По словам исполнительного продюсера Луи Д’Эспозито, сначала прыжок действительно планировали снять перед зелёным экраном. А потом режиссёр второго плана упомянул, что знаком с командой по прыжкам с парашютом «Red Bull». И все почему-то решили, что отснять эту сцену вживую — прекрасная идея. А что, какой профессиональный парашютист не хочет сняться в кино?
Проблема, правда, была в том, что даже профессиональные парашютисты предпочитают выпрыгивать из самолёта с парашютом за спиной. Съёмочная группа неохотно это признала, и были сделаны специальные костюмы, чтобы парашюты не было видно под одеждой. Понадобилось восемь дней и 600 прыжков, чтобы отработать и отснять сцену. Снизу это, должно быть, выглядело странно: из самолёта выбрасывали людей в деловых костюмах и военной форме. Раз за разом.
Научиться прыгать с парашютом труднее, чем просто изобразить, что прыгаешь. Прыгать красиво — ещё сложнее. И работать с камерой в таких условиях тоже сложно. Это означает, что многомиллионный блокбастер зависел от группы людей, спонсируемых энергетическим напитком. Но в итоге всё удалось.
Проблема, правда, была в том, что даже профессиональные парашютисты предпочитают выпрыгивать из самолёта с парашютом за спиной. Съёмочная группа неохотно это признала, и были сделаны специальные костюмы, чтобы парашюты не было видно под одеждой. Понадобилось восемь дней и 600 прыжков, чтобы отработать и отснять сцену. Снизу это, должно быть, выглядело странно: из самолёта выбрасывали людей в деловых костюмах и военной форме. Раз за разом.
Научиться прыгать с парашютом труднее, чем просто изобразить, что прыгаешь. Прыгать красиво — ещё сложнее. И работать с камерой в таких условиях тоже сложно. Это означает, что многомиллионный блокбастер зависел от группы людей, спонсируемых энергетическим напитком. Но в итоге всё удалось.
