Взятие Бейрута русскими войсками (6 фото)

Как заведено в государстве Российском, начало нового правления ознаменовалось очередными реформами. И в который раз была создана комиссия по приведению в порядок «российских флотов и адмиралтейского правления». 22 марта 1764 года императрица утвердила новые штаты Балтийского флота.
Отныне морские солдаты предназначались только для службы на кораблях, галерный флот в случае войны комплектовался чинами армейских полков. Численность морской пехоты при этом возрастала до 8100 человек.

Тут подоспела новая Русско-турецкая война (1769–1774), и русская морская пехота впервые вышла в дальнее плавание. В составе эскадры адмирала Спиридонова 1006 морских солдат и офицеров, усиленных тремя сотнями человек из Кексгольмского пехотного полка, отправились в Средиземноморье. Семь месяцев русская эскадра добиралась от Кронштадта до Греции. За это время болезни унесли 400 жизней матросов, солдат и артиллеристов.

Заняв порт Витулло, сформировали два Спартанских легиона из местных жителей. Какие-то крепости взяли, где-то отступали под напором превосходящих сил турок. Для захвата крепости Модон был сформирован отряд морских солдат при четырех пушках и двух единорогах.
К нему присоединились «спартанцы» под командованием князя Юрия Долгорукого – 800 греков и 100 албанцев. Но тут подошел мощный турецкий корпус, и легионеры разбежались. 500 морпехов остались против 8 тыс. турок. Они с боем стали прорываться к своим в Наварин. Были убиты 150 солдат и капитан, 250 ранены.

Центральными событиями кампании 1773 года стали операция возле сирийского побережья и двухмесячная осада крепости Бейрут.
В кампании нового года наиболее удачными для русского флота были операции отрядов Ивана Войновича, произведенного в премьер-майоры, и капитан-лейтенанта Михаила Кожухова в Сирии. И хотя нам неизвестно, что конкретно делал в этих операциях Марко, но, несомненно, он принимал в них самое активное участие.

С апреля эскадра майора Войновича в составе фрегатов "Св. Николай" под своей командой и "Слава" Марко Войновича, шебеки "Забияка" Кудина и греческих галер "Рондинелос" и "Унионе" крейсировала между Кипром и побережьем Малой Азии.
По приказу Спиридова эскадра направилась к берегам Сирии, где против турок поднялся мятеж.

12 июня Иван Войнович бросил якорь в Суре, все суда его отряда пришли туда, порядочно обогащенные призами. Туда зашел еще 22-пушечный фрегат "Накция", посланный к Родосу, но из-за погони за призами и сильных западных ветров оказавшийся в этих местах.
Майор Иван Войнович был встречен эмиссаром Орлова в Сирии гвардии поручиком Баумгартеном, который сообщил ему, что заключил союзный договор с поднявшим мятеж лидером друзов шейхом Дахиром о совместных действиях против турок.

Шейх Дахир контролировал значительную часть ливано-палестинского побережья от Хайфы до Сайды и выражал готовность перейти под покровительство России. Вскоре майор Войнович получил письмо от подчинявшегося Дахиру губернатора Сайды, просившего русских помочь друзам атаковать Бейрут. Войнович отправил шебеку "Забияка" и галеру к Бейруту. Город был блокирован с моря, и подвоз продуктов туда прекратился.

17 июля в Акку пришла эскадра капитана Михаила Кожухова в составе двух фрегатов ("Святой Павел", "Надежда"), пяти полак и двух полугалер и соединилась с отрядом Войновича. Кожухов принял командование объединенной эскадрой и заключил с посланником шейха Дахира договор о совместных действиях: "…Для возмездия Российским войскам за обыкновенный грабеж, который в оном случае им делать запрещается, князья и начальники Друзские обязываются заплатить в руки господина командующего Российского триста тысяч пиастров".

Сверх того нашим отдавались суда, стоявшие у города, все мелкое оружие, также барабаны, флаги "и все другие воинские трофеи", какие будут найдены в городе.

19 июля суда подошли к Бейруту. Кожухов выстроил фрегаты в линию и открыл с моря огонь по крепости, чтобы отвлечь внимание турок от высадки десанта: 787 человек морских канониров под командой поручика Баумгартена и иррегулярных частей (из албанцев, греков и славян) под командой майоров Дуси и Ивана Войновича. После десятидневного обстрела в стенах были пробиты бреши. Попытки турецкого гарнизона сбросить десант в море были отражены.

Однако друзы отказались идти на штурм города. Затягивание осады произошло во многом из-за нежелания отрядов местных повстанцев штурмовать крепость в период сбора урожая.
Превосходство неприятельских сил не позволяло русским частям осуществить наступление самостоятельно. Было решено ожидать подкреплений от Дахира, а десанту вернуться на корабли. Русские перекрыли городской водопровод, что побудило турок начать переговоры о сдаче крепости.

В августе вновь был высажен русский десант, блокировавший город. Тем временем Дахир с друзами разбил османского пашу, направлявшегося на помощь осажденному Бейруту из Сирии.

В конце сентября турецкий наместник согласился покинуть Бейрут и отправиться на русском корабле в Сайду.

Были подписаны условия сдачи Бейрута: город переходил в руки друзов, турецкий гарнизон поступал в распоряжение Дахира. Наши войска вступили в город и на следующий день передали его друзам.

Русскими в Бейруте взяты 2 полугалеры с 17 пушками, около тысячи ядер, 14 крепостных орудий, 1 мортира, 9 фальконетов, большое количество боеприпасов и драгоценного ручного оружия. Также досталось много дорогих тканей и посуды.

Марко Войновичем от друзов была получена контрибуция в размере 300 000 пиастров (громадная сумма, эквивалентная 7,8 тонны золота), эти деньги, согласно Морскому уставу, разделили между судовыми командами. Кстати, благодарный шейх вскоре направил графу Орлову письмо, в котором сообщал о своем желании передать Ливан под протекторат России, однако это не входило в планы русского командования, и письмо осталось без ответа.

Турки потеряли около 800 человек убитыми и ранеными. Наши потери в ходе операции: 34 солдата убитыми, 96 ранеными; погибли 2 офицера. Одна потеря была особенно чувствительна для Марко и Ивана – погиб их младший двоюродный брат поручик князь Иов (Йово) Войнович.

Падение Бейрута нанесло серьезный удар по турецкой торговле, так как после блокады Дарданелл через этот порт шел основной поток товаров из Средиземноморья в Стамбул. Наши суда оставались у берегов Сирии до января следующего года, а в начале февраля вернулись на свою базу на острове Парос.