Известные песни и композиции малоизвестных авторов и исполнителей (часть 1)

"Шестнадцать тонн", о которых поётся в песне -- это дневная норма выработки шахтёрами угля -- в Америке 30-х -- 40-х годов.

Когда эту песню исполнял Теннесси Эрни Форд -- в его исполнении эта песня впервые получила свою бешеную популярность -- его фирменным ходом было начинать песню с отбивания ритма щёлканьем пальцев. Потом Эрни начинал петь, и только ко второму куплету вступала сопровождающая группа.
Появилась эта находка случайно: когда музыканты работали над ставшей классической записью, Эрни Форд щёлкал пальцами, чтобы задать ритм аранжировщику. Щёлканье попало на мастер-ленту из-за ошибки инженера.

Первая пара строчек куплета появилась из письма Джона Тревиса -- брата автора песни Мерле Тревиса. Он писал брату о гибели известного журналиста Эрни Пайла на войне в 1945-м году: "Это как работать в угольной шахте. Ты выдал 16 тонн, а что получил? Только стал ещё на день старше и ещё глубже влез в долги". Эта фраза без изменений легла в песню. Четвёртая строчка припева -- фраза, которую бросил отец Мерле соседям в ответ на вопрос, как он поживает: "Не могу позволить себе умереть. Я заложил свою душу корпоративной лавке". Имелся в виду "company store" -- в тридцатых и сороковых годах в Америке не платили шахтёрам деньгами, а выдавали ваучеры, на которые можно было купить товары в магазинах, принадлежащих самой корпорации. Таким образом рабочие не могли копить наличность.

Когда песня была выпущена Мерле Тревисом, автором песни, на пластинке в 1947-м году, его обвинили симпатии к коммунистам -- истерия времён Холодной войны давала себя знать, и песня о тяжести труда шахтёров была воспринята как антикапиталистическая, при том, что сам автор песни был вполне себе патриотом своей страны. Кен Нельсон, диджей чикагского радио проговорился в позднем интервью, что агенты ФБР не рекомендовали радиостанциям ставить песни Тревиса, называя его "сочувствующим коммунистам".

Теннесси Эрни Форд записал песню "You Don't Have To Be A Baby To Cry". В 1955-м году звукозаписывающая фирма "Кэпитол" решила выпустить её синглом в уверенности, что она станет хитом. На второй стороне -- в довесок -- была записана "16 тонн". К удивлению "Кэпитола" ди-джеи на радио игнорировали первую песню и вовсю играли "16 тонн". За одиннадцать дней было продано 400 тысяч копий пластинки. "Кэпитол" была вынуждена загрузить все свои фабрики печатью этого сингла, чтобы удовлетворить спрос. Через пару месяцев была продана двухмиллионая копия. На тот момент это была самая успешная пластинка в истории.

Вообще рождение этой песни - дело темное. Сначала была мелодия, написанная анонимным композитором XVI века на гармоническую модель романески. Текст песни многие приписывают английскому королю Генриху VIII, который якобы адресовал эти стихи своей возлюбленной, предположительно печально известной Анне Болейн, ставшей второй женой Генриха. Она не поддалась попыткам короля совратить её, и этот отказ, отражён в словах песни.

Стефен Фостер написал песню в 1848-м (ему был 21 год). От издателя он получил 100 долларов гонорара, но прежде, чем песня была издана, её издал пиратским способом другой нью-йоркский издатель. Тем не менее эти 100 долларов утвердили Фостера в желании жить написанием песен.
Фостер прожил 37 лет, оставив после себя около 200 хитов, и сегодня числится среди отцов американской музыки.

Эту песню напевал сержант Барнс в фильме Оливера Стоуна "Взвод"

«Hush» (англ. «Тише») — песня, написанная американским автором-исполнителем Джо Саутом (Joe South) для американского певца Билли Джо Ройяла (Billy Joe Royal). Впервые исполнена им в 1967 году, достигла 52-й позиции в Billboard Hot 100.

На песню «The girl from Ipanema» авторов вдохновила Элоиза Энеида Менезес Паес Пинто (теперь Элоиза Пиньейру), девятнадцатилетняя девушка, жившая на улице Монтенегро в модном курортном районе Ипанема в Рио-де-Жанейро. Ежедневно она проходила мимо популярного кафе «Белозу», не только на пляж ("каждый день, когда она идёт к морю"), но и по повседневным делам. Иногда она заходила в бар, чтобы купить сигареты для своей матери. Зимой 1962 года композитор заметил девушку в баре, и это легко понять: высокая брюнетка привлекала внимание многих посетителей бара. Песня стала популярной, и Элоиза прославилась.
Песня была написана для музыкальной комедии под названием Dirig?vel («Дирижабль). Сначала песня называлась "Menina Que Passa" ("Девушка, проходящая мимо"); знаменитый первый куплет звучал тогда по-другому. Антонио Карлуш Жобим написал мелодию на фортепьяно в его новом доме в Ипанема. В свою очередь, Винисиуш ди Мораиш написал текст в Петрополисе, рядом с Рио-де-Жанейро.

Это удивительный пример песни, которая известна практически всему миру в ремиксе, а не в оригинальном исполнении.

Песня была написана в 1982-м году нью-йоркской певицей Сюзанной Вега. В широкую продажу песня попала только в 1987-м году на втором альбоме певицы. Оригинальный трек длится всего две минуты и словно предназначен для того, чтобы из него сделали полноценную песню: на записи нет ничего, кроме голоса Сюзанны Веги без каких-либо эффектов вроде реверберации.
А в 1990-м два английских продюссера Ник Бэтт и Нил Слейтфорд, работая под псевдонимом DNA, без разрешения (в своё оправдание они заявляли, что не смогли дозвониться до правообладателя) наложили её голос на танцевальный ритм, позаимствованный также у другой группы, и выпустили пластинку. Напев без слов, которым Вега завершала песню стал припевом, назойливо повторяемым весь трек. Диск с записью разошёлся ограниченным тиражом по клубам под названием "О, Сюзанна". Звукозаписывающая компания Веги A&M, посоветовавшись с певицей, решила не подавать в суд на авторов ремикса, а выкупила у них права и выпустила трек синглом.

Сперва Сюзанна Вега задумывала эту песню как водевильную песенку на пианино, наподобие сопровождения к какому-нибудь французскому фильму, вроде тех песен, что звучат фоном в фильмах Франсуа Трюффо. Но она не умела играть на пианино, поэтому оставила её акапельным номером и начала исполнять на живых концертах.
Певица заметила, что когда бы она ни открывала рот и начинала петь первые строчки "Я сижу этим утром...", люди прекращали пить, разговаривать и оборачивались к сцене. Поэтому певица использовала её как открывающую песню. Трюк срабатывал абсолютно всегда и для аудитории любого размера.

Текст песни написан от лица человек, который сидит в "Закусочной Тома" и описывает то, что видит. Когда-то знакомый Сюзанны Вега фотограф Брайан Роуз рассказал ей, что видит весь мир как бы сквозь стекло. И когда Сюзанна сидела в своём любимом дешёвом ресторане (который так и назывался "Ресторан Тома", но певица сменила слово на Diner, чтобы уложиться в размер песни) в 1981-м, она решила написать именно такую песню: человек сидит в ресторане, всё видит, но не может участвовать в событиях, которые его напрямую не касаются.
Мелодию она написала в 1982-м году, когда гуляла по Бродвею.
Позже поклонники певицы смогли установить точную дату написания песни (18 ноября 1981-го) благодаря тому, что в тексте описывается газетная заметка о смерти некоего писателя.

В начале девяностых инженер Карл-Хайнц Бранденбург работал над созданием алгоритма MP3. Как известно, сжатие звука в психоакустических алгоритмах происходит в том числе за счёт того, что преобразование оставляет в музыке только значащие для человеческого восприятия части. Когда учёный приступал к тонкой настройке алгоритма, он услышал, как где-то в коридоре по радио звучала оригинальная версия Tom's Diner. Учёный пришёл в возбуждение: "Я знал, что практически невозможно будет сжать этот тёплый голос".
Он раздобыл диск с записью песни и прогнал её через алгоритм. Но вместо "тёплого голоса" получил жуткий звук с искажениями. Он потратил несколько месяцев на то, чтобы улучшить алгоритм, слушая песню на своей аппаратуре тысячи раз, пока не добился совершенства. Сейчас MP3 является самым распространённым форматом хранения музыки во всём мире, и можно утверждать, что компрессор обращается с любым треком примерно так же, как Брандербуг работал с голосом Сюзанны Вега. За это в среде аудиоинженеров Сюзанну Вега называют "мамой MP3".

Также некоторые музыканты и звукоинженеры (например Филипп Гласс) тестируют свою аппаратуру при помощи этой песни и всего альбома "Solitude Standing" (1987), потому что это популярная доступная запись, которая очень хорошо звучит и открывается акапельной песней.