Советский снайпер Михаил Ивасик (3 фото)

171-я стрелковая дивизия была сформирована в начале 1942 года на Урале, сохранив и в последующем значительную прослойку уральцев и сибиряков среди личного состава. На фронт дивизия прибыла в Апреле 1942 года и вошла в состав 34-й армии Северо - Западного фронта. 7 Мая на Валдайских высотах дивизия прошла боевое крещение в сражении против частей 16-й немецкой армии, полуокружённой в районе Демьянска. Зимой 1943 года 34-я армия заняла оборону под Старой Руссой и по реке Ловать. К началу Августовских боёв вновь созданный 82-й стрелковый корпус, в состав которого вошла 171-я дивизия, действовал на левом фланге армии, южнее Старой Руссы.

Начались ожесточённые бои. Наши подразделений уже дрались во вражеских траншеях на берегу реки Порусья, неоднократно переходивших из рук в руки. Но, несмотря на самоотверженность советских бойцов и командиров, прорвать оборону противника полностью и развить успех тогда не удалось. Неравны были силы, да и плохо мы представляли до наступления характер немецкой обороны на этом участке. А враг превратил Старую Руссу в крепость, создав на подступах к ней надёжные укрепления. У нас же для разрушения этих укреплений и подавления сильного артиллерийско - миномётного огня не было достаточных средств. 23 Августа 1943 года дивизия, как и весь корпус, перешла к обороне.

В Сентябре я часто бывал в 380-м стрелковом полку, которым командовал Подполковник Ф. М. Зинченко. Полк держал оборону по водному рубежу - извилистой реке Редье. Места по берегам этой реки сухие, в их песчаных откосах удобно было отрывать траншеи и землянки.

В 3-м батальоне, которым командовал Капитан И. В. Старостенко, служил тогда прославленный снайпер Старший лейтенант Михаил Ивасик. Как писали газеты, он уже в те дни имел на своём счету 249 уничтоженных гитлеровцев. Мне было поручено собрать информацию о последователях Ивасика.

Знакомство с Ивасиком состоялось на переднем крае, в районе бывшей деревни Михалкино, где глубокие траншеи изгибами проходили по прибрежным увалам. Местность безлесая. Такая же и за передним краем, так называемая "ничейная земля". Там по заросшему полю проходили немецкие траншеи.

Ивасик тогда был командиром 7-й стрелковой роты. Ранее он служил во флоте на Дальнем Востоке. В грозные дни осени 1941 года с бригадой дальневосточных моряков прибыл на фронт и участвовал в разгроме немецких войск под Москвой.

В нашем соединении он служил с Апреля 1942 года и неоднократно отличался в боях, был трижды ранен, но неизменно возвращался в свою родную часть. Осенью 1943 года, несмотря на то что рана ещё не совсем зажила, ушёл из медсанбата и с десяток километров прошагал, опираясь на палку, до своего подразделения.

Ивасик охотно делился своим снайперским опытом. Именно в те дни в нашей дивизионке было опубликовано его открытое письмо "Множить ряды снайперов !". Он рассказывал о своих поединках со снайперами противника, лесными "кукушками", умении маскироваться и обнаруживать врага по мельчайшим признакам ( вспышке выстрела, блеску оптического прицела на солнце ), о необходимости поражать противника с первого выстрела ( иначе он убьёт тебя ). Называя своих последователей ( Юницкого, Курина и Тупахина ), Ивасик призывал воинов учиться искусству стрельбы. Его письмо вызвало много откликов. Во всех стрелковых батальонах появились последователи Ивасика.

Проходя с парторгом Козыревым по извилистым песчаным траншеям, мы замечали на землянках лозунги, зовущие бойцов метко разить врага, как это делают Ивасик, Юницкий, Ибрагимов. За полевым травянистым косогором - сырая низина. Вместо траншеи наши солдаты соорудили плетёный забор, забив его глиной.

Встретил нас командир стрелкового взвода Лейтенант Щербаков.

- Письмо Ивасика в газете прочли и обсудили. Решили ответить делом, пополнить снайперские счета, открыть новые, - рассказывал Лейтенант.

Щербаков представил нам снайпера Мусу Ибрагимова. Был он стройный, по - восточному смуглый. В прошлом у воина - бои на Смоленщине и в Карелии, на гимнастерке орден Отечественной войны 2-й степени.

- На "охоту" всегда хожу с напарником. Веду огонь, а он наблюдает за противником и за результатами стрельбы. Через каждые полтора - два часа меняемся. Напарник сознательно вызывает противника на ведение огня, чтобы тот обнаружил себя. Ну а я тут как тут: уж не промажу, будьте спокойны, - рассказывал снайпер. - Наблюдательность для нас - первое дело. Однажды заметил, что фрицы, проходя по траншее, в одном и том же месте хорошо просматриваются. Значит, думаю, глубина траншеи не одинаковая. Отметил для себя этот участок и стал следить. Двух фашистов там подстрелил.

Имя снайпера Михаила Ивасика стало известно впоследствии всей армии. На счету Ивасика и его последователей было до 600 убитых вражеских солдат.

* * *
12 Июля 1944 года войска 79-го корпуса, возглавляемые Генерал - Майором С. Н. Переверткиным, освободили город Идрицу, что километров 70 северо - западнее Невеля. В приказе Верховного Главнокомандующего среди отличившихся отмечались войска и 171-й стрелковой дивизии. Она получила наименование "Идрицкой". Из района восточнее Идрицы в направлении Риги развернул наступление 2-й Прибалтийский фронт. 17 Июля 1944 года дивизия вступила в Латвию.

В первые дни освободительных боёв в Прибалтике вновь отличился Михаил Ивасик, к тому времени уже Капитан, командир стрелкового батальона. Газета 2-го Прибалтийского фронта "Суворовец" поместила фотографию славного воина, а под ней подпись: "Привет герою наступления Капитану Михаилу Ивасику". На снимке - знакомое, улыбающееся лицо, на груди офицера ордена Красной Звезды, Отечественной войны, Красного Знамени.

В дивизионной газете о дерзком рейде в тыл врага и сражении на дамбе написал заместитель редактора Капитан П. Корюков.

Лубанская низменность представляла серьёзную естественную преграду на пути наших войск к столице Латвии - Риге. Через эту болотистую местность проходила вдоль дамбы пригодная для автотранспорта шоссейная дорога, по которой отступал противник.

Вечером 2 Августа 380-й стрелковый полк получил задачу: по западной окраине болота Тейчу - Пурвс обходным маневром зайти в тыл противнику, перерезать ему пути отхода по шоссе и не дать разрушить дамбу. Основная тяжесть выпадала на долю стрелкового батальона Капитана М. А. Ивасика.

В ночь на 3 Августа батальон совершил более чем 40-км марш через труднопроходимые болота с местным 60-летним проводником из деревни Зкалнизши. Каждый нёс на плечах оружие, 2,5 комплекта боеприпасов, сухой паёк на сутки. Артиллерии с батальоном не было, лишь два 82-мм миномёта и к ним 150 мин.

Сначала было тихо. В лесных зарослях и плотных камышах щебетали птицы, радостно сияло утреннее солнце. Солдаты, потные после марша, зябко поёживались от утренней свежести. Кругом, куда ни взглянешь, простирались торфяные болота и непроходимая топь.

Наконец показались колонны отступающего противника: пехота, артиллерия, автотранспорт. Немцы ещё не знали, что их ждёт у дамбы. Ивасик, подпустив их как можно ближе, приказал открыть огонь.

Начался тяжёлый и неравный бой, вернее, ряд следующих одна за другой смертельных схваток с врагом. В исторических материалах дивизии об этом сказано так. Следовала одна контратака за другой: сначала 50 человек, через полчаса уже 200, ещё через полчаса 150 в сопровождении орудий прямой наводки. И, наконец, вечером свыше 300 врагов, шедших тремя группами.

Батальон Ивасика истекал кровью, но держался стойко. Однако немцы, несмотря на тяжёлые потери, не отказывались от попыток прорваться: ведь у них не было другого пути отступления. На помощь Ивасику командир полка послал отряд во главе со своим заместителем Майором Пискуновым и помощником начальника штаба части Капитаном Шумиловым. Однако к месту сражения дошло всего 39 человек.

Тяжело, очень тяжело приходилось нашим бойцам. Но рядом были бывалый, не знавший поражений комбат Ивасик, политработники Анохин, Малинский и другие офицеры.

- Держись, братва, - подбадривал Ивасик, - не пропустим врага. Пусть фашисты умрут в этих болотах...

Рослая фигура комбата выделялась среди бойцов. Уже дважды раненный, он оставался в строю. В рукопашной схватке на дамбе пропагандист Капитан Анохин заменил убитого командира 1-й стрелковой роты, потом и его, уже потерявшего сознание, подобрали санитары. Рядовой Дмитрий Бобров, которого приняли в партию перед боем, тоже был ранен, но продолжал сражаться, держа оружие в одной руке. Раненный вторично, он умер на поле боя. Бойцы отделения комсомольца сержанта Ивана Хазина А. Смыслов, Б. Беликов, X. Ибрагимов прикрывали отход товарищей и погибли.

С наступлением ночи, унося с собой раненых, батальон отошёл в топкое болото. Однако дамбу продолжали держать под огнём. Раненых прятали в кустах и мхе недалеко от дамбы. Нести дальше было нельзя: кругом топь и вода; чуть в сторону от настила из веток - и, пожалуй, не выберешься вовсе.

Отбивая все атаки врага, батальон мужественно продолжал сражаться до подхода наших войск.

Почти все участники этой трудной и смелой операции были награждены орденами и медалями, а Михаил Ивасик представлен к званию Героя Советского Союза. Подвиг воинов его батальона явился незабываемым событием для всей армии. В своей послевоенной книге "Возмездие" бывший командующий 2-м Прибалтийским фронтом Маршал Советского Союза А. И. Ерёменко так оценил героический подвиг батальона капитана Михаила Ивасика: "Он выполнил задачу, которая в других условиях была бы по плечу разве целой дивизии". Лучше, пожалуй, и не скажешь.

К сожалению, в последующих боях на латвийской земле Михаил Ивасик пал смертью храбрых. 24 Марта 1945 года Указом Президиума Верховного Совета СССР ему посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

( Из воспоминаний фронтового корреспондента М. В. Гурьева,
опубликованных в книге "До стен Рейхстага", Воениздат, 1973 г. )
* * *
В первой половине Июня 1944 года Военный совет принял решение провести армейский слёт снайперов. Ответственность за его подготовку и проведение командарм возложил на штаб и политотдел.

Подобные мероприятия проводились в 3-й ударной армии и прежде. Основное время на них, как правило, отводилось инструктивным докладам военных специалистов. В этот же раз было решено построить работу слёта таким образом, чтобы творческая инициатива принадлежала прежде всего самим его участникам.

Договорились пригласить на слёт 110 человек, главным образом бойцов и сержантов, хорошо известных в армии, поскольку газета "Фронтовик" ежедневно публиковала имена мастеров меткого огня.

3290 истреблённых гитлеровцев - таков был общий боевой счёт снайперов, участников слёта. Из них на долю девушек ( их на слёте присутствовало 29 ) приходилось 1440 выведенных из строя вражеских солдат и офицеров.

В первый день со снайперами были проведены учебные занятия по огневой подготовке и практические стрельбы по мишеням. Остальные два посвящались обмену опытом по темам: "Выбор огневой позиции и её маскировка", "Наблюдение, выбор целей, поражение врага", "Работа снайперской пары", "Опыт ведения снайперского огня ночью", "О роли снайперов в наступательном бою", "Уход за снайперской винтовкой и её сбережение", "Опыт обучения молодых снайперов".

Одним из первых выступил 27-летний капитан М. А. Ивасик, на боевом счету которого к тому времени значилось около 300 уничтоженных оккупантов. За годы войны он был несколько раз ранен, имел 3 боевых ордена и медаль "За отвагу". Великолепный воспитатель, Михаил Адамович обучил мастерству меткого огня 25 своих сослуживцев.

Кадровый моряк Тихоокеанского флота, плотный, широкоплечий, Михаил Ивасик прибыл на сухопутный фронт в 1942 году под Старую Руссу вместе с дальневосточной морской бригадой.

Тогда он командовал ротой ( бригада воевала в составе 1-й Ударной армии ) и в первых же боях показал себя бесстрашным, мужественным воином, требовательным и заботливым командиром.

Потом был ранен. Вернулся в 1-ю ударную после излечения через несколько месяцев. Позднее получил ещё два ранения. Выжил, победил смерть, продолжал воевать. Летом 1944 года командовал батальоном в составе 380-го полка 171-й Идрицкой стрелковой дивизии 3-й ударной армии. На груди его рядом с нашивками за ранения сверкали 3 боевых ордена и медаль "За отвагу".

Утром 17 Августа 1944 года 3-я ударная армия после продолжительного перерыва вновь перешла в наступление. Операция по форсированию реки Арона и прорыву вражеской обороны на её западном берегу была осуществлена столь стремительно, что уже через 2 - 3 часа гитлеровцы почти на всём фронте наступления армии оказались отброшенными от реки на 3 - 4 километра.

Значительного успеха добились полки и батальоны в 171-й стрелковой дивизии полковника А. И. Негоды. Здесь вновь отличился уже упоминаемый выше батальон капитана Михаила Ивасика. Он первым среди подразделений соединения форсировал Арону, овладел узлом шоссейных дорог в районе Перцусны и закрепился на важных в тактическом отношении высотах. Его бросок был настолько стремительным и неожиданным, что гитлеровцы даже не смогли оказать ему сколько - нибудь организованного сопротивления. Бросив боевую технику, они в панике бежали. Батальон только в первый день наступления захватил в качестве трофеев 19 артиллерийских орудий, 3 миномёта, 5 пулемётов, 13 автомашин, 2 тягача и большое количество стрелкового вооружения.

...Это был последний подвиг прославленного комбата. На следующий день бесстрашный воин Михаил Ивасик пал смертью храбрых в боях у деревни Лама. Об обстоятельствах его гибели мне доложил по телефону начальник политотдела дивизии полковник В. И. Шкудов. Он же сообщил, что в командование батальоном вступил старший лейтенант К. Я. Самсонов.

( Из книги Ф. Я. Лисицина - "В те грозные годы". Москва. Воениздат, 1978 год. )
* * *
Дополнительную информацию о М. А. Ивасике можно найти в сборнике -
"Золотые Звёзды Прикамья". Владивосток, 1983 год ( стр. 89 - 91 ).