Водопад кивач (7 фото)

Сурова, но величественна и прекрасна природа Карелии, края лесов, озер и гранитных скал. Нигде в мире гигантские ледники, покрывавшие в не столь давние времена Скандинавию и Таймыр, Лабрадор и Патагонию, Аляску и Новую Зеландию, не оставили после себя такого живописного ландшафта. Двигаясь с северо-запада на юго-восток, огромный ледниковый язык проточил гранитные, гнейсовые и диабазовые скалы, придав им на редкость правильные и красивые формы. После дождя они напоминают спины исполинских рыб или даже китов, длинных, округлых и блестящих. В северных карельских городках, например в Кеми, эти «киты» порой располагаются прямо среди пятиэтажек, не уступая им по размерам. Россыпи валунов и галек всех размеров, то трехметровых, то маленьких, с кулак, окружают скалы, словно стайки мелких рыбешек. Там, где горные породы были помягче, ледник выпахал узкие протяженные ложбины, ставшие теперь озерами, а между ними вода проложила себе путь, скатываясь от одного водоема к другому, как по лестнице с голубыми ступеньками.

Эти короткие, но быстрые реки буквально кипят в россыпях валунов, образующих пороги, или падают с крутых скальных уступов гулкими пенными завесами водопадов.

Своеобразная красота карельской природы как раз и складывается из противоборства двух совершенно различных стихий: грозной, ревуЩей ярости рек, порогов и водопадов и торжественной тишины сосновыx боров, отражающихся в озерах со скалистыми берегами. А рядом, лишь отойдешь по тропке в глубь леса, вдруг блеснут среди густой буреломной чащи сразу несколько крохотных голубых брызг, которые и озерами-то назвать язык не повернется: тридцать, пятьдесят, от силы сто метров вся их протяженность.

Тихой прелестью веет от этих маленьких блюдец с прозрачной синей водой, и даже имя им дано ласковое и тихое — ламбушки.

Но есть в этом краю, чарующем путешественника то суровыми, то лирическими, то жизнерадостными пейзажами, особенно поэтичные места. И самое, может быть, впечатляющее из них — водопад Кивач.

Это второй по величине равнинный водопад Европы (после Рейнского).

Расположен он на быстрой и бурной реке Суне, недалеко от впадения ее в Онежское озеро. В Карелии есть реки и подлиннее, и помощнее — хотя бы Кемь или Шуя, — но только Суна сумела породить на своем недолгом пути целых три красивейших водопада: Гирвас, ПоорПорог и Кивач. Правда, одной из жемчужин своей белопенной гирлянды Суна лишилась после постройки на Гирвасе гидростанции, но, к счастью, самые красивые каскады Суны сохранились.

По пути к Онеге водопадная река, как и большинство ее сестер в Карелии, протекает через цепочку озер: Киви-Ярви, Линдозеро, Лавалампи, Викшозеро, Сундозеро, Пандозеро. И после каждого из них, спускаясь на следующую озерную ступеньку, Суна беснуется на многочисленных порогах, которых на протяжении менее чем трехсот километров насчитывается около полусотни.

А в районе Сундозера, в самом конце своего пути, уже могучая река форсирует последнюю ступень, теряя на завершающих десяти километрах сразу двадцать метров высоты. И половину из них она преодолевает одним могучим прыжком с диабазовой скалы, преграждающей ей путь к Кондопожской губе Онежского озера. Этот прыжок и есть водопад Кивач.

В заповедный край, где находится эта жемчужина Карелии, ведет лишь одна относительно хорошая дорога: с севера, от серых скалистых берегов обширного и сумрачного озера Сандал, вдоль которого проходит шоссе из Кондопеги в Гирвас, к трассе Петербург—Мурманск.

Но гораздо интереснее южный путь к водопаду, идущий берегами трех узких и длинных ледниковых озер: Укшозера, Кончозера и Пертозера. Правда, в этом случае придется отказаться от комфортабельного автобуса и на три-четыре дня стать пешим путешественником. Но увиденное в пути с лихвой вознаградит вас за перенесенные трудности.

Укшозеро и Кончозеро расположены параллельно друг другу, разделенные перемычкой шестикилометровой длины, и усеяны множеством островов и островков. Один из них на Кончозере так и называется — Семиверстный. Миновав эти оживленные и густо населенные водоемы, путешественник выходит к глухому, окруженному лесом Пертозеру.

Пройдя вдоль его восточного берега шесть километров, он оказывается в единственной на озере деревушке — Викшице. Отсюда начинается последний этап пути. Уходящая от околицы лесная дорожка через мачтовый сосновый бор ведет к знаменитому водопаду.

Вскоре после входа в лес, несмотря на безветрие туманного летнего утра, слышишь какой-то далекий шум, словно где-то набегают на берег морские волны. Не сразу понимаешь, что это рокот водопада. В тихую погоду Кивач, до которого отсюда три километра, прекрасно слышен в окрестностях Викшицы, а вниз по Суне его шум доносится и за пять километров.

Чем ближе подходишь к водопаду, тем явственней и звучней его рокот. В нем уже слышатся отдельные ноты. Но вот лес внезапно кончается, и путник оказывается на берегу Суны.

Широким потоком несет она свои воды и вдруг обрушивает их белой стеной с десятиметрового каменного обрыва вниз, на черные валуны.

Миллионы искрящихся брызг разлетаются, образуя облако, в котором при солнечной погоде всегда играет радуга. Глубокий каньон водопада образован черными диабазовыми скалами, над которыми поднимаются стройные красавицы-сосны. На темном фоне камня четко выделяются серые и зеленоватые пятна лишайников.

Оказавшись перед водопадом, уже не думаешь об усталости — так завораживает это величественное зрелище. Груды воды падают с оглушительным грохотом в клокочущую бездну, вздымая облака брызг.

Все движется и в то же время остается на месте. Две могучие силы столкнулись здесь в вечном поединке. Мрачная громада скалы упрямо и молчаливо рассекает грудью набегающую массу воды, как бы демонстрируя стремление к покою и незыблемости. А река, наоборот, олицетворяет кипучую страсть и движение, ревет, рокочет и бурлит, бросается на камни, словно пытаясь раздвинуть их или снести... Но скала твердо стоит, не поддаваясь яростному, напору Суны.

Река Суна

Кивач прекрасен в любое время года. Зимой он похож на спящего снежного великана, от тяжелого дыхания которого поднимается облако пара. Весной водопад предстает особенно могучим и величественным.

Вобрав в себя всю мощь половодья, он единым, грозным и ревущим потоком бросается в бешеный водоворот. А летом вода спадает, и в основном русле четко вырисовываются четыре уступа — ступени водопада, к которым присоединяется еще один, трехступенчатый каскад у левого берега. Так что, проигрывая в мощи, летний Кивач намного эффектнее и живописнее, и за прихотливым переплетением его струй можно следить часами. Когда же наступает осень, водопад снова оживает и набирает силу, хотя и не достигает всей мощи весеннего разгула.

Больше двухсот лет назад, в Екатерининское время, побывал здесь великий поэт той далекой эпохи — Гаврила Романович Державин. Потрясенный увиденной картиной, пятидесятилетний литератор написал тогда одно из лучших своих стихотворений: «Водопад». И хотя в наши дни Кивач выглядит не столь величественно, как в XVIII веке (часть воды его летом отводится в лоток для сплава бревен в обход водопада), все же именно державинские строки — «Алмазна сыплется гора с высот четыремя скалами...» — невольно приходят в голову, когда стоишь на крутой правобережной скале и смотришь на кипение пенистых струй под ногами, зачарованно внимая неумолчному рокоту исполинской водяной горы.

Уже семьдесят лет, как окрестности водопада объявлены заповедной территорией. Это один из самых маленьких российских заповедников: его размеры всего двенадцать на четырнадцать километров. Но на этой небольшой территории разместились четыре больших озера и девять ламбушек, протекают две реки — Суна и Сандалка и несколько ручьев, шумят сосновые боры и березовые рощи. А над всем этим великолепием природы единовластно царит повелитель таежного карельского края — могучий и прекрасный Кивач.