве Монмут, работник, заключивший договор с Тимоти Тауншендом из Бристоля, ножовщиком, сроком на три года для службы на Барбадосе...». Но, по словам Ф. Кундалла, автора книги «Губернаторы Ямайки в XVII веке», сам Морган нередко говорил, что является старшим сыном Роберта Моргана из Лланрумни в Гламоргане или сыном Томаса Моргана, йомена из Пенкарна, что близ Сент-Меллонза. Оба поселения находятся близ Кардиффа. Примечательно и то, что Генри Морган женился на своей кузине Мэри Элизабет Морган, второй дочери полковника Эдварда Моргана, вице-губернатора Ямайки, жена которого была дочерью саксонского дворянина Иоганна Георга, барона фон Пёльница. После участия в гражданской войне на стороне роялистов Эдвард Морган был введен в законные права и упоминался в смете доходов как «Эдвард Морган из Ландумения». По мнению Кундалла, это название - германизированная форма Лланрумни. Со временем Генри Морган стал собственником нескольких поместий на Ямайке, одно из которых он назвал Лланрумни (близ Порт-Мэри), другое Пенкарн (в старом приходе Сент-Джордж). Если бы он был Генри Морганом, упомянутым в бристольском архиве, то, вероятно, назвал свое имение Абергавенни. Точная дата рождения Моргана неизвестна. 2 декабря 1671 г. он заявил под присягой, что ему «тридцать шесть лет или около того». Следовательно, возможной датой его рождения является 1635 г. Согласно новейшим исследованиям, местом его рождения был замок Тредеггар в Уэльсе. Он мог прибыть в Вест-Индию в составе экспедиции адмирала Уильяма Пенна и генерала Роберта Венэблза и после захвата Ямайки (1655) обосноваться на этом острове. Не исключено, что Морган командовал небольшим судном в экспедициях Кристофера Мингса 1662-1663 гг. Губернатор Ямайки сэр Томас Модифорд впервые упомянул о Генри Моргане в рапорте герцогу Албемарлю в августе 1665 г., когда сообщал об отряде флибустьеров, отплывших из Порт-Ройял еще в 1663 г. с каперским свидетельством от лорда Виндзора. Отряд насчитывал примерно 150 человек, во главе его стояли капитаны Давид Маартен, Якоб Факман, Генри Морган, Джон Моррис и некто Фриман. Некоторое время они разбойничали в Мексиканском заливе в районе Кампече, в январе 1665 г. высадили 107 человек в устье реки Грихальва и, ведомые проводниками-индейцами, двинулись в глубь провинции Табаско. Преодолев 300 миль, пираты взяли штурмом город Вилья-Эрмоса и захватили сокровища на 50 тыс. пиастров. Вернувшись к устью реки, они увидели, как 300 испанцев напали на их суда и овладели ими. Флибустьерам пришлось спасаться на каноэ и барках. На рейде Кампече они взяли на абордаж два богатых испанских судна, затем обогнули мыс Каточе и, проникнув в Гондурасский залив, разорили порт Трухильо. Ряд источников приписывает им также нападение на город Гранаду в Никарагуа летом 1665 г. По другой версии, эту акцию осуществил Эдвардт Мансвельдт. Как бы там ни было, когда Морган, Маартен, Факман и Моррис вернулись в августе 1665 г. на Ямайку, губернатор Модифорд не стал наказывать их за действия против испанцев в Центральной Америке. На Ямайке Генри Морган женился на Мэри Элизабет Морган, дочери своего дяди сэра Эдварда Моргана (умершего на острове Синт-Эстатиус 2 августа 1665 г.) и стал сначала капитаном, а затем полковником милицейского полка в Порт-Ройяле. В ноябре 1665 г., когда флотилия пиратов Ямайки стояла на якоре в бухте Блуфилдс, Модифорд предложил ее «генералу» Эдвардту Мансвельдту совершить набег на голландский остров Кюрасао. Эксквемелин утверждал, что в то время Морган был заместителем Мансвельдта, однако английские документы не подтверждают этого. В середине января 1666 г. Мансвельдт и его капитаны сосредоточили свои силы на островках южнее Кубы и решили «запастись провизией» за счет испанцев. Прикрываясь португальским каперским свидетельством, они высадились на кубинском побережье, прошли в глубь острова 42 мили и напали на город Санкти-Спиритус. Обратив в бегство испанский отряд из 200 всадников, флибустьеры разграбили и сожгли город, после чего отправились к берегам Центральной Америки. В марте 1666 г. пираты высадили в порту Турриальба десант из 700 человек, оставив на борту 14 судов еще 500. Они хотели захватить города Картаго и Эспарса в Коста-Рике. Когда эта затея провалилась, Мансвельдт вышел в море и в мае овладел островом Санта-Каталина (совр. Провиденсия), рассчитывая превратить его в пиратскую базу. Но в августе того же года испанская экспедиция реоккупировала остров. После смерти Мансвельдта на общем собрании экипажей нескольких пиратских судов Генри Морган был избран новым «генералом» ямайской флотилии. В январе 1668 г. Совет Ямайки утвердил предложение губернатора о выдаче Моргану специального поручения, чтобы он мог «привлечь английских приватиров и захватывать лиц испанской нации в плен». Обосновавшись на островах Хардинес-де-ла-Рейна южнее Кубы, Морган в течение двух месяцев накапливал силы, пока под его флагом не собралась флотилия из 12 английских и французских судов с 700 людьми на борту. Согласно испанским данным, Морган с 10 судами обогнул мыс Сан-Антонио и 1 марта появился у входа в Гаванскую бухту. Убедившись, что столица Кубы хорошо защищена, он вернулся в Карибское море и 27 марта высадил десант в гавани Санта-Мария (совр. Санта-Крус-дель-Сур). Проникнув в глубь острова, пираты штурмовали город Пуэрто-Принсипи (совр. Камагуэй). «Пиратов заметили, сообщает Эксквемелин, и губернатор тот час же выслал им навстречу конников... Он полагал, что пираты... дрогнут и лишатся мужества. Однако все произошло не так, как ему думалось: пираты, наступавшие с барабанным боем и развевающимися знаменами, перестроились и образовали полумесяц. В этом строю, они стремительно атаковали испанцев. Те выставили довольно сильную заградительную линию, но бой продолжался недолго: заметив, что их атака не действует на пиратов... испанцы начали отходить, причем первым дал деру их губернатор...». Захватив и разграбив город, флибустьеры взяли в качестве выкупа 500 голов скота и вернулись на корабли. Добыча была разделена на одном из островков южнее Кубы: на каждого участника похода пришлось по 5 тыс. пиастров золотом, серебром и различными товарами. В июне 1668 г. Морган, имея под своим началом всего 460 человек, совершил нападение на город Пуэрто-Бельо. Кроме него, в экспедиции участвовали еще 8 капитанов (англичане Томас Солтер, Эдвард Коллир, Томас Кларк, Джон Моррис-старший, Джон Моррис-младший и Джон Анселл, француз-нормандец Жан Дюгла, он же Джон Дуглас, и голландец Рудольф Курт). Испанский гарнизон оказал пиратам ожесточенное сопротивление. Чтобы захватить форт, в котором укрылся губернатор города, Морган приказал пленным монахам, священникам и женщинам приставить лестницы к крепостной стене. Прячась за их спинами, разбойники влезли наверх и вскоре овладели фортом. Губернатор, не пожелавший сдаться, был ими убит. В течение двух недель англичане грабили город и окрестности, подвергая пленных истязаниям. «Всех кто упорствовал и не желал по доброй воле признаваться, тащили на дыбу и терзали, пока он не отдавал богу душу или не показывал все, что от него требовалось, - сообщает Эксквемелин. - Были и такие, кто не имел вообще никакого добра; они также умирали под пытками, как мученики. Пираты не отпускали никого, и пленники показывали, где спрятано их добро». Ушли они лишь после того, как получили за город выкуп в размере 100 тыс. пиастров. Добычу, как обычно, разделили на островках южнее Кубы. Она составили 250 тыс. пиастров золотом, драгоценностями и серебряными изделиями, не считая холста, шелка и др. товаров. Модифорд писал в Лондон, что после грабежа Пуэрто-Бельо участники грабежа получили по 60 ф. ст., но это была «официальная» цифра в действительности, конечно, добыча была более серьезной. Свою долю получили губернатор Ямайки, лорд-адмирал Англии герцог Йоркский (брат короля Карла II), его заместитель герцог Албемарль (Джордж Монк) и сам король. К осени 1668 г. пираты, участвовавшие в походе на Пуэрто-Бельо, промотали в Порт-Ройяле награбленные богатства и были полны решимости предпринять новую экспедицию к берегам Америки. В октябре Модифорд сообщил в Лондон, что Морган, имея под своим началом 10 кораблей и 800 человек, отплыл к острову Ваш, лежащему у юго-западного побережья Эспаньолы. Там он подготовился к походу на Маракайбо. В марте 1669 г., несмотря на потерю флагманского фрегата «Оксфорд» (он взорвался в январе во время пирушки), суда флотилии покинули воды Эспаньолы, пересекли Карибское море и вошли в Венесуэльский залив. Захватив форт Ла-Барра, стороживший вход во внутреннюю лагуну, пираты подошли к Маракайбо. Не встретив сопротивления, они заняли покинутый жителями город, ограбили жилые дома, церкви и монастыри. Пленных, как обычно, подвергали пыткам. «Одних просто истязали и били; другим устраивали пытки святого Андрея, загоняя горящие фитили между пальцами рук и ног; третьим завязывали веревку вокруг шеи, так что глаза у них вылезали на лоб и становились, словно куриные яйца. Кто вообще не желал говорить, того забивали до смерти. Ни один из несчастных не избежал своей участи. Пытки продолжались три недели. Одновременно пираты совершали ежедневные набеги в окрестности города и всегда приносили большую добычу, и не было случая, чтобы они вернулись с пустыми руками» (Эксквемелин). Затем пираты предприняли набег на город Гибралтар, находившийся на другой стороне озера Маракайбо. Здесь Морган провел 5 недель, а когда вернулся в Маракайбо, узнал, что выход из лагуны блокирован испанской военной флотилией в составе 3 кораблей; ими командовал вице-адмирал дон Алонсо дель Кампо-и-Эспиноса. В этой критической ситуации Морган не потерял самообладания: потребовав выкуп за город и пленных, он с помощью брандера нанес поражение испанской эскадре, затем, обманув бдительность испанских солдат, засевших в крепости Ла-Барра, проскочил через узкий пролив в открытое море и 17 мая 1669 г. с триумфом вернулся в Порт-Ройял. Отчет об этой экспедиции подписали, кроме Моргана, капитаны Адам Брюер (Брюстер), Гиффорд Пеннант, Джон Моррис, Ричард Норман, Эдвард Демстер (Демпстер) и Ричард Добсон. Добыча, которую они привезли, оценивалась в 250 тыс. пиастров (не считая товаров и рабов). Летом того же года, когда Модифорд временно отменил все каперские поручения против испанцев, Морган перебрался вместе с женой Мэри Элизабет из Порт-Ройяла на свои плантации: его поместья находились в Кларендоне (Дэнкс и Морганс-Вэлли), в Сент-Мэри (Лланрумни), близ Порт-Хендерсона (Лоренсфилд) и в Сент-Джордже (Пенкарн). Чтобы возобновить открытые антииспанские рейды, Совету Ямайки необходимо было доказать Лондону, что испанцы готовятся к захвату острова. В январе 1670 г. по Порт-Ройялу поползли слухи о военных приготовлениях испанцев и нападениях их корсаров на британские торговые суда. В письме лорду Арлингтону Модифорд намекнул, что готов к проведению ответных акций. Однако в Мадриде в то время шли переговоры о заключении нового англо-испанского договора, и положительного ответа губернатор не дождался. Тогда власти Ямайки решили действовать по своему усмотрению. Предлогом послужил налет двух испанских кораблей из Сантьяго-де-Кубы на северное побережье острова. Испанских корсаров возглавлял капитан Мануэль Риверо Пардаль. В июне в Спаниш-Тауне состоялось заседание Совета Ямайки, который назначил Моргана «адмиралом и главнокомандующим со всеми полномочиями для нанесения ущерба Испании и всему тому, что принадлежит испанцам». Каперское поручение, полученное от ямайского губернатора, обязывало Моргана и его людей выяснить, как в испанских колониях обращаются с английскими пленными, но при этом избегать кровопролития. Флибустьеры, узнав о таком забавном поручении, лишь посмеялись. 14 августа Морган отплыл из Порт-Ройяла к юго-западному побережью Эспаньолы. Его флотилия состояла из 11 кораблей с 600 людьми на борту. Вскоре к ним присоединились капитаны Лоренс Принс, Томас Харрис и Ричард Ладбэри, незадолго до этого ограбившие город Гранаду в Никарагуа, а также другие английские и французские пираты. Так что к зиме под флагом Моргана собралось 36 кораблей (28 английских и 8 французских) с 1800 человек. У испанцев, захваченных в Рио-де-ла-Аче кораблями под командованием заместителя Моргана, полковника Эдварда Коллира, пираты выпытали сведения, которые могли пригодиться им для оправдания антииспанских акций. Один из пленных 29 ноября показал под присягой, что «видел в Картахене вооруженных людей, завербованных для операций против англичан, и что несколько испанских кораблей получили, и все еще имеют каперские грамоты от президента Панамы дона Хуана Переса де Гусмана; что они захватили несколько англичан; что испанцы весьма настроены против Ямайки». Позднее, в августе 1671 г., участник экспедиции Моргана хирург Ричард Браун признался секретарю лорда Арлингтона Дж. Уильямсону, что пираты насильно заставляли пленных говорить, будто в Картахене, Пуэрто-Бельо или каком-либо ином порту «снаряжают флот для вторжения на Ямайку, а не желавших подписать то, что им не было ведомо, рубили на куски, расстреливали или вешали». 2 декабря 1670 г. на борту флагманского фрегата «Сэтисфекшн» состоялся военный совет, на котором офицеры договорились, что «ради безопасности Ямайки, острова его величества, и для предупреждения нападения испанцев» им следует захватить Панаму. Документ подписали вице-адмирал пиратской флотилии Джозеф Брэдли, Ричард Норман, Томас Харрис, Роберт Деландер, Ян Харменсзоон, Джон Галун, Джон Пайн, Мулат Диего, контр-адмирал флотилии Эдвард Коллир, Лоренс Принс, Джон Моррис, Томас Роджерс, Чарлз Сван, Генри Уиллз, Ричард Ладбэри, Клемент Симмонс. Текст решения Морган отправил Модифорду вместе с «показаниями» пленников. Губернатор получил их тогда, когда о мире с Испанией ему было уже известно. Тем не менее, согласно показаниям Джона Пика (секретаря Моргана), губернатор не отменил задуманную экспедицию. Флотилия Моргана снялась с якорей 16 декабря и взяла курс на побережье Центральной Америки. Готовя себе алиби, Модифорд все же отправил адмиралу флибустьеров сообщение о Мадридском мире, но курьер прибыл на Эспаньолу через несколько дней после ухода оттуда пиратских кораблей. Губернатор написал лорду Арлингтону, что отправил на поиски Моргана второй корабль, и выразил надежду, что известие о мирном договоре не позволит пиратам совершить нападение на подданных испанской короны. Позже Пик показал под присягой, что шлюп с письмом губернатора прибыл в расположение пиратской флотилии за три дня до того, как Морган повел своих людей на Панаму. Первой боевой операцией Моргана стал захват острова Санта-Каталина (совр. Провиденсия) в двадцатых числах декабря. Оттуда к побережью Панамского перешейка была отправлен передовой отряд под командованием Джозефа Брэдли, который штурмом овладел крепостью Сан-Лоренсо-де-Чагрес. Из этой крепости Морган 18 января 1671 г. повел 1200 человек через Панамский перешеек к Панаме. После 9-дневного перехода пираты вышли к Панаме и на 10-й день, атаковав испанские войска, разгромили их. Разграбив Панаму, пираты подожгли город, а потом в течение трех недель опустошали окрестности. «Эти походы сопровождались невероятными жестокостями и всевозможными пытками; чего только не приходило в голову пиратам, когда они допытывались у всех без исключения пленников, где спрятано золото... Пираты не давали пощады даже монахам, хотя и не рассчитывали получить с них деньги; они просто убивали всех подряд. Женщин тоже не щадили, кроме тех, с кем им хотелось позабавиться; разумеется, если те упирались, их заставляли. Пираты вытаскивали женщин из церкви, где они находились, чтобы якобы дать им возможность умыться, а потом, делали, что хотели: их истязали, били, морили голодом, подвергали различным пыткам. Морган, как генерал, должен, казалось бы, дать пример достойного обращения с пленниками, однако он сам был не лучше других, и, если привозили хорошенькую женщину, он сразу же творил с ней всяческие бесчинства» (Эксквемелин). 24 февраля флибустьеры выступили из Панамы, ведя 157 мулов, нагруженных серебром, золотом, драгоценными камнями и разнообразными товарами общей стоимостью не менее 6 млн. эскудо. В пути они поделили награбленное. Все надеялись получить по 800-1000 ф.ст., на в действительности на каждого пришлось лишь по 10 ф. Чувствуя, что назревает бунт, Морган и его офицеры спешно погрузили большую часть добычи на корабли и удрали в Порт-Ройял. 31 мая в Спаниш-Тауне состоялось заседание Совета Ямайки. В протоколе заседания записано: «Присутствовали: его превосходительство сэр Томас Модифорд, губернатор; подполковник Джон Коуп, подполковник Роберт Бринолос [Биндлосс], подполковник Уильям Иви, майор Чарлз Уитфилд, майор Энтони Коллир и капитан Генри Моулзвёрт. Адмирал Генри Морган представил отчет о походе на Панаму губернатору и Совету, которые объявили ему благодарность за выполнение последнего поручения и высоко оценили его действия». Правительство Карла II вину за сожжение Панамы возложило на губернатора Ямайки. Новый губернатор острова сэр Томас Линч получил предписание арестовать Модифорда и выслать в Англию для суда, что и было сделано. В ноябре 1671 г. опальный губернатор был помещен в Тауэр, но содержался там с совершенным комфортом. Моргана отправили в Англию в марте (апреле) 1672 г. на борту военного корабля «Уэлком», однако никакого обвинения против него выдвинуто не было, так как считалось, что он выполнял поручение официальных властей. К Модифорду суд отнесся благосклонно: вину его «доказать» не удалось. Дело о «панамской акции» постепенно превратилось в фарс и закончилось тем, что Карл II назначил Модифорда главным судьей Ямайки, а Моргана возвел в рыцари (в ноябре 1674 г.) и отправил туда же в качестве вице-губернатора (1675). Лорд Воан, преемник Линча на посту губернатора Ямайки, в мае 1676 г. доносил в Лондон, что сэр Генри Морган, вопреки своему долгу, «восхваляет каперство и ставит преграды всем моим планам и намерениям сократить число тех, кто избрал сей жизненный путь». Губернатор просил правительство вывести Моргана из состава Совета Ямайки, но секретарь Дж. Уильямсон убедил его замять это дело. В марте 1678 г., так и не сумев уничтожить флибустьеров на Ямайке, лорд Воан передал свои полномочия Моргану и отбыл в Англию. Четыре месяца сэр Генри исполнял обязанности губернатора острова (до прибытия графа Карлайла в июле 1678 г.) и за это время успел возвести в Порт-Ройяле две новые батареи, которые назвал именами принца Руперта и графа Карлайла. Оклад его составлял 600 ф. ст. в год. С новым губернатором он быстро нашел общий язык, так что ямайские флибустьеры по-прежнему чувствовали себя на острове вольготно. Правда, после набега Джона Коксона и его друзей на Пуэрто-Бельо в 1680 г. и отъезда графа Карлайла на родину, Морган, взяв в свои руки управление островом, вынужден был начать преследование наиболее активных пиратов. «Приватирство искушает бедного и неудачника, - писал он в Лондон, - и я не жалею сил, дабы искоренить это зло». Несколько флибустьеров было задержано и отдано под суд, парочку «закоренелых негодяев» пришлось вздернуть на виселице. Когда в мае 1682 г. на Ямайку вновь прибыл Томас Линч, назначенный преемником графа Карлайла, он отменил поручение Моргана как вице-губернатора, а затем вывел сэра Генри и его зятя полковника Роберта Биндлосса из состава Совета Ямайки (октябрь 1683 г.). Его кузен капитан Чарлз Морган был отстранен от командования фортами Порт-Ройяла, а его друг Роджер Эллетсон смещен с должности судьи. Сообщая о своем решении в министерство торговли, Линч писал: «Сэр Генри Морган и капитан Морган (его кузен) организовали специальный клуб, посещаемый только пятью или шестью лицами, где (особенно когда его члены бывали, пьяны) диссиденты божились и ругались». И далее: «Во время пьянок сэр Генри поносит правительство, ругается, чертыхается и божится сверх всякой меры». Морган слал протесты в Англию, но они не были услышаны. Уволенный со службы, он запил и уехал на время из Порт-Ройяла на свои плантации. Линч умер в 1684 г., оставив тайное поручение на пост и.о. губернатора полковнику Хендеру Моулзвёрту, чем развеял ожидания Моргана получить вновь эту должность. Новый губернатор Ямайки сэр Кристофер Монк, второй герцог Албемарль (1687-1688), был близок к партии плантаторов и приватиров. Он вывел из Совета сторонников Моулзвёрта и ввел туда своих людей, в том числе Моргана и Эллетсона. Для флибустьеров на Ямайке вновь настали «золотые времена». Однако дни вице-губернатора сэра Генри Моргана были уже сочтены. Окончательно спившись, утратив человеческий облик, страдая от ожирения и цирроза печени, он умер, а Порт-Ройяле 25 августа (4 сентября) 1688 г. На следующий день тело его привезли в правительственное здание Порт-Ройяла, затем в церковь св. Екатерины, а оттуда на кладбище Палисадос, где оно было предано земле. Все форты и все корабли, стоявшие в гавани, произвели траурный салют из пушек, отдав тем самым адмиральские почести бывшему «королю» флибустьеров Вест-Индии.

Современное пиратство

Сегодня пираты продолжают свою деятельность, и методы у них мало чем отличаются от тех, которые были много веков назад. Используя современное оружие и лодки, они захватывают корабли вместе с командой и требуют выкуп. Еще лет десять назад проблема пиратства не была столь актуальной, но с 2011 г. возросла тенденция к нападениям вблизи Сомали и Залива Аден.

Сомалийские пираты действуют достаточно организованно, среди них есть деление по специальностям: разведка, группа захвата, охрана на суше, переговорщики. А около 10 процентов добычи они отдают местным пожилым людям, политикам и обществу.

Как и много лет назад, пираты грабят торговцев, бояться более мощных военных кораблей, а часть прибыли отдают чиновникам.