«В больнице разруха, как в 90-е, но такого, чтобы некому работать, не было никогда»»

Уральские врачи жалуются на невыносимые условия работы. Фото: Андрей Гусельников © URA.Ru

Уральские врачи жалуются на невыносимые условия работы: ставки сокращают, зарплату «срезали» до невозможного: врачи получают — 14-18 тыс. руб., медсестры — 10-12 тысяч, санитарки — 6-8. Сотрудники массово увольняются, из-за нехватки специалистов талонов не достать, запись на обследования — на месяцы вперед. «В больнице разруха, как в 90-х, но такого, чтобы некому работать, не было никогда, — говорят медики. Уже есть первые пациенты, умершие оттого, что не смогли попасть на прием. И это не где-нибудь в глухой деревне, а в городе-спутнике Екатеринбурга, в некогда одной из лучших больниц области.

«В Верхней Пышме невозможно попасть на прием к кардиологу, — сообщили «URA.Ru» читатели. — Говорят, кардиолог уволился».

«У нас ушел не один кардиолог, а четыре из пяти, работавших в больнице, — рассказали «URA.Ru» в поликлинике ЦГБ Верхней Пышмы, когда мы позвонили туда за комментарием. — Единственного кардиолога, который работал в поликлинике, естественно, «кинули» на стационар, поэтому в поликлинике этого специалиста теперь нет вообще. Уволились не только кардиологи — много других врачей: вы попробуйте поработать за 17 тысяч! Приезжайте, у нас много интересного», — позвали медики.

Корреспондент «URA.Ru» объехал несколько отделений верхнепышминской больницы, пообщался с десятком разных специалистов. Многие описывают сложившуюся ситуацию словом из четырех букв. «Никого не сокращают — все уходят сами, потому что условия становятся невыносимыми», — рассказывает врач стационара. «Больница разрушается и в переносном, и в прямом смысле слова: в больничном городе разломали хоздвор, где были гараж, мастерские, прачечная, — рассказывает ее коллега из поликлиники. — Работники хозслужбы разбросаны по разным корпусам, склада теперь вообще нет. Разруха, как в 90-х, но такого, чтобы некому работать, не было никогда».

В связи с тем, что прачечной больше нет, стирку белья отдали на аутсорсинг. «Иду недавно по коридору и слышу разговор медсестры одного из отделений и кастелянши, которая выдает белье, — говорит еще один коллега. — Медсестра просит выдать ей постельное, кастелянша отвечает: у меня лимит. Медсестра: «У меня поступило вчера 14 человек и сегодня 11, я кому-то постелю, а кому-то нет?» (руководство больницы сегодня объясняет, что стирать на аутсорсинге выгодней: бюджету килограмм выстиранного белья обходится в 19 рублей, тогда как себестоимость стирки 1 кг, которую выполняли собственные сотрудники, составляла 35 руб./кг).

По рассказам медиков, все началось еще осенью. «В сентябре нас собрал главный врач и сказал: «Я не будут платить вам денег — вы все будете получать голый оклад, — рассказывает медсестра из поликлиники. — В этом году это начали претворять в жизнь»».

По рассказам медиков, сегодня зарплата врачей на ставке — 14-18 тысяч рублей, медсестры сегодня получают 12 — максимум 14 тысяч (раньше они получали 26-28, старшие сестры — около 30). Зарплата санитарки — 6-8 тысяч рублей.

Естественно, люди увольняются. «Дыры» никем не закрываются — оставшимся приходится работать за двоих-троих. «Санитарки увольняются — начальство спрашивает: может, у вас медсестры пол помоют между делом?» — рассказывают врачи.

Кардиологическую службу «убили»

По словам врачей, те, кто уходят, без проблем находят работу. «У нас под боком Екатеринбург — город-миллионник, который поглощает всех и вся!» — объясняют верхнепышминские врачи. В первую очередь увольняются лучше специалисты — с высокой квалификацией и многолетним опытом работы. Однако никого из них даже не пытаются задержать. «Например, была вынуждена уйти заведующая кардиологией — врач высочайшего уровня, которая стояла у истоков создания этой службы, — рассказывают ее коллеги. — Сейчас работает в частной клинике».
Палата интенсивной терапии, которая была в кардиологическом отделении, теперь расформирована — в экстренном случае сердечников госпитализируют просто в реанимацию. «URA.Ru» удалось пообщаться с одним из уволившихся кардиологов. «Я ушла, потому что не хочу работать плохо, — говорит врач. — Мы всегда старались обеспечивать хоть какое-то качество оказания медпомощи, а нас поставили в такие условия, что мы уже не можем его обеспечить. В кардиологии лежат в основном пожилые люди, многим по 80-90 лет, они падают, их надо поднимать, по ночам водить в туалет, мыть им попы. Зарплата санитарок — 6000 руб. — вы бы стали за такую работать?

Впрочем, по словам врача, самое страшное — это сокращение медсестер: именно на их плечи ложится самая большая и тяжелая нагрузка. «В кардиологии сейчас одна медсестра на 30 человек — в сосудистом отделении так нельзя работать! — рассказывает один из заведующих отделениями, — это противоречит всем приказам и распоряжениям!». Еще хуже соотношение — в онкологическом отделении, где раньше ночью было три поста медсестер, сейчас одна — на 50 пациентов. В инфекционном корпусе ночью одна медсестра разрывается между детским и взрослым этажами. «В детском отделении уже находил презервативы», — рассказывают друг другу медики.

Онкология с плесенью

С 2014 года в ЦГБ Верхней Пышмы идет ремонт терапевтического корпуса, в котором были отделения неврологии, кардиологии и терапии. Все эти отделения «мыкаются по закуточкам». Например, отделение химиотерапии перевели в филиал больницы в Среднеуральске, в бывшее здание стационара, находящееся в ужасном состоянии: облезлые стены, обваливающиеся потолки, плесень, обжившая углы палат и коридоров. «Нам сказали, что этот переезд — на три месяца, но прошел 14 год, 15, уже идет 16-й — мы по-прежнему здесь», — рассказывают врачи.

Медики объясняют, что помещение в Среднеуральске в принципе не приспособлено под отделение для онкобольных, у которых есть опасные выделения, а медотходы отсюда вообще должны утилизироваться как особо опасные. Но углы с плесенью — это яркое, что первое бросается в глаза. После публикации в местной газете в больницу нагрянула министерская проверка. «Ходят, смотрят, а у нас все по-прежнему».
Главврач ни при чем?

Алексей Викторович Малинкин появился в верхнепышминской больнице год назад. О предыдущем главвраче Наталье Николаевне Алещенковой медики вспоминают с теплотой: «Она всегда шла нам навстречу!». Ее убрали неожиданно и очень быстро — за один день,

о причинах этой кадровой перестановки коллективу не сообщили. Малинкина называют человеком Белявского, особо отмечая, что он «не местный».

При этом отношение к новому главврачу у персонала разное: одни считают именно его виновником всех бед, творящихся в больнице, другие полагают, что он просто реализует то, что ему диктуют свыше. «Сегодня это политика государства», — уверен заведующий одним из отделений. «Многие хотят связать проблемы в нашей больнице с личностью главного врача, но уйдет он — на его место придет другой, — говорит коллега заведующего. — Он просто выполняет свою работу, транслируя на больницу установки Минздрава: денег в здравоохранении нет и не будет. Людей постепенно приучают к платной медицине».

Единственное, в чем сходятся оппоненты: новый главврач раздул административный штат и расходы на него: например, у него девять заместителей (Малинкин парирует, что при прежнем главвраче их было 11, он же сократил число замов до 8). «Есть такое постановление правительства Свердловской области от 30.09.15 №866, в нем речь идет о том, что оптимизация должна касаться в первую управленческого аппарата, а не врачей, — отмечают медики. — А у врачей и медсестер должна быть гарантированная зарплата и эффективное стимулирование, которого сейчас нет вообще. У нас управленческий аппарат никак не оптимизировался — он только разрастается».

Смерть по талону
Нечеловеческие условия, в которых сегодня работают врачи и медсестры, неизбежно приводят к ошибкам. Например, недавно в хирургическом отделении был допущен случай редкого и очень опасного заболевания — газовой гангрены, которая возникает, как правило, из-за несоблюдения гигиены во время оперативного вмешательства. Противники главврача отмечают, что сейчас это отделение возглавляет новый человек, поставленный на эту должность Малинкиным.

Около месяца назад в терапевтическом отделении умерла женщина в возрасте 40 с небольшим лет, которой не смогли вовремя диагностировать вирусную пневмонию. «Так жалко: молодая — 40 с небольшим лет ей было, — рассказывают сотрудники соседнего отделения. — Когда в начале года была эпидемия, не хватало анализаторов на вирус, в В.Пышме они были, а в Среднеуральск их вообще не завозили. Если бы вовремя диагностировали, может быть, она бы и выжила».
Другая проблема из-за нехватки врачей — отсутствие талонов в поликлинике к специалистам. На 100 тысяч населения (Верхняя Пышма + Среднеуральск) сегодня всего один гинеколог. Лора нет — был очень квалифицированный врач, но уволился, получив зарплату в 13 тысяч рублей. В качестве лора сегодня работает фельдшер, талонов к нему, можно считать, нет.

Запись в интернете на ясельную комиссию — на июль. При этом на дверях детской поликлиники висит объявление о том, что ее можно пройти платно без очереди. «Это инновация нашего маркетолога — он так зарплату так отрабатывает, — замечают работник поликлиники. — Вот такая забота о детях. А платить кто будет — молодые мамы, которым Медведев призывал всячески помогать?»
Также невозможно пройти в диагностическом отделении УЗИ или ФГДС — талонов нет. Нескольким пациентам терапевтического отделения, которым срочно требовались обследования, пришлось сделать их платно, выложив из своего кармана по три с лишним тысячи рублей. «Людей постепенно подводят к платной медицине, — считают врачи. — Деньги в здравоохранении, может быть, и есть, но система организована так, что до медиков они сегодня почти не доходят».

«Мы беспомощны! — заявляет один из врачей, — к нам поступают люди, а мы помочь им ничем не можем: бесплатно ничего нет: ни лекарств, ни анализов, ни талонов к специалистам. Да и самих специалистов нет». Пустые коридоры поликлиники после обеда — самое яркое тому подтверждение. «Раньше доплачивали, когда специалисты работали сверхурочно, и они с удовольствием это делали, — объясняет медсестра поликлиники. — Теперь за голый оклад трудиться лишние часы ни не хочет».

В Верхней Пышме вспоминают об ушедшем недавно из жизни директоре бассейна Макарове — это был знаменитый тренер по синхронному плаванию, его знал и уважал весь город. Он не смог попасть к кардиологу, ему пришлось обращаться в платную клинику. Он даже записался на прием, но не успел побывать у специалиста.

Спасет только Путин?

Катастрофическую нехватку специалистов уже начали решать за счет привлечения «гастарбайтеров»: пока эти случаи единичны, но медики не исключают, что вскоре людей будут принимать и обслуживать иностранцы. Те, кто остался, говорят, не хотят уступать им свои места даже при маленькой зарплате: «Мы здесь живем, у нас здесь родственники, друзья, вся наша жизнь прошла здесь, поэтому нам не наплевать на пациентов — в отличие от приезжих». Те, кто уволился, говорят, что с огромным удовольствием вернулись бы в свою родную и любимую муниципальную больницу из частных клиник.
В материале не звучат имена и фамилии врачей и медсестер — люди опасаются репрессий со стороны нового главного врача. Однако их терпение уже достигло предела: люди молчать уже не могут. По их мнению, остановить это сможет только вмешательство Путина: врачи верхнепышминской больницы готовят обращение к главе государства. По подсчетам самих врачей, за последние месяцы из больницы уволилось 90 медиков.

Эти данные очень сильно разнятся с теми, которые озвучил в комментарии «URA.Ru» главврач верхнепышминской ГКБ. «Массовых увольнений у нас нет: за первый квартал в целом по больнице уволилось 7 врачей, это примерно 3 процента от всех работающих врачей, — заявил агентству Алексей Малинкин. — Основные сокращения ведутся в тех структурах, которые непосредственно оказанием медицинской помощи не занимаются — так называемый прочий медицинский персонал. Тех специалистов, которые оказывают медицинскую помощь, мы стараемся беречь».

Представитель свердловского минздрава Константин Шестаков сообщил агентству, что в настоящее время в больнице Верхней Пышмы по жалобе сотрудников проходит комплексная министерская проверка. «Комментировать что-то до окончания проверки было бы некорректно», — заявил Шестаков. Главный врач больницы признает, что финансовые проблемы имеют место быть. «Никто же не будет отрицать, что в стране есть кризисные явления в финансовой отрасли, а мы, как бюджетное учреждение, получаем средства либо напрямую из бюджета, либо через ТФОМС, — поясняет Малинкин. — Первые два месяца года действительно был дефицит поступающих денежных средств, сейчас финансирование выравнивается».

В целом он не считает ситуацию в больнице катастрофической: «Медицинская помощь в соответствии с территориальной программой государственных гарантий оказывается в полном объеме», — заявляет главврач. Подавать в отставку он не намерен. «Меня на должность назначило министерство, — говорит Малинкин. — Если бы я не чувствовал за собой правоту, я бы и работать не стал».

Источник агентства в администрации губернатора не исключил, что врачи подают проблему однобоко, мстя новому руководителю за увольнения заместителей прежнего главврача.