Самые невероятные эксперименты, которые ученые провели на себе (7 фото + 1 видео)

16 апреля 1943 года сотрудник лаборатории Сандоз химик Альберт Хофманн по неосторожности залез кончиком пальца в вещество под названием диэтиламид лизергиновой кислоты — ученый выделил его еще пять лет назад, и с тех пор оно валялось в лаборатории без дела. В результате инцидента дорога из лаборатории домой была скрашена весьма приятными ощущениями и неожиданными визуальными образами.

Три дня спустя Хофманн сознательно принял 250 микрограммов ЛСД (а это были именно он) и отправился домой на велосипеде, став первым человеком, который в полном объеме пережил психоделический эффект от приема алкалоида спорыньи. Этот день вошел в культуру хиппи под названием «Дня велосипеда», а мистеру Хофману настолько понравилось действие ЛСД, что он всерьез занялся изучением галлюциногенных веществ, открыв миру, например, псилоцибин.

Хофманн продолжил принимать ЛСД, пропагандировать его использование в психотерапии и был очень расстроен, когда это вещество объявили вне закона. Несмотря на продолжительный наркотический опыт, исследователь дожил до 102 лет и стал автором почти сотни исследований. Но самой известной его работой по-прежнему остается автобиографическая книга «ЛСД — мой трудный ребенок», в которой он подробно описал свои психоделические эксперименты.

15 февраля 1921 года американский хирург Эван О'Нил Кейн лежал на операционном столе в ожидании, пока ему удалят аппендикс. Внезапно ему пришла в голову идея проверить, сможет ли он самостоятельно провести эту операцию. Коллеги не стали спорить с начальником и неохотно отошли от стола.

Воспаленный аппендикс нашелся быстро и даже небольшая паника коллег по поводу выпавшей наружу петли кишечника не помешала хирургу быстро закончить работу. Кейн полностью восстановился за две недели и вернулся к своим обязанностям в больнице. Позже он объяснял, что решился на такой рискованный эксперимент, чтобы лучше понимать ощущения больного и научиться правильно использовать местную анестезию.

Вдохновившись успехом, Кейн решил повторить эксперимент на себе в 1932 году. Он нуждался в удалении грыжи и вновь взялся за скальпель. К сожалению, вторая операция оказалась не такой удачной. Семидесятилетний хирург так и не поднялся с постели и умер от пневмонии три месяца спустя.

Американского психолога Джорджа Малькольма Стрэттона очень интересовало зрительное восприятие человека. Настолько, что он решил всерьез вмешаться в его законы и в буквальном смысле поставить мир с ног на голову. Для этого в 1896 году Стрэттон изобрел оптический прибор, который назвал инвертоскоп. Дело в том, что человеческий глаз проецирует изображение на сетчатку перевернутым — именно в таком виде электрические импульсы отправляют его в мозг, где оно дешифруется, «переворачиваясь» обратно. При помощи линз инвертоскоп еще раз переворачивал изображение — так, что мозг воспринимал мир вверх ногами. Используя свое изобретение, Стрэттон решил проверить, сможет ли человек приспособиться к восприятию окружающего мира «вверх тормашками».

Психолог решил не делать полноценные очки из двух линз — он рассудил, что достаточно будет перевернуть мир в одном глазу, а второй просто заклеить светонепроницаемой повязкой. В мире вверх ногами ученый провел восемь дней, снимая линзу с глаза только на ночь и закрывая на время сна уже оба глаза.

В первые дни ношения инвертоскопа Стрэттон был совершенно дезориентирован, а его движения полностью раскоординировались.

Только через три-четыре дня Стрэттон научился более или менее сносно справляться с задачей поднести вилку ко рту и лишь после пяти дней ношения инвертоскопа потихоньку начал перемещаться по дому, не врезаясь во все подряд. Теория подтвердилась: мозг научился жить в новой перевернутой реальности.

После того как ученый завершил эксперимент и расстался с инвертоскопом, ему снова потребовалось время на то, чтобы научиться жить в нормальной, не перевернутой, реальности. Правда, в этот раз все прошло быстрее.

Так мир получил не только новые знания о визуальном восприятии, но и новый оптический прибор, который до сих пор активно используется. Причем не только для психологических экспериментов, но и для тренировки военных специалистов и даже для лечения морской болезни.

Английского невролога Генри Хэда очень интересовали последствия повреждений периферических нервов. Вот только пациенты ему попадались сплошь необразованные — они никак не могли четко описать свои ощущения и совершенно не владели медицинской терминологией. Полагаться в этом нелегком деле можно было только на себя, и 25 апреля 1903 года сэр Генри попросил помощника перерезать ему на левой руке лучевой нерв.

«Я буду знать многое о боли к тому времени, как эксперимент закончится», — написал Хэд, лишившись чувствительности в одной из конечностей. Способность ощущать боль вернулась к левой руке сэра Генри довольно быстро — в течение трех месяцев. Но это не помешало ему вместе с коллегой по фамилии Риверс еще около четырех лет экспериментировать с поврежденной рукой до ее полного выздоровления. В результате Хэд весьма преуспел в самоанализе и изучении ноцицепции — восприятии стимулов, вызывающих ощущение боли. А про его эксперимент теперь можно прочитать во всех приличных учебниках по нейрофизиологии.

В ноябре 1933 года профессор университета Алабамы Аллан Уолкер Блэр взял пинцетом самку паука каракурта (ее еще называют «черная вдова») и дал ей как следует укусить себя за палец. Через несколько минут после укуса мышечные спазмы были настолько сильными, что мистер Блэр практически не мог дышать. А через два часа, покрытый кровавым потом, в судорогах и шоковом состоянии, был доставлен в больницу. Несмотря на страшную боль, Блэр требовал подключить его к электрокардиографу, чтобы зафиксировать, как яд каракурта воздействует на сердце.

Кардиограмма, ко всеобщему удивлению, оказалась нормальной: видимо, яд каракурта не повлиял на работу сердца. Но ученый промучился еще несколько дней, периодически погружаясь в бредовое состояние. И лишь через неделю врачи сочли возможным отпустить его домой.

Вполне очевидный вывод о том, что яд самки каракурта может быть очень опасен для человека, впрочем, не стоил мучений мистера Блэра. Двенадцатью годами раньше его коллега-энтомолог Уильям Бэрг провел аналогичный эксперимент с «черной вдовой», страдал три дня и подробно задокументировал свой опыт. Цели у него были те же — подробно описать симптомы отравления ядом каракурта.

Но все же лавры самого отчаянного экспериментатора на самом себе по праву принадлежат британскому физиологу Джозефу Баркрофту.

Все началось во время Первой мировой войны, когда Баркрофта призвали служить на Королевскую инженерную станцию. Там молодой физиолог решил проверить на себе действие синильной кислоты, которую как раз в это время начали использовать в качестве химического оружия. Ученый подошел к делу серьезно и закрылся в газовой камере. Собака, которую Баркрофт взял с собой, умерла через девяносто пять секунд. Экспериментатор чудом продержался десять минут и самостоятельно вышел на свет божий с трупом животного на руках.

Десть лет спустя ученый решил проверить, как влияет на здоровье низкое содержание кислорода в воздухе. В качестве модельного объекта Баркрофт, разумеется, выбрал себя. В стеклянной камере исследователь создал разреженную атмосферу, примерно такую же, как на высоте пять километров над уровнем моря, и провел в таких условиях шесть дней. Его извлекли из камеры посиневшим, но не сдавшимся.

В 1931 году Баркрофт приступил к исследованию влияния низких температур на деятельность мозга. Конечно, опять на себе. Ученый разделся догола и забрался в морозильную камеру. Примерно час он мужественно пытался согреться и боролся с желанием закончить эксперимент. А затем холод отступил и экспериментатор заметил, что «ощущение холода закончилось и его сменило прекрасное тепло». Скорее всего, Баркрофт вплотную приблизился к смертельной гипотермии, но его коллеги вовремя заметили неладное и примчались с одеялом и горячим чаем.

Организм естествоиспытателя оказался поистине железным, и скончался он только в возрасте 74 лет от сердечного приступа.

10 октября 1878 года сицилийский врач Джованни Баттиста Грасси при вскрытии очередного трупа обнаружил, что толстая кишка покойного набита аскаридами и их яйцами. Медик решил заразиться этими паразитами сам — все ради науки, чтобы подтвердить оральный путь передачи аскарид. Однако просто так глотать яйца червей доктор Джованни не стал и решил подойти к эксперименту со всей научной скрупулезностью.

В течение года Грасси рассматривал свои экскременты под микроскопом, чтобы удостовериться, что своих собственных паразитов у него нет. И лишь 20 июля 1879 года он проглотил 100 яиц аскарид. Через месяц, к собственной радости, Грасси почувствовал первые признаки дискомфорта в кишечнике и обнаружил в стуле яйца «собственных» червей. Эксперимент удался, а рецепт травяного антигельминтного сбора доктор знал на зубок.

Обряд «глотания червей» с тех пор стал популярен в рядах паразитологов, которые, как и Грасси, считали, что лучший опыт — это свой собственный. Так, например, в 1887 году Фридрих Чокке из университета Базеля сознательно вырастил у себя в кишечнике ленточного червя длиной немногим менее двух метров.