Взломанные ворота Берлина (5 фото)

За два часа до рассвета 16 апреля 1945 года в полосе ответственности 1-го Белорусского фронта у Кюстрина поднялся в небо белый столб света: зенитный прожектор дал отлично видимый сигнал. Сразу за этим позиции советских войск взорвались огнем. На участке немногим менее 30 километров заработали свыше 10 тысяч орудий, минометов и реактивных установок. Удар наносился всеми силами и на глубину до 10–12 километров. Спустя полчаса артиллерия убрала прицел с переднего края, и вперед двинулась пехота. Советская армия начала бросок к Берлину.

1-й Белорусский фронт под командованием Георгия Жукова наносил главный удар, ему ставилась задача овладения Берлином. Южнее него действовал 1-й Украинский фронт Ивана Конева, имевший задачей рассечь коммуникации южнее германской столицы и изолировать берлинскую группировку от группы армий «Центр», развернутой севернее чехословацкой границы. 2-й Белорусский фронт Константина Рокоссовского должен был продвинутся в полосе от Берлина до Балтийского моря, прикрыв окружающих столицу с севера.

Первый день не дал ожидаемых результатов. Кюстринский плацдарм Жукова расширялся медленно, советские войска бились в оборону немцев. Маршал впоследствии писал, что, несмотря на отлично проведенную нами разведку и активное применение артиллерии, в том числе тяжелой, вермахт сохранил систему обороны. Особенно это касалось сильно укрепленного района у Зееловских высот, в зоне ответственности 8-й гвардейской армии Василия Чуйкова.

Тем временем операция шла по графику. К вводу в чистый прорыв (которого не удалось обеспечить) уже изготовились сразу две танковые армии фронта: 1-я гвардейская Михаила Катукова и 2-я гвардейская Семена Богданова. Вечером 16 апреля Жуков отдал приказ пробивать оборону Зеелова силами танковых армий. К 18 апреля Зееловские высоты были взяты, к 19 апреля фронт прорвал третью линию эшелонированной обороны и получил возможность двигаться к Берлину.

Тем временем 1-й Украинский фронт форсировал Нейсе и двинулся к Шпрее. Войска с места взяли хороший темп и, учитывая сложности Жукова на Зеелове, Ставка «довернула» танковые армии Конева (3-ю гвардейскую Павла Рыбалко и 4-ю гвардейскую Дмитрия Лелюшенко) на северо-запад — к южным окраинам Берлина, опасно угрожая коммуникациями центральной позиции немецкой группировки. Армии проходили по 35–45 километров в сутки.

Наступление 2-го Белорусского фронта также развивалось успешно. Немецкая группировка постепенно сжималась, и в ней уже наметились котлы. 9-я армия вермахта, упрямо оборонявшая стык фронтов Жукова и Конева, была полуохвачена за счет широкого маневра танкистов Конева и продвижения вперед с Кюстринского плацдарма. 20 апреля войска 1-го Белорусского фронта нанесли первый удар дальнобойной артиллерией по Берлину.

20 и 23 апреля командующий группой армий «Центр» Фердинанд Шернер собрал наконец силы и бросился к северу, пытаясь угрожать левому флангу Конева. Самонадеянный рывок 2-й армии Войска Польского на Дрезден дорого обошелся союзникам, подставившимся под немецкий контрудар. В окружение попал 7-й гвардейский мехкорпус, засевший в Бауцене и отрезанный с востока рассекающим ударом войск Шернера.

К 24 апреля советские части на этом направлении, неся тяжелейшие потери, сумели вырваться из окружения. Ситуация была почти скандальна: что-то подобное последний раз с нашими войсками происходило самое позднее в 1942 году. Подтянутые соединения 1-го Украинского фронта блокировали дальнейшее продвижение войск группы армий «Центр».

А севернее этой дрезденской драмы 25 апреля Жуков и Конев замкнули котел 9-й армии и вышли в пригороды немецкой столицы. Начинался исторический этап операции — штурм Берлина.