Подводный флот России. Часть 4 (12 фото)

ПЛ "ПАНТЕРА" ОТКРЫВАЕТ БОЕВОЙ СЧЕТ



После капитуляции Германии в Финском заливе появилась британская боевая эскадра. Было ясно, что с началом навигации 1919 г. интервенты предпримут на Балтике военные провокации.



15 ноября 1918 г. был создан ДОТ (действующий отряд Балтийского флота), в который вошли 2 линкора, один крейсер, 4 эсминца и 7 ПЛ - "Пантера", "Тигр", "Рысь", "Вепрь", "Волк", "Тур" и "Ягуар".



ПЛ, несмотря на штормовую погоду и низкую температуру воздуха, вызывавшую обледенение корпусов, выход из строя перископов, а нередко и оружия, вели систематические разведывательные действия.



Первый такой поход совершила ПЛ "Тур" (командир Н.А.Коль, комиссар И.Н.Гаевский). На рассвете 28 ноября она скрытно проникла на Ревельский рейд и находилась там в подводном положении до 11 часов дня. С разведывательными целями выходили в море также ПЛ "Тигр" и "пантера". Однако сильные морозы с каждым днем все больше и больше сковывали льдом восточную часть Финского залива. Плавать становилось все труднее и труднее. В декабре ледоколы в течение трех дней выводили из Петрограда в Кронштадт ПЛ "Тур", которую предполагалось направить в дальнюю разведку к Либаве. ПЛ "Ягуар" и тральщик "Китобой" были затерты льдами в Морском канале.



30 декабря застряла во льдах на Большом Кронштадтском рейде ПЛ "Тигр". Более 20 пароходов и даже ледоколы оказались затертыми льдом на Неве и в Морском канале. Поэтому выходы в море ПЛ были временно прекращены. В январе 1919 г. в Нарвский залив выходила ПЛ "пантера". Это был последний зимний поход ПЛ.

Весной 1919 г. Антанта и российская контрреволюция предприняли новый поход против Советской России, в котором главная роль отводилась белогвардейским армиям. В мае началось наступление войск генерала Юденича на Петроград: 15 мая был захвачен Гдов, 17 мая - Ямбург (Кингисепп), 25 мая - Псков.

На заседании Совета Рабочей и Крестьянской обороны 19 мая Ленин подписал проект постановления о проведении спешных работ по ремонту кораблей Балтийского флота.



В действующий отряд, сформированный 15 мата, были включены 3 линкора, один крейсер, 10 эсминцев, 7 ПЛ, 3 минных заградителя, 6 сторожевых кораблей и транспорты. 11 апреля в ДОТ вошла еще одна ПЛ -минный заградитель "Ёрш". Но некоторые из этих кораблей еще находились в ремонте.



Они вступили в строй лишь несколько месяцев спустя. В начале июля развернулось наступление Красной Армии под Петроградом. Ему попытались помешать британские военные корабли, осуществлявшие систематический обстрел приморского фланга войск РККА. В боевых действиях против интервентов активное участие принимали ПЛ. Балтийского флота.



10 июля в Копорский залив направилась ПЛ "Волк" (командир Н.М.Китаев, комиссар А.А.Доброзраков). При выходе из Кронштадта на ней сгорел один из гребных электродвигателей. НО командир и комиссар приняли решение продолжать боевой поход. В заливе подводники обнаружили 3 эсминца противника. Два корабля были на ходу. Атаковать их при одном работающем гребном электродвигателе ПЛ не смогла. Третий эсминец стоял под берегом, и сблизиться с ним из-за мелководья в подводном положении на дистанцию торпедного выстрела также не удалось. В полночь ПЛ "Волк" покинула Копорский залив.



Наиболее активно действовала в те дни ПЛ "Пантера" (командир А.Н.Бахтин, комиссар В.Г.Иванов). Утром 24 июля, она, следуя под перископом, обнаружила в Копорском заливе две британские ПЛ типа "Е", находившиеся в надводном положении. А.Н.Бахтин, решив атаковать одновременно обе ПЛ, направил "Пантеру" между ними. Когда до одной из ПЛ противника расстояние сократилось до 6 кабельтовых, "Пантера" произвела выстрел из правого кормового торпедного аппарата, а 4 минуты спустя, отвернув на 20 градусов вправо, выпустила торпеду из левого кормового аппарата во второй ПЛ. Но взрывов почему-то не последовало. Одна из британских ПЛ дала ход, другая оставалась на месте. Описав под водой циркуляцию влево, ПЛ "Пантера" выстрелила по неподвижной цели две торпеды из носовых аппаратов. Торпеды шли хорошо, но противник заметил их след. Британская ПЛ дала ход, развернулась, и обе торпеды прошли мимо.



В этот момент другая британская ПЛ успела выстрелить торпеду, которая прошла вдоль борта ПЛ "Пантера". Советская лодка, отвернув вправо, ушла на глубину.



Это была первая торпедная атака. Выполненная ПЛ Балтийского флота в годы Гражданской войны. Она показала противник, что советские подводники представляют вполне реальную и серьезную угрозу.

В полночь 27 июля в Копорский залив вышла ПЛ "Вепрь" (командир Г.Л.Бугаев, комиссар И.С.Савкин). Около полудня следующего дня она обнаружила в заливе несколько кораблей противника, маневрирующих противолодочным зигзагом. ПЛ "Вепрь" пошла на сближение с ними. Носовые и кормовые торпедные аппараты были готовы к стрельбе, последовала команда "Товсь!", но в этот момент вблизи ПЛ стали рваться ныряющие снаряды. Один из британских миноносцев устремился на таран. "Вепрь" быстро ушла на глубину. А снаряды рвались все ближе и ближе, сотрясая корпус лодки. В отсеках погас свет. Очередным разрывом осадило вниз перископ, и через его сальники стала поступать вода. От замыкания загорелся электромотор перископа. ПЛ, быстро тяжелея от поступающей воды, погружалась. Когда же она, оторвавшись от противника, всплыла, рубочный люк открыть не удалось - он оказался перекошенным.



В 20.45 ПЛ "Вепрь" вошла в Кронштадт и отшвартовалась у борта плавбазы "Память Азова". Тщательный осмотр ПЛ показал, что были сорваны барашки крепления горловины носовой балластной цистерны, повреждена в нескольких местах надстройка, заклинило вентиляционный клапан аккумуляторной батареи. Оказалось вмятым зарядное отделение одной из торпед. Утром 31 августа 1919 г. в очередной боевой поход направилась ПЛ "Пантера". На траверзе Толбухина маяка она погрузилась. В 15.-ПОЛ прибыла в назначенный район. В 19.15 А.Г.Бахтин обнаружил в перископ два британских миноносца, стоявших на якоре у юго-восточной части острова Сескар (Лесной).

В лодке прозвучал сигнал боевой тревоги. ПЛ "Пантера" подошла ближе к острову, а затем повернула влево почти на 90 градусов. В это время солнце опускалось на северо-западе за горизонт, расстелив по воде золотисто-оранжевую сверкающую дорожку. Оно слепило глаза сигнальщикам на британских кораблях, затрудняя обнаружение перископа. К тому же ПЛ сближалась с миноносцами противника со стороны острова, откуда ее меньше всего ожидали. Это позволило ей после атаки на мелководном плесе (15 - 25 метров) быстро уйти в сторону больших глубин.



Вахту нес на горизонтальных рулях отличный специалист Ф.М.Смольников, у приборов управления торпедной стрельбой - опытный машинный машинист Ф.В.Сакун. Комиссар "Пантеры" В.Г.Иванов направился в носовую часть лодки. В кормовой части находился боцман Д.С.Кузьминский, возглавлявший партийную организацию "Пантеры". Часы показывали 21.05. Командир приказал открыть передние крышки носовых торпедных аппаратов. Через 11 минут последовала новая команда: "Носовые аппараты - товсь!" До британских кораблей оставалось не более 4 - 5 кабельтовых. В 21.19 А.Н.Бахтин скомандовал: "Правый аппарат - пли!" Через полминуты "Пантера" произвела выстрел и из левого торпедного аппарата. Командир, прильнув к перископу, увидел два выплеснувшихся из-под воды воздушных пузыря - торпеды устремились на противника. Облегченную после торпедного залпа "Пантеру" выбросило на поверхность. "Все свободные в нос!" - скомандовал помощник командира А.Г.Шишкин. Моряки бросились в носовую часть ПЛ. Одновременно была заполнена водой носовая дифферентная цистерна. "Пантера" быстро пошла на погружение. Через несколько секунд послышался сильный взрыв. Но подводники не могли видеть, как у борта британского миноносца взметнулся столб огня, воды и дыма - перископ уже был опущен. Загрохотали артиллерийские залпы. "Пантера", резко изменив курс, спешила выйти из района атаки. Она шла, едва не касаясь днищем грунта. А глубина увеличивалась очень медленно - 18…20… 25 м. За кормой по-прежнему раздавались артиллерийские выстрелы.



"Пантера" все дальше и дальше уходила на восток. Наступили новые сутки. 

1 сентября в 01.10 ПЛ "Пантера" всплыла. Командир открыл люк и вместе с комиссаром поднялся на мостик. Ночь была темной. Когда начали вентилировать лодку, в районе Сескара вспыхнул прожектор. Его яркий луч заскользил по воде, приближаясь к "Пантере". ПЛ быстро погрузилась и легла на грунт на глубине 30 метров.



В 05.45 "Пантера" всплыла на перископную глубину. В 06.30 показался Шепелевский маяк. Определившись, "Пантера" направилась в Кронштадт. Едва миновали маяк, командир заметил перископ неизвестной ПЛ. Но вскоре перископ исчез. Видимо, ПЛ, обнаружив "пантеру", предпочла уйти на глубину. Когда "Пантера" уже ложилась на подходный створ, послышался скрежет -она левым бортом задела либо минреп, либо сорвавшуюся после кампании 1918 г. и срезанную льдом навигационную веху. Командир же ПЛ докладывал, что этот случай произошел еще на траверзе Толбухина маяка, когда ПЛ находилась под водой. В 11.20 "Пантера" всплыла. Над морем висела хмурая мгла. Слева по курсу различался силуэт Толбухина маяка. Отрываясь от противника, ПЛ "Пантера" пробыла под водой 28 часов и прошла 75 миль. По тем временам это было рекордом. Давление внутри ПЛ настолько возросло, что стрелка барометра вышла за пределы шкалы (свыше 815 мм). Аккумуляторная батарея была почти полностью разряжена. В 13.00 "Пантера" отшвартовалась" в Кронштадтской гавани.

Торпедный удар ПЛ "Пантера" был удачным - новейший, спущенный лишь в 1917 г. на воду, миноносец британского флота "Виктори" водоизмещением 1367 т пошел на дно. За доблесть, проявленную в этом походе, командир ПЛ "Пантера" А.Н.Бахтин был впоследствии удостоен высшей в то время правительственной награды - ордена Красного Знамени. Реввоенсовет Балтийского флота своим постановлением от 3 декабря 1919 г. наградил 18 моряков ПЛ "Пантера" именными часами. Был открыт боевой счет советских подводников, продолженный затем и многократно преумноженный в боях против Германии во Вторую мировую войну. Героический поход ПЛ "Пантера" был последним боевым выходом в море ПЛ Балтийского флота в годы Гражданской войны и иностранной военной интервенции.



К 1921 г. Советская республика, кроме Балтийского флота, почти не располагала военно-морскими силами на Черном море, на Севере и Дальнем Востоке. ПЛ имелись только на Балтике, в Черном и Каспийском морях.

Флотилия Северного Ледовитого океана была разграблена американо-английскими интервентами.



В годы Гражданской войны и иностранной интервенции подводный флот России понес огромные потери - 32 ПЛ различных типов (61,5% его численности накануне революции), из низ 25 ПЛ были уничтожены или захвачены интервентами и белогвардейцами.



К концу Гражданской войны подводный флот Советской России насчитывал лишь 23 ПЛ типов "Касатка", "Минога", "Морж", "Барс" и "АГ". Из них в строю находилось 10 ПЛ ( 9 ПЛ типа "Барс" и одна типа "АГ"), в постройке, в сборке и капитальном ремонте - 6, в резерве - 7 ПЛ.



В составе РККФ было лишь одно подводное соединение - дивизия ПЛ балтийского моря (начальник дивизии военный моряк Я.К.Зубарев, комиссар - бывший машинный старшина ПЛ "Единорог" и "Леопард" М.Ф.Стороженко). Соединение включало 3 дивизиона.



В первый дивизион входили ПЛ "Пантера", "леопард", "Волк", "Тур" и плавбаза "Тосно".

Во второй дивизион - ПЛ "Рысь", "Тигр", "Ягуар", "Ёрш", "Змея", плавбаза "Воин" и учебное судно "верный".

ПЛ "Вепрь", "Кугуар" и "Угорь" составляли резервный дивизион.



Кроме того, дивизия располагала спасательным судном "Волхов". Почти все корабли соединения базировались на Петроград. Дивизия в годы Гражданской войны потеряла 13 ПЛ. Она испытывала острую нехватку командного состава. Механизмы и вооружение ПЛ были изношены до предела. Подавляющее большинство кораблей нуждалось в капитальном ремонте. Об их состоянии можно судить по такому факту: 27 марта 1920 г. на Неве затонула ПЛ "Угорь". Зимой на плаву ее поддерживал лед, который под лучами весеннего солнца растаял, и лодка ушла ко дну.



В октябре 1920 г. впервые после Гражданской войны 5 ПЛ совершили в Финском заливе совместный 6-дневный поход под флагом начальника дивизии. 28 ноября балтийские подводники торжественно отметили праздник своего соединения. На Неве при огромном стечении народа состоялся парад ПЛ, причем одна из них - "Тур" - погрузилась и прошла по реке под перископом.



В мае 1922 г. дивизия ПЛ Балтийского флота была переформирована в отдельный дивизион, включавший две группы кораблей: в одну входили 5 ПЛ и транспорт "Тосно", в другую - 4 ПЛ и суда "Верный" и "Волхов". Плавбаза "Воин", 3 ПЛ резервного дивизиона, а также недостроенные ПЛ "Язь" и "Форель" были выведены из боевого состава Морских сил Балтийского моря. 13 июня 1922 г. ПЛ "Вепрь" и "Кугуар" были переданы школе подводного плавания, созданной взамен Учебного отряда подводного плавания.



Налаживалась организация службы по новым штатам, укреплялся уставной порядок на кораблях. Боевая подготовка была затруднена длительностью ремонтных работ и поздним вступлением ПЛ в кампанию.



Торпедные стрельбы1922 г. смогли выполнить только 4 ПЛ (в дивизионе имелся только один комплект торпед, которые корабли передавали друг другу). Тем не менее 3 ПЛ приняли участие в походе кораблей Балтийского флота до меридиана Ревеля, впервые проводившиеся после окончания Гражданской войны.



Большая работа велась по обобщению боевого опыта использования ПЛ в Первой и в Гражданской войнах. В 1920 г. на Балтике были разработаны Правила службы на подводных судах". 20 апреля 1922 г. Я.К.Зубарев доложил начальнику штаба Морских сил Балтийского моря: "Впервые выпущен труд личного состава дивизии, обнимающий собой все сведения и инструкции по подводной специальности". Активное участие в разработке этих правил приняли А.Н.Бахтин, А.И.Берг, Г.В.Васильев, Б.М.Ворошилин, Н.Н.Головачев, А.А.Жадн-Пушкин, Н.А.Жимаринский, Н.А.Жуков, Н.А.Игнатов, А.А.Иконников, А.Н.Лебедев, Н.А.Петров, В.А.Подерни, В.Н.Селянин, Г.М.Трусов и другие командиры-подводники.



22 ноября 1922 г. в день дивизионного праздника 59 балтийских подводников получили за особые заслуги в восстановление советского подводного флота аттестаты "Героев Труда дивизиона ПЛ Балтийского моря".

Приказом РВС Морских сил Балтийского моря от 17 января 1923 г. ПЛ дивизиона были присвоены новые названия: "Большевик" ("Рысь"), "Комиссар" ("Пантера"), "Красноармеец" ("Леопард"), "Рабочий" ("Ёрш"), "Краснофлотец" ("Ягуар"), "Коммунар" ("Тигр"), "Товарищ" ("Тур"), "Пролетарий" ("Змея"). ПЛ "Волк" была по ошибке пропущена в приказе и получила новое название "Батрак" несколько позже.



Транспорт "Тосно" был переименовал в плавбазу "Смольный", учебное судно "Верный" -в плавбазу "Петросовет" (впоследствии "Ленинградсовет"), спасатель "Волхов" - в "Коммуну".



К началу 1925 г. отдельный дивизион ПЛ был преобразован в бригаду двухдивизионного состава. Командовал этой бригадой Я.К.Зубарев, комиссаром был (с октября 1926 г.) О.И.Спалвин, дивизионы ПЛ возглавляли А.А.Иконников и Г.В.Васильев.



В 1925 г. бригада впервые вступила в кампанию в полном составе - все 9 ПЛ были в строю. Этому способствовало активное участие подводников в ремонте своих кораблей: они выполнили более 50% ремонтных работ. В 1924 г. почти на всех ПЛ были установлены новые аккумуляторные батареи. Экипажи ПЛ настойчиво повышали свою боевую выучку.



В кампанию 1928 г. продолжительность учебных походов ПЛ Балтийского моря выросла до 53 суток, а время непрерывного пребывания на грунте - до 43 часов. Наибольшая глубина погружения равнялась 125 метров. Корабли бригады совершили 2 похода в южную часть Балтийского моря, отрабатывая действия на коммуникациях.

На Черном море подводные силы, по существу, создавались заново. Почти вся бригада ПЛ из 19 единиц, которой располагал российский флот на Черном море в 1917 г., была уничтожена интервентами и белогвардейцами. В Одессе они затопили ПЛ "Лебедь" и "Пеликан". В районе Севастополя англичане затопили 11 ПЛ: "Лосось", "Судак", "Кашалот", "Кит", "Нарвал", "Гагара", "Орлан", "Скат", "Налим", "АГ-21" и первый в мире подводный минный заградитель "Краб".



Войска барона Врангеля увели в Бизерту (Тунис) 157 захваченных им кораблей, в том числе ПЛ "Аг-22", "Тюлень", "Буревестник" и "Утка".

Восстанавливались судостроительные и судоремонтные заводы в Николаеве и в Одессе. На заводе "Рассуд" сохранились корпуса и механизмы двух ПЛ типа "АГ" -"АГ-23" стояла на стапеле уже почти в полной готовности (была заложена в мае 1917 г.), ПЛ "АГ-24" находилась в сборке. Детали еще двух ПЛ продолжали лежать в нераспакованном виде в ящиках, в которых они прибыли в Россию из США.



Здесь же стояла на приколе ПЛ "Нерпа" -единственная оставшаяся а Черном море ПЛ типа "Морж", которая должна была проходить капитальный ремонт.



Кроме того, в Северной бухте Севастополя англичанами была затоплена ПЛ типа "Карп" (тип "К"), исключенная 28 марта 1917 г. из списков Черноморского флота. Впоследствии, в период с 1926 г. по 1935 г. ПЛ "Орлан", "АГ-21", "Судак", "Налим", "Лосось", "Кит" и "Краб" были подняты. Однако восстановить и ввести в строй удалось только ПЛ "АГ-21".



Формирование дивизиона ПЛ возглавил А.А.Иконников, прибывший с Балтики в Николаев в апреле 1920 г. Комиссаром дивизиона был назначен коммунист В.Е.Голубовский, вывший минный старшина ПЛ "Минога". На ПЛ "АГ-23" была создана партячейка, сыгравшая большую роль в ускорении работ.



1 июня 1923 г. была спущена на воду ПЛ "АГ-23".В тот же день была заложена ПЛ "АГ-24" имени Луначарского. Через месяц началось строительство ПЛ "АГ-25". Работы на ПЛ шли полным ходом, но специалистов не хватало. Поэтому по решению Советского правительства на Каспии ПЛ, прибывшие в 1918 - 1919 гг. , были переведены в резерв. Для их обслуживания было оставлено 12 человек, остальные подводники отбыли на Черное море.

17 сентября каспийцы во главе с начальником дивизиона Ю.В.Пуарэ прибыли в Николаев. Восемь человек получили назначение в экипаж ПЛ "АГ-23", остальные были расписаны по строящимся ПЛ.



22 сентября 1920 г. на ПЛ "АГ-23" был поднят военно-морской флаг. Она стала первой советской ПЛ в составе Морских сил Черного и Азовского морей.



К 21 октября формирование дивизиона ПЛ Черного моря было закончено.



4 октября 1923 г. ПЛ "Аг-23" под командованием А.А.Иконникова вышла в свой первый боевой поход. Появление советской ПЛ в северо-западной части Черного моря не на шутку встревожило британское правительство. Еще 26 сентября 1920 г. британским кораблям был отдан приказ при встрече с ПЛ "АГ-23" атаковать ее.



В конце октября 1920 г. ПЛ "АГ-23" посетил в Одессе Председатель ВЦИК М.И.Калинин. 28 октября 1920 г. части Красной Армии перешли в наступление и ворвались в Крым. 15 ноября был взят Севастополь. В ноябре были выбиты все войска генерала Врангеля из Крыма. В это время была заложена четвертая ПЛ - "АГ-26" имени Каменева.



16 июля 1921 г. был поднят советский военно-морской флаг на ПЛ "АГ-24", 27 мая 1922 г. - на ПЛ "АГ-25", а через неделю , 3 июня 1922 г. - на ПЛ "Нерпа". 11 июля 1923 г. вошла в строй дивизиона ПЛ "АГ-26".

"Георгий" была переименована в "Березань". ПЛ командовали Б.М.Ворошилин, Н.А.Горняковский, А.П.Рахмин, прибывшие с Балтики, Г.А.Шредер, переведенный с Каспия, и другие.



Экипажи ПЛ на 70% состояли из моряков, не имевших специальной подводной подготовки. После перебазирования дивизиона ПЛ Черноморского флота в Севастополь на кораблях началась активная боевая учеба.

Учебный отряд 22 декабря 1922 г. был преобразован в Школу подводного плавания. Первым ее начальником стал С.П.Языков. Школа вошла в состав Учебного отряда Балтийского моря, организованного в январе 1922 г.



16 октября 1922 г. комсомол взял шефство над Красным Флотом. Почти 89% призванных в том году во флот составили комсомольцы. В марте 1923 г. в Школу подводного плавания было направлено 130 призывников комсомольского набора, а в мае того же года - 280.



В 1924 г. выпускники Школы комсомольского набора пополнили ряды балтийских и черноморских подводников.



14 находившихся в строю ПЛ типа "Барс", "Морж" и "АГ" (9 на Балтике и 5 на Черном море) -таким был советский подводный флот к концу восстановительного периода 1921- 1928 гг.

Пользуясь трудным положением Советской России в 1920-е годы, различные зарубежные фирмы предлагали ей свои ПЛ. Итальянские "Ансальдо" и "Франко Тозильяно", английская "Виккерс", казалось, только вчера поставлявшая танки белогвардейцам. Французская "Аугустин Норман" из Гавра сообщала о себе, что она является "одной из старейших и опытнейших фирм, специализировавшихся на постройке миноносцев и ПЛ". Даже голландцы в лице фирмы "Фидшенорт" изъявляли готовность помочь большевикам. Не пылкой любовью к молодому государству трудящихся объяснялись эти предложения. Капиталисты понимали, что СССР пока не в состоянии создавать свои подводные корабли, а они очень нужны и, следовательно, Кремлю придется раскошелиться, не слишком торгуясь. Ситуация, казалось, сулила западным дельцам крупные барыши. Но на удивление всем Кремль не желал принимать кабальные предложения, не спешил раскрыть объятия западным фабрикантам оружия.



Причин тому было много. И огромную роль, в частности, сыграл Зарубин, на стол которому попадали западные предложения. Николай Александрович подвергал их убийственной критике. Вот один лишь тому документ - анализ проекта завода "Франко Тозильяно": "Представляют ли рассматриваемые нами в этом предложении лодки такой большой интерес и новизну, чтобы нужно было поднять вопрос о приобретении чертежей в видах приобретения Россией прав на постройку? Пусть мой ответ не будет сочтен за шовинизм, но я скажу, что нет и нет. По моему мнению. Эти лодки являются лишь следующим шагом после типовых лодок минувшей войны. Ни один из предлагаемых типов осуществлен не был…. Для России, очень отсталой в техническом отношении от Запада и экономически очень бедной, в некоторых случаях приходится идти в вопросах техники не путем эволюции, а скачками. В особенности это нужно сказать про настоящее время.



Рассмотренные мною типы для западноевропейской техники являются одним из теоретических этапов развития подводного судостроения. Технически они имели образцы более высокие, чем Россия, мы этих этапов еще не пережили, и я повторяю, нам нельзя идти путем постепенного развития, а нужно делать скачок, иногда даже очень большой.

ПЛ, как я уже говорил в моих прежних докладах, перешла с минувшей войной поворотный пункт по пути своего развития; куда поведет этот путь, мы пока еще не знаем. Каждая страна пытается найти этот путь по-своему. Англичане, французы, американцы и т.д. все идут своими путями, и их пути применяются к возможному театру и возможному противнику. Этим же путем, т.е. путем национальным, должна идти и Россия. Развитие ПЛ Русского типа весьма своеобразно и не похоже на иностранное. Интересно то обстоятельство, что иностранный тип ПЛ, переносимый на русскую почву, сейчас же меняется и приспосабливается к русским требованиям….



Возвращаясь к докладу, скажу еще раз: Россия не имеет средств производить дорогие опыты. Из предложенных докладов видно, что в целом это все устарело, а техника войны требует нечто новое. Ничего захватывающего в предлагаемых проектах нет. Главный подводник Н.Зарубин.



Анализируя предложение голландцев, Зарубин в сентябре 1923 г. делает такое заключение: "Тактические задания предлагаемой ПЛ очень бедны: скорость, районы, мощности машин и т.д. - все это значительно ниже тех минимальных требований, которые мы намерены предъявить нашим будущим ПЛ". Затем следует отказ итальянской фирме "Ансальдо": "Проекты ПЛ не представляют собой новизны".



С мнением Зарубина солидаризируются его начальники, препровождая наверх по инстанции отзыв с таким Письмом: " Совершенно согласен с высказанным в отзыве взглядом о необходимости представить заказы нашим заводам и только в крайнем случае переносить заказ за границу. В настоящее время поступают массовые предложения на различное барахло, ненужное за границей, и поэтому нам особенно необходимо быть внимательными и разборчивыми… нашим морским экспертам следовало бы за всем этим внимательно следить".

"барахло" - в данном случае очень точное определение. Барахло. И Зарубин - один из тех, кто это весьма убедительно доказывает.



Дело со строительством ПЛ понемногу сдвигается с мертвой точки зрения. Едва начинает налаживаться экономика, как партия принимает максимально возможные меры по укреплению обороноспособности страны. Разрабатываются новые артиллерийские системы, стрелковое оружие, закладываются основы танковой и авиационной промышленности, возрождается флот.

Итак, покупка ПЛ за рубежом не состоялась. Но появляется еще одно мнение. Кое-кто предлагает взять за основу ПЛ Ивана Григорьевича Бубнова, в частности, знаменитые для своего времени "Барсы", и копировать их, не мудрствуя лукаво. У такой точки зрения немало приверженцев, поскольку предложение, на первый взгляд, заманчивое: не ломясь в открытые двери нового и неизведанного, идти проторенной дорожкой - старое повторить легче. И чертежи найдутся, и люди, что строили ПЛ типа "Барс". В видимой привлекательности идеи - ее опасность. Зарубин называет это "гипнозом" "Барсов", сильным гипнозом, поскольку, кроме бубновских ПЛ, на Балтике ничего нет. А с "Барсами" дело плохо. Они в тяжелом состоянии - вспомним документы, приведенные выше, и , главное они безнадежно устарели.



В октябре 1925 г. состоялся осенний поход Балтийского флота, после него, как положено, подводники подводили итоги. И в отчете было записано: "Относительно ПЛ - поход подтвердил еще раз малую пригодность и малую ценность ПЛ типа "Барс". Замена лодок более пригодным типом назрела в полной мере и является очередной задачей".



Резолюция начальника и комиссара Морских СИЛ РККА: "Лишнее доказательство, что надо начать собственное подводное судостроение".



Расправившись с иностранными предложениями, Зарубин теперь отбивается от "Барсов", вот его доводы: "Многие весьма солидные технические авторитеты подводного плавания из плавающего на ПЛ состава до смешного загипнотизированы ПЛ "Барс" и ее механизмами и всякое суждение о каких-либо предложениях и критике нового механизма для ПЛ базируются не на современной технике 1922-го или 1923 года, а на механизмах ПЛ "Барс", т.е. 1912 - 1913 гг. Эта консервативность порой становится даже смешной… Недостатки и устарелости "Барсов" настолько общеизвестны, что подобное утверждение следует считать излишним. Заслуживает внимания случай с ПЛ № 1 ("Коммунар" (имеющей 10-летний срок службы), потерявшей в свежую погоду кормовой горизонтальный руль".



Зарубин, конечно, не одинок, Сохранился рапорт командира подводного минного заградителя "Рабочий" (бывший "Ёрш" - из семейства "Барсов") Константина Николаевича Грибоедова, в котором зафиксированы злоключения одного похода. В рапорте Грибоедов объясняет командиру бригады ПЛ, почему он опоздал к точке встречи: "Опоздал исключительно из-за неразъединения муфт, причем первую разъединить так и не удалось до прихода в базу… Что касается муфт, соединяющих вал электромоторы с коленчатым валом дизеля, то в этом походе выяснилась окончательная полная их непригодность: На разъединение левой муфты потребовалось 3 часа, а правая муфта так и не разъединилась. Срочное погружение и длительный подводный ход выявили полную непригодность судовой вентиляции в машинном и кормовом отсеках. Радиосвязи, надо считать, у лодки нет".

Плохи "Барсы", плохи. Плавать на них практически невозможно. Судьба старых ПЛ становится предметом забот Рабоче-Крестьянской инспекции. Она проводит скрупулезное обследование.



Доклад Рабкрина о его результатах состоялся 4 августа 1925 г. В числе присутствующих - Н.А.Зарубин и А.Н.Бахтин - бывший командир знаменитой ПЛ "Пантера", потопивший в 1919 г. британский миноносец "Виктори". Мнение Бахтина о "Барсах" известно давно: "Район плавания мал. Жизнь неудобна".



Доклад комиссии Рабкрина звучит, как приговор старым лодкам: "Боевой опыт Первой Мировой войны произвел окончательную нивелировку в типах ПЛ. Некоторые из них были сметены при первых же выстрелах и с тех пор их следует считать похороненными.



К числу таких "мертвых" типов относятся однокорпусные лодки , - между ними тип "Барс". Низкие качества тактических элементов ПЛ типа "Барс", крупные недостатки типа и конструкции их решают отрицательно вопрос о соответствии ПЛ типа "Барс" современным требованиям войны".



Рабкрин мыслит мудро: лодки минувшей войны вряд ли подходят для войн будущих. И потому с "барсами", отдав дань памяти их конструктора И.Г.Бубнова, надо кончать.



Значение и роль Ивана Григорьевича раз и навсегда определены историей отечественного кораблестроения: выдающийся теоретик и видный конструктор, основоположник российского подводного кораблестроения. Все, что сделано в России в этом направлении до Бубнова, - не более чем опыты, порой наивные. Иван Григорьевич дал России первые боеспособные субмарины того типа, который вошел в историю под названием "Русского" - с большой буквы писал Зарубин, так нужно писать и сегодня. Но теперь, в 1920-е годы, не могло быть и речи о "барсах" как объектах для копирования. Использование же отдельных удачных узлов - это дело будущих конструкторов.



Конструкторы…. Люди, отвечающие за оборону страны, думали и о конструкторах. Весной 1925 г. бригаду ПЛ Балтийского флота посетил народный комиссар по военным и морским делам М.В.Фрунзе. Он сообщил, что ЦК ВКП (б) и СНК решили начать строительство нового флота, в том числе и подводного. Предполагалось 3 первые ПЛ строить на Балтике, 2 других - для Черного, Не мог не быть на совещании и Борис Михайлович Малинин.





СОТРУДНИЧЕСТВО С ГЕРМАНСКРОЙ ФИРМОЙ "ДЕШИМАГ"

ПРИ СТРОИТЕЛЬСТВЕ ПЛ ТИПА "С"



Первыми странами, с которыми Советский Союз установил торгово-экономические связи в области военного кораблестроения, стали Германия и Италия. Первой торговой сделкой с Германией в сфере кораблестроения стала продажа Советским Союзом на слом среди прочих кораблей и трех корпусов линейных крейсеров типа "Измаил", которые для германских фирм представляли интерес не только как высококачественный металл. Специальная техническая комиссия тщательно изучила особенности конструктивных корпусов новой для германских специалистов системы набора, в которой получил дальнейшее развитие опыт постройки линкоров типа "Советский Союз".



Анализ кораблестроительных новшеств российских линейных крейсеров оказался весьма ценным для германских судостроителей при проектировании и постройке в будущем крупных боевых кораблей.



Очередные контакты с Германией по судостроительному делу касались поставок в 1926 г. германского оборудования для Опытового бассейна в Ленинграде.



Начиная с 1934 г., для изучения зарубежного опыта и приобретения отдельных проектов кораблей, их вооружения и механизмов советское руководство судостроительной промышленности и флота практиковало командировки за границу групп специалистов.



В ходе этих командировок, например, во Франции, наши специалисты ознакомились с проектом лидера типа "Фантаск". В Швейцарии заказали главные турбины для линкора проекта "23". Покупку ряда вспомогательных механизмов для этого линкора, а также для тяжелого крейсера проекта "69" и эсминцев проекта "7" удалось осуществить в Великобритании.



Плодотворным оказалось сотрудничество с германской фирмой "Дешимаг", разработавшей проект средней ПЛ водоизмещением 828 / 1068,7 т по техническому заданию Центрального конструкторского бюро по судостроению (ЦКБС-2).



Весной 1934 г. полный комплект чертежей нового проекта поступил в распоряжение ленинградских конструкторов, а 25 декабря состоялась закладка головной ПЛ серии IX. Она получила литерно-цифровое обозначение "Н-1". Спущенная на воду в августе 1935 г. эта ПЛ уже через год была предъявлена к приемо-сдаточным испытаниям государственной комиссии под председательством военинженера 2 ранга Н.И.Кюна.

По чертежам германской фирмы "Дешимаг" были построены 3 ПЛ "С-1", "С-2" и "С-3" (серия IX) . Смена обозначения с "Н2 на "С" произошла в декабре 1937 г.

С января 1936 г. на их базе началось строительство ПЛ серии IX-бис.