Азиатские сериалы в духе «Игры престолов», «Декстера» и не только (5 фото)

Мы тешим себя надеждой, что понимаем в медицине куда больше, чем можно было бы подумать — винить в этом стоит бесконечные медицинские шоу. «Скорая помощь», «Доктор Хаус» и даже «Клиника» для многих остаются единственным «походом ко врачу», который не откладывают до последнего. Не стоит забывать, что медицинские сериалы всегда излишне драматизированы, а больничные реалии в них зачастую далеки от суровой реальности. Азиатские сериалы — не исключение: как показывает практика, невозможность оторваться от сложной операции или возвращения пациента к жизни не требует перевода.

Лучшие азиатские медицинские шоу держатся на экстраординарной личности в центре сюжета, как, например, «Медицинская команда Дракон», в котором кардиохирург из сезона в сезон проводит фантастические операции на сердце. Драма, созданная по одноименной манге, остается, возможно, самым популярным медицинским шоу Японии вот уже на протяжении четырех сезонов. Главный герой — что-то вроде более молодого и романтизированного Грегори Хауса: любитель неформальных методов, пользующийся дурной славой среди коллег, но обладающий при этом беспрецедентными навыками.

В Корее тоже есть свой любимый гений — сериальный врач из шоу «Хороший доктор» с одним из отклонений аутического спектра. Главный герой, педиатр с уникальной памятью, пытается найти свое место в профессиональной сфере, однако его психологические особенности усложняют взаимодействие с другими людьми. Сериал хвалили за привлечение внимания к аутизму, редко обсуждающемуся в популярной культуре Южной Кореи. CBS, кстати, оглядываясь на успех корейской драмы, готовят американский ремейк про врача с синдромом Аспергера из Бостона — премьера назначена на август.

Этой зимой у Amazon вышел очередной удачный сериал — «Моцарт в джунглях», приоткрывавший широкой аудитории завесу в мир современной классической музыки. На Западе сериал приняли очень радушно, как когда-то и книгу воспоминаний гобоистки Блэр Тиндал, положенную в основу шоу. В Азии населению прививают любовь к классической музыке через поп-культуру вот уже больше десятка лет. В 2001 году в журнале Kiss начала выходить японская манга «Нодамэ Кантабиле» об одаренной, но не укладывающейся в рамки сложившейся системы девушке Нодамэ. Историю ждал моментальный успех.

Как и в «Моцарте», в центре сюжета «Нодамэ» два главных персонажа: талантливая пианистка Нодамэ и молодой дирижер Тиаки, — а вместе с ними и проблематичный оркестр. По манге вышло аниме и сериал, собравший множество наград, за которым последовало два полнометражных сиквела. Телеверсия во многом держалась на немного абсурдных, но очень японских гэгах, а также невероятном обаянии двух главных актеров, Тамаки Хироси и Уэно Дзюри. Через этих героев раскрывается мир музыкантов с универсальными человеческими проблемами, спрятанный за строгим фасадом классической музыки.

Существует и корейская версия «Нодамэ», вышедшая в прошлом году, однако большего внимания заслуживает шоу со схожей фабулой «Вирус Бетховена». Здесь на первом плане тоже строгий дирижер, который пытается спасти местный оркестр. Обожание зрителями главного героя породило целый поп-культурный феномен, названный в его честь «синдромом Кан Ма Э». Шоу собрало множество корейских наград не только за впечатляющую игру, но и за оригинальный сюжет, без типичной для корейских сериалов излишней фиксации на романтических отношениях героев.

Масштабные шоу о разных исторических эпохах неизменно собирают огромную аудиторию. Для этого необязательно вводить в сюжет элементы фэнтези, как в «Игре престолов». Главное — выбрать красочную эпоху, как в «Викингах», «Тюдорах» или «Риме», чтобы перенести киноразмах на телеэкраны. Очевидно, что автор главной телесаги последних лет Джордж Мартин вдохновлялся западным Средневековьем, однако на Востоке всё было совсем по-другому. Традиционные Корея и Япония для многих предстают смутным пятном, в центре которого образ самурая, делающего сэппуку. При этом в истории обеих стран есть множество впечатляющих событий, зрелищных битв и полумифических героев, достойных того, чтобы за их приключениями следили не отрываясь миллионы телезрителей.

Японский канал NHK в 1963 году придумал снимать «тайга дорама», то есть художественные сериалы, вдохновленные реальной историей страны и национальным театром. В них каждый год обыгрывается новый сюжет, а сезон растягивается на все 12 месяцев. Одной из самых популярных тайга за последнее время остается «Ацухимэ» о жене тринадцатого сёгуна Токугавы Иэсады, чья роль досталась одной из самых популярных японских актрис Миядзаки Аой. Уследить за сложной средневековой политикой Японии, изложенной в 50 сериях, могут только действительно сильные духом, однако это идеальный способ прочувствовать атмосферу того времени и места.

В Корее сериалы тоже рассказывают о полуфантастической истории древних корейских государств. Здесь нет монополии на показ длинных исторических шоу, в основном на таких сериалах специализируются два канала: KBS и MBC. Последний придумал, пожалуй, самую популярную драму в своем жанре «Летопись трех царств: Повесть о Чумоне» об одноименном основателе государства Когурё. Сериал стал частью «корейской волны» и был настолько тепло принят зрителями, что его пришлось продлить с 60 до 81 серий.

Самые интересные криминальные сериалы вовсе не те, что следуют простой схеме «монстра недели» при отсутствии двойного дна в сюжете. Пусть до уровня эксплуатации антигероев как во «Во все тяжкие» азиатским шоу еще далеко, но свои истории под стать «Декстеру» там уже есть. Одержимый жаждой крови и справедливости Декстер ведет двойную жизнь: днем он простой специалист по анализу отпечатков крови на месте преступления, а ночью — серийный убийца, выслеживающий тех, кто смог уйти от наказания. В одной Корее найдется несколько подобных Декстеру персонажей на стороне закона, которым есть что скрывать. Например, главные герои «Вампира-прокурора» и «Городского охотника» по одноименной японской манге.

Месть — тема, которая исторически одинаково близка и Японии и Корее, однако заработала себе отдельную нишу именно в корейской поп-культуре. Все знают о трилогии Пак Чхан Ука о мести, однако ее культурный вес куда больше, чем три известных фильма. Для Южной Кореи важную роль сыграли и множественные завоевания, оставившие след на национальной ментальности, и непереводимое состояние «хан», соединяющее в себе острое чувство справедливости, беспомощность перед ошеломляющими событиями и жажду отмщения.

Неудивительно, что подобный культурный феномен нашел свое отражение и в сериалах. Одним из самых успешных остается «Дьявол». В нем известный своей добротой прокурор втайне мстит тем, кто убил его брата много лет назад. Его противником становится молодой полицейский, пытающийся нащупать связь между идеальными преступлениями, — оба оказываются вовлечены в исследование вопросов морального выбора, добра и зла. Сериал был так популярен, что его с не меньшим успехом адаптировали и для Японии. Японская версия «Король зла» в своих сюжетных ходах во многом повторяет оригинал, однако и здесь не обошлось без своей специфики.

Не будет преувеличением сказать, что абсолютное большинство азиатских сериалов — это вариации на тему ромкомов и школьной жизни. На Западе школьные мыльные оперы давно эволюционировали. На смелом английском телевидении появились отвязные «Молокососы» и «Плохие», на американском — манхэттенская сказка «Сплетница» и музыкальный ситком «Лузеры». Тем не менее именно подростковые шоу вроде «Одиноких сердец» гуманизировали мыльные оперы в свое время, показав, что богатые тоже плачут.

У японских и корейских школьников вся жизнь крутится вокруг школы: они проводят в ней почти всё свое время, кладут здоровье на изнуряющую учебу и во многом воспринимаются обществом через престижность заведения, чью униформу они носят. Логично, что в таких условиях представление о школьных годах перешло в романтизированную сферу, при помощи которой реальным ученикам отчасти легче справляться с не самой простой действительностью.

На фоне множества юмористических драм вроде «Для тебя во всём цвету» или же остросоциальных как «LIFE», настоящий культ обретают те, что при изрядной доле романтического конфликта соединяют в себе всё и сразу. Накал страстей в азиатских сериалах о школьниках подчас легко обходит любой американский за счет всё еще довольно строгих представлений о приличном поведении. Японский «Цветочки после ягодок», поставленный по манге, несмотря на свой приличный возраст (первый сезон вышел десять лет назад), до сих пор остается главной историей о преодолении барьера между сословиями. Его корейская версия страдала излишней костюмированностью, однако другое шоу с похожей фабулой, «Наследники», удалось. Помимо школы, здесь есть и интриги, и опасная жизнь тех, кто стоит во главе корпораций, и даже трогательное представление о жизни в Калифорнии.