Четыре подвига неизвестных пионеров-героев (8 фото)

Автоматная очередь «прошила» часового, который охранял вход в немецкий штаб. Стрелок ворвался внутрь и изрешетил всех, кто был внутри – командира батальона, его заместителей и выбежал на улицу. Навстречу ему, стреляя на ходу, бежали несколько солдат в нацистской форме. Одна пуля попала ему в живот, вторая – в голову, автомат выпал из рук. Стрелок упал в траву лицом вниз. Немцы перевернули тело и не поверили своим глазам – перед ними лежал ребенок, на вид лет десяти.

Об этом случае в интервью телеканалу «Звезда» рассказал Герой Советского Союза, бывший командир партизанского отряда Петр Евсеевич Брайко. 97-летний ветеран Великой Отечественной войны о подвиге Алексея раньше никому не говорил. И с нами поделился этой трагической историей, сделав над собой усилие, - вспоминать о гибели, пусть и героической, детей на войне, даже спустя 70 лет, ему было тяжело.


«Леше было всего 12 лет, такой красивый, энергичный, сообразительный мальчик...», - вздыхает ветеран.


Леша не должен был погибнуть в этом бою, хотя бы потому, что не должен был в нем участвовать.


«У нас было правило – сначала обучить подростка обращению с оружием, потом обучить стратегии ведения партизанского боя… Леша ничего этого не знал, - он был у нас в отряде всего-то недели две, мы даже фамилию его не успели узнать», - вспоминает Петр Брайко.


Петр Евсеевич говорит, что дело было летом, на территории, оккупированной немцами Белоруссии, в районе населенного пункта Жихов. Разведгруппа партизанского отряда «Путивльский» заметила батальон немецкой пехоты, который после марша остановился на отдых.

«Наш комиссар Руднев говорит: «Надо ликвидировать батальон!», ну Леша, видимо, это и услышал, а так как он был новичком, то и решил на 300 немцев напасть в одиночку. Мы, как правило, не посылали детей одних, берегли их. А тут просто не заметили, как он исчез», - говорит ветеран войны.


Услышав стрельбу, партизанский отряд немедленно бросился в погоню за немцами, которые, увидев превосходящего в силе противника, решили отступать. Это их не спасло, весь батальон был уничтожен. После этого и было обнаружено тело Алексея.


«Комиссар его очень любил, он плакал, не стесняясь людей… Леша… он настоящий герой… в бою погиб», - с трудом сдерживая слезы, рассказывает Герой Советского Союза. 12-летний Алексей расстрелял, по мнению бывшего командира партизанского отряда, не менее 12 фашистов. Похоронили его с почестями.


«Мы ни до, ни после этого никого так не хоронили – всем отрядом, с почетным караулом, с салютом…», - говорит ветеран войны.


История этого подростка, по меркам Великой Отечественной войны, типична, - мать, отца, сестру и брата расстреляли немцы. Леша, не долго думая, пошел в партизанский отряд – мстить за погибших.


«Детей использовать можно и нужно, если обстоятельства складываются так, что иначе нельзя. Видите, какое дело, когда мы брали подростков, мы долго их не посылали на задания, мы их приглашали на совещания, да, да! Они слушали задания, которые получали старшие партизаны, потом слушали их отчет о том, как задание было выполнено, или не выполнено… Они запоминали поступки взрослых, они таким образом учились военному делу», - говорит ветеран.

Правомерность действий командиров партизанских отрядов, в которых дети были связными, разведчиками, подрывниками и даже бойцами, установить трудно. Даже военные историки сегодня, спустя 70 лет после Великой Победы, не могут с точностью назвать хоть один документ, который давал бы на это законное право.


«Да, Сталин призывал всех граждан СССР встать на борьбу с врагом. Но, как известно, в регулярную армию до 18 лет даже в годы войны никого не брали. С партизанскими отрядами было все иначе – все они находились на оккупированной территории, и «де юре» советские законы там не действовали. Другими словами, разрешать этого – никто не разрешал, но и запрещать тоже – никто не запрещал», - утверждает кандидат исторических наук Дмитрий Суржик.


Петр Евсеевич говорит, что в партизанских отрядах было очень много детей и подростков в возрасте 12-14 лет.


«Они были самыми надежными исполнителями, знали, что порученное им задание надо выполнить хорошо. Чудить, мутить, хитрить, обманывать они не умели. А задания мы им давали самые различные… Например, нужно ликвидировать дорогу… поскольку все дороги охранялись гитлеровцами, если роту послать, могла не справиться, а один подросток мог незаметно пройти посты, незаметно подобраться. В первые годы войны на них немцы внимания не обращали. И они взрывали… все зависело от того, чему мы их учили. Мы их вооружали самым легким, самым надежным оружием, - пистолеты, легкие автоматы, трофейные, но я считаю, проверив это на фактах, наше оружие было самым лучшим», - вспоминает Петр Брайко.


Подвиг белорусского партизана Алексея, погибшего в 12 лет в первом же бою, 70 лет оставался неизвестным. Последние воинские почести, которые ему отдали его товарищи, оказались по-настоящему последними – его могилу потом найти не смогли. И подвиги лишь нескольких десятков несовершеннолетних смельчаков навсегда вошли в историю Великой Отечественной войны – их назвали пионерами-героями. Большинство из них получили это звание посмертно.


Надежда Богданова: возвращение с «того света»


Тело 11-летней Нади Богдановой полицаи выбросили в канаву. За несколько часов до этого ее сначала били, потом обливали водой и выставляли на улицу, потом выжгли на спине звезду, - ничего не помогло, - девчонка так ничего и не рассказала о партизанском отряде. Ее поймали сразу после взрыва моста, в котомке – крошки взрывчатки…

Утром ее вытащили из канавы местные жители – немцы велели закопать, чтобы запах разлагающегося тела их не беспокоил. Тут-то и обнаружилось, что девочка еще жива, ее спрятали, тайно выходили, наступил долгожданный День Победы, но только спустя еще 15 лет товарищи из ее партизанского отряда, которым руководил Михаил Иванович Дьячков, узнали, что, несмотря ни на что, их любимица-разведчица Надя выжила.

В 1943 году Надю немцы казнили уже во второй раз, - первый раз это случилось в 1941 году, когда юной партизанке было всего 9 лет. Она 7 ноября повесила в Витебске красный флаг на здании железнодорожного вокзала, ее поймали, и вместе с красноармейцами расстреляли, только вот девочка упала раньше остальных – от испуга потеряла сознание, - и это ее спасло. Она так и осталась лежать под трупами, потом очнулась, поползла, и каким-то чудом добралась до партизан.


Второй подвиг Надя Богданова совершила, когда в разведке у села Балбеки немцы ранили ее командира Ферапонта Слесарева. Девочка нашла в себе мужество угнать из-под самого носа полицаев телегу, и вывезла своего товарища в отряд.


О ее подвигах, как и о подвиге Алексея из партизанского отряда «Путивльский», никто бы никогда не узнал, если бы не журналисты. После войны по радио, тогда уже замужняя женщина Надежда Александровна Кравцова (это была фамилия ее мужа), услышала голос Ферапонта Слесаренко, который говорил, что она пала смертью храбрых, и что ее никогда не забудут. Только тогда Надежда Александровна решила объявиться, и рассказать о своем чудесном возвращении с «того света».

В 1945 году с «того света» вернулся еще один разведчик того же партизанского отряда «Мститель» Евгений Ковалев. О разведчице Наде он никогда не слышал, но своего командира – Михаила Дьячкова помнит до сих пор очень хорошо.


«Путевка в жизнь» - из партизанского лагеря в концентрационный


Евгений Филиппович Ковалев стал сотрудничать с партизанами в 14 лет. Задания были простые – запоминать и потом рассказывать, что видел на дороге Смоленск-Витебск.


«Командира партизанского отряда Дьяченко я знал еще до войны, он был бригадиром в колхозе, партийным. И вот началась война, как-то ночью он приходит в хату. Я жил у брата в деревне Смолизовка. Задание было такое – сходить к железнодорожной станции Голынки, «кто – где, и сколько» запомнить и потом ему рассказать», - говорит бывший разведчик партизанского отряда «Мститель» Евгений Филиппович Ковалев. С первым заданием Женя Ковалев справился, потом стали поступать новые.

«Каждый день докладывали, - трасса оживленная Смоленск-Витебск, а мы жили рядом. Полицаи были, но на нас мальчишек внимания не обращали. Я знал двоих – Болт и Савченко, их раскулачили до войны и отправили на Соловки… перед самой войной они вернулись, латыши они были. Почти все полицаи работали на партизан, а эти – нет. Но нам они не мешали. В хуторе вообще никто не дежурил по ночам, - зачем? Полицаи охраняли мосты и другие объекты, поэтому страшно не было, что кто-то что-то заметит, а помогали партизанам все – и старые и малые, все», - вспоминает бывший партизан. Евгений Филиппович говорит, что в партизанский отряд Михаила Дьячкова не просился, - «нельзя оголять тыл».


Свое последнее задание 14-летний Женя Ковалев выполнял вместе с другом – Петей Лисичкиным в 1943 году. Их взяли немцы прямо на дороге, отговорки о потерянной корове не помогли. Следом – допросы и побои. Били палками, резиновыми и деревянными, но говорить правду было нельзя – скажешь, и сразу подпишешь себе приговор.


«Вы что? Сразу – смерть! Или немцы расстреляют, если скажешь все, – ты им больше не нужен, или наши – предал! Поэтому в кино правду показывают, - попал в гестапо – терпи до последнего!», - вспоминает Евгений Филиппович.

Малолетнего партизана-разведчика расстреливать не стали – никаких доказательств его вины не было, но то, что он партизанил, всем местным полицаям было очевидно. Вот и направили 14-летнего патриота СССР на исправление – в концентрационный лагерь Освенцим.


«Когда нас освободили, когда я вернулся домой, то Дьячков опять работал бригадиром. Был у нас разговор, был! Он меня допытывал: «Как тебя пытали?» Потом похвалил за выдержку, сказал, что если бы его выдал, сожгли бы немцы всю деревню», - рассказывает бывший малолетний узник лагеря-смерти Освенцима. В одно и тоже время, в одном и том же концлагере с Евгением Ковалевым находился и Василий Адамович Савченко.


«Моего отца сожгли в 18 часов 15 минут»


В послевоенное время Василий Адамович открыл, как обычно утром, свой почтовый ящик, на пол вывалился конверт. Пожилой человек поднял его, увидел немецкие марки на конверте и сразу раскрыл. На ломанном русском языке значилось: «Согласно данным архива концентрационного лагеря Освенцим, Ваш отец Адам Адамович Савченко был сожжен в крематории в 18 часов 15 минут».


«До чего скрупулезные, сволочи! В 18 часов 15 минут… В Освенциме погибла и моя мама, но когда и как – не знаю до сих пор. Я выжил, хоть и попал в него, когда мне было всего девять лет. Попал, конечно, не случайно», - вспоминает Василий Савченко.


Семью Савченко направили в Белоруссию незадолго до начала Великой Отечественной войны. Отец Василия был партийным, участником Первой мировой войны, инвалидом. Его семью поселили в большом доме раскулаченного крестьянина.

«Когда началась война, мы сразу бежали в лес, - в селе бы нас сразу предали, мы это знали. В лесу был образован партизанский отряд «имени Чапаева», потом он вошел в состав «бригады Суворова». Те, кто мог воевать, разбили свой лагерь, а мы – по соседству, рядом, – дети, женщины и старики. Моя мама, как и все остальные женщины, стирала, готовила, делала, что могла. У нас была корова, а мы жили в землянках, почти год», вспоминает сегодня Василий Савченко.

В партизанском отряде служили три его брата – Владимир, Евгений и Адам. Несколько раз они брали его с собой – на задание.


«Помню, на мельнице надо было договориться о том, чтобы ночью нам смололи муку. Я ходил. Потом еще надо было в деревню Лесины к старосте зайти, он работал на нас. Там все было засекречено. Он, например, говорил: «Базара в четверг не будет, а будет в пятницу», я передавал», - говорит Савченко.


В 1943 году партизан начали «выкуривать» из лесов. Партизанский отряд ушел через болото, не взяли только женщин, стариков и детей, ну и еще отца Василия – у него открылась рана на боку, которую он получил во время Первой мировой войны.


Только после войны Василий Савченко узнал, что все его братья погибли в боях. А сам он вместе со всеми гражданскими помощниками партизанского отряда имени Чапаева оказался в концлагере Освенцим.


Василий Адамович Савченко, как и Евгений Филиппович Ковалев, и бесфамильный Алексей не стали пионерами-героями, их имена уже никогда не высекут на мраморе. Но они, равно как и десятки тысяч других юных защитников своей Родины, сделали 70 лет назад все, что могли. В 2009 году ООН объявила 12 февраля Международным днем борьбы с использованием детей-солдат.

Чтобы помнили.