Народы России. Айны – бородатые жители Курил (12 фото)

Издревле айны проживали на южной Камчатке, Сахалине, Курильских островах, в низовьях Амура, а также на Японских островах.

Данные о первых айнах на этих территориях относятся к 13 тысячелетию до н.э., или за 12 тысяч лет до появления на островах первых японцев. Неизвестно точно, откуда явились предки айнов, уж очень нетипичен этот народ – белолицые и прямоглазые, с густыми бородой и усами у мужчин, слишком разительно они отличались от других народов Восточной Азии. Существует 2 основные теории пути миграции айнов: с Севера через Камчатку из Сибири, либо с Юга с островов Тихого океана. Однако, именно вторая версия наиболее достоверна, ведь в культурном плане у айнов обнаруживается близость с аборигенами Австралии и Полинезии (спиральный орнамент, полинезийский лук и пр.), да и сама айнская мифология ведёт их следы к Югу.

История айнов до их вытеснения с Японских островов предками японцев относится к неолитической культуре Дзёмон. В это время айны жили отдельными племенами, занимались охотой и рыболовством, а также наиболее примитивными видами земледелия. До прихода японцев кузнечного дела не знали, пользуясь в основном каменными, либо костяными орудиями. Зато было очень развито гончарное дело. Именно к их культуре относится один из самых древних в мире образцов глиняной посуды, возрастом более 14 тысяч лет. На свою керамику айны с помощью обыкновенной верёвки наносили различные узоры и орнаменты, откуда и пошло название периода Дзёмон («эпоха верёвочного орнамента»).

Начиная с 500г. до н.э. айнов начали вытеснять пришельцы монголоидного типа, предки современных японцев. Айны были воинственным, храбрым и свободолюбивым народом, но их малая численность не позволяла им успешно противостоять захватчикам. Под напором врага им пришлось массово отходить на Север, плотнее осваивая Хоккайдо, Сахалин и Курилы. Японское историческое произведение «Нихонсеки» (720г.) свидетельствует: «Айны по природе храбры и свирепы и очень хорошо стреляют. Они постоянно держат свои стрелы в волосах, любят производить грабежи и бегают так быстро, как бы летают»

Японцы сильно культурно обогатились за счёт своего северного соседа. Многие элементы самурайства (такие как харакири или Бусидо) возникли под влиянием айнской культуры, а японский синтоизм многое впитал из племенных верований айнов. Есть исследование, показывающее, что многие из самурайских родов имеют за собой айнское происхождение, как пример – клан Абэ.

Сами же айны ещё долгое время продолжали существовать относительно независимо от японцев, пока те не заняли остров Хоккайдо.
Первые контакты русских с айнами относятся к началу 18 века и носили агрессивный характер – в 1711г. казаки, впервые высадившись на Курилы, пытались силой вынудить айнов принять подданство и платить ясак, но те ответили вооружённым отказом. Началось длительное противостояние казаков и айнов, закончившееся к концу века принятием в подданство России всех островов.
Начинается активная японская и русская ассимиляция айнов.

Айны никогда не имели собственного государства. Им вообще были несвойственны крупные племенные объединения и единое национальное самосознание. Само слово «айну» означает просто «человек», а себя айны предпочитали называть различными племенными именами: «соя-унтара», «чувка-унтара» и т.д.

Основными занятиями айнов всегда были охота и рыболовство. В качестве оружия использовался в основном лук, нередко с отравленными стрелами.
Айнский язык, как и народ, очень обособленный и мало схож с другими языками мира. Своей письменности не имел. И сейчас является практически вымершим языком, так как слишком мало айнов его знает и использует в общении.
Одной из интересных особенностей народа является татуировка губ и рук, которая делалась только у женщин и исключительно женщинами. Причём процесс нанесения татуировки был многолетним и начинался ещё с раннего детского возраста. Данная татуировка обозначала семейное положение женщины: замужем или нет, а также количество детей. В настоящее время традиция практически канула в Лету, сохранившись отчасти, только в виде особенного макияжа на народные праздники.

Религия айнов основана на поклонении различным духам природы. Священными животными считаются касатка и медведь. Культ медведя вообще широко распространён у народов Сибири и Дальнего Востока, но у айнов он принимает особую форму. Изначально убийство и поедание медведя каралось у айнов смертью, но постепенно запрет ослаб. Возник Медвежий праздник, обряд умилостивления духа медведя, который просуществовал вплоть до 20 века. Дело происходило так:
“Новорожденного медвежонка из тайги приносили в селение, где три четыре года вся община заботилась о нем: ухаживала, кормила, выводила на прогулку. Местом его обитания была специально построенная бревенчатая клеть.
Кульминацией праздника становился ритуал «убиения – отправления» медведя к горному духу-хозяину и вкушение мяса. Молодые люди, держа взрослого медведя на цепях, проводили его по селению, на реку. На главном месте, украшенном ритуальными лиственницами и стружками инау, опытный охотник из лука стрелял в животное. В последний раз ритуальные угощения «мос» подавали убитому зверю как жертвоприношение от мира людей миру «горных людей» - духов. У айнов этот ритуал резко отличен от подобных ему, существовавших у других народов, ибо только они вскармливали медвежонка грудью женщины-кормилицы.
Медвежье мясо вкушала вся община и гости. Все кости возвращали главе рода вместе с искупительной собакой, которую приносили в жертву горным духам. Кости медведя хозяин праздника помещал в родовой деревянный амбар. Десятилетиями в нем хранились остатки всех медведей, убитых членами данного рода на празднике и на охоте.
Род восславлял медведя и всячески извинялся перед ним в следующей форме: если б его душа не была высвобождена из тела, разве она могла бы отойти вестником к богам, объяснить им, как преданы им айны и как они заслуживают их защиты?
В праздничные дни соревновались в бегах на собачьих упряжках, молодежь затевала игры, национальную борьбу.”

Сейчас большинство айнов в России являются православными, однако отголоски традиционной веры всё ещё сохраняются в их обиходе в виде суеверий.

На данный момент в Японии айнов 25000, а в России - 109, что связано с репатриацией айнов, как японских граждан с Сахалина и Курил после Второй Мировой и большой ассимиляцией. Однако, они до сих пор продолжают обитать на Сахалине, Курильских островах и Хоккайдо, как исконные, самые древние жители этих мест.
И напоследок, одна из национальных айнских сказок в записи русских исследователей:
На охоте на соболя
"Я пошел на охоту в тайгу. Далеко ушел. Спустившись с горы к маленькой речке, построил себе хижину и установил за нею инау, чтобы мне повезло на охоте.
Потом я поставил ловушки на соболя и возле речки, и на деревьях, поваленных через нее, — по ним любят перебегать зверьки, и дальше в тайге. Много ловушек поставил.
Ночью поспал в хижине, а рано утром, когда солнце накинуло золотую цепочку на макушку горы и стало вытягивать себя из далекого моря, я отправился проверять ловушки. Ой, как я был доволен, увидев добычу и в первой ловушке, и во второй, и в третьей, и еще во многих. Я связал пойманных соболей в большую связку и весело пошел к моей хижине.
Когда перебрался через речку, глянул на хижину и очень удивился — из нее поднимался дым.
Кто же это затопил мой очаг, однако?
Я осторожно подкрался к хижине и услышал звук, похожий на шум кипящей воды. Странно. Какой же человек зашел в мою хижину да еще что-то готовит? И уже пахнет. И вкусно, однако.
Я вошел. О-хо-хо-хо! Да это ж моя жена! Как это она додумалась найти меня? Никогда ведь не находила, а тут пришла.
А жена сидела на моем месте и готовила обед.
— Давай разувайся, — сказала она. — Просушу твою обувь.
Я разулся, отдал ей свою обувь, а сам все смотрю на нее внимательно и думаю: а моя ли это жена? Вроде бы не моя и вроде нет, моя. Надо как-то узнать.
Садись ешь, — сказала она. — Устал ведь на охоте. Я начал есть, а сам все думаю: как-то не похожа она на мою жену. Нет, не похожа. Наверное, это какой-то злой дух. Страшно стало, однако. Что же все-таки делать?
Вдруг женщина поднялась и говорит:
Ну, я пойду. Сказала так и пошла.
Я выглянул из хижины и посмотрел ей вслед. «А не медведица ли это?» — подумал я. И только так подумал, действительно — женщина превратилась в медведицу. Взревела громко и, косолапя, ушла в тайгу.
Я, конечно, испугался. Вокруг всей хижины понаставил инау. Ночью спал чутко, тревожно. А утром опять отправился проверять ловушки. О-хо-хо-хо, сколько соболей-то попалось! Никогда столько не попадалось!
Возвращаясь домой, я вспомнил, как древние старики рассказывали: бывает, обитатели лесов приходят к айнам в облике мужчины или женщины, чтобы помочь на охоте. Старики называют их людьми леса. Значит, и ко мне приходила лесная женщина, а не жена моя. Жена, конечно, не смогла бы так хорошо помочь на охоте. А та смогла. Молодец, однако!"