10 лучших танков Второй мировой войны (16 фото)

PzKpfw III, более известный как Т-III – легкий танк с 37 мм орудием. Бронирование со всех ракурсов – 30 мм. Главное качество — Скорость (40 км/ч по шоссе). Благодаря совершенной оптике Carl Zeiss, эргономичным рабочим местам экипажа и наличию радиостанции, «тройки» могли успешно сражаться с куда более тяжелым машинам. Но с появлением новых противников, недостатки Т-III проявились более отчетливо. Немцы заменили 37 мм пушки на 50 мм орудия и прикрыли танк навесными экранами – временные меры дали свои результаты, T-III провоевал еще несколько лет. К 1943 году выпуск Т-III был прекращен, ввиду полного исчерпания его ресурса для модернизации. Всего немецкая промышленность выпустила 5000 «троек».

Гораздо серьезнее выглядел PzKpfw IV, ставший самым массовым танком Панцерваффе — немцы успели построить 8700 машин. Сочетая в себе все достоинства более легкого Т-III, «четверка» имела высокую огневую мощь и защищенность — толщину лобовой плиты постепенно довели до 80 мм, а снаряды ее 75 мм длинноствольного орудия пробивали броню вражеских танков, как фольгу (к слову, было выпущено 1133 ранних модификаций с короткоствольным орудием).

Слабые места машины – слишком тонкие борта и корма (всего 30 мм на первых модификациях), конструкторы пренебрегли наклоном броневых листов в угоду технологичности и удобству работы экипажа.

Panzer IV — единственный немецкий танк, находившийся в серийном производстве всю Вторую мировую войну и ставший самым массовым танком вермахта. Его популярность у немецких танкистов была сравнима с популярностью Т-34 у наших и «Шермана» у американцев. Хорошо конструктивно отработанная и исключительно надежная в эксплуатации, эта боевая машина в полном смысле слова была «рабочей лошадью» панцерваффе.

«…с трех сторон мы вели огонь по железным монстрам русских, но всё было тщетно. Русские гиганты подходили всё ближе и ближе. Один из них приблизился к нашему танку, безнадежно увязшему в болотистом пруду и без всякого колебания проехал по нему, вдавив гусеницами в грязь…»
- генерал Рейнгард, командующий 41 танкового корпуса Вермахта.

Летом 1941 года танк КВ громил элитные части Вермахта так же безнаказанно, будто бы он выкатился на Бородинское поле в 1812 году. Неуязвимый, непобедимый и запредельно мощный. До конца 1941 года во всех армиях мира вообще отсутствовало оружие, способное остановить русское 45-тонное чудовище. КВ был в 2 раза тяжелее самого крупного танка Вермахта.

Броня КВ – прекрасная песня стали и технологий. 75 миллиметров стальной тверди со всех ракурсов! Лобовые бронелисты имели оптимальный угол наклона, что еще более увеличивало снарядостойкость брони КВ – немецкие 37 мм противотанковые орудия не брали ее даже в упор, а 50 мм орудия – не дальше 500 метров. В то же время длинноствольное 76 мм орудие Ф-34 (ЗИС-5) позволяло с любого направления бить любой немецкий танк того периода с дистанции 1,5 километров.

Экипажи „КВ“ комплектовались исключительно офицерами,только механики- водители могли быть старшинами. Уровень их подготовки намного превосходил уровень экипажей, которые воевали на танках других типов. Воевали они более умело, поэтому и запомнились немцам…

«…Нет ничего страшнее, чем танковое сражение против превосходящих сил противника. Не по численности — это было неважно для нас, мы привыкли к этому. Но против более хороших машин — это ужасно… Русские танки так проворны, на близких расстояниях они вскарабкаются по склону или преодолеют болото быстрее, чем вы повернете башню. И сквозь шум и грохот вы все время слышите лязг снарядов по броне. Когда они попадают в наш танк, часто слышишь оглушительный взрыв и рев горящего топлива, слишком громкий, чтобы можно было расслышать предсмертные крики экипажа…»
- мнение немецкого танкиста из 4-й танковой дивизии, уничтоженной танками Т-34 в бою у Мценска 11 октября 1941 года.

Очевидно, что русское чудовище не имело аналогов в 1941 году: 500-сильный дизель, уникальное бронирование, 76 мм орудие Ф-34 (в целом аналогичное танку КВ) и широкие гусеницы – все эти технические решения обеспечивали Т-34 оптимальное соотношение подвижности, огневой мощи и защищенности. Даже по-отдельности, эти параметры у Т-34 были выше, чем у любого танка Панцерваффе.

Когда солдаты вермахта впервые встретились на поле боя с «тридцатьчетверками», они, мягко говоря, были в шоке. Проходимость нашей машины впечатляла — там, куда немецкие танки даже соваться не думали, Т-34 проходили без особого труда. Немцы даже прозвали свою 37-миллиметровую противотанковую пушку «колотушкой тук-тук», потому что когда ее снаряды попадали в «тридцатьчетверку», они просто стукались об нее и отскакивали.

Главное – советским конструкторам удалось создать танк именно таким, каким он был нужен Красной Армии. Т-34 идеально соответствовал условиям Восточного фронта. Предельная простота и технологичность конструкции позволило в кратчайшие сроки наладить массовое производство этих боевых машин, как следствие – Т-34 были просты в эксплуатации, многочисленны и вездесущи.

«…мы пошли в обход через балку и напоролись на «Тигра». Потеряв несколько Т-34, наш батальон вернулся назад …»
- частое описание встреч с PzKPfw VI из мемуаров танкистов.

По мнению ряда западных историков, основной задачей танка «Тигр» была борьба с танками противника, и его конструкция соответствовала решению именно этой задачи:

Если в начальный период Второй мировой войны германская военная доктрина имела в основном наступательную направленность, то позднее, когда стратегическая ситуация поменялась на противоположную, танкам стала отводиться роль средства ликвидации прорывов немецкой обороны.

Таким образом, танк «Тигр» задумывался прежде всего как средство борьбы с танками противника, будь то в обороне или наступлении. Учёт этого факта необходим для понимания особенностей конструкции и тактики применения «Тигров».

21 июля 1943 командир 3-го танкового корпуса Герман Брайт, издал следующую инструкцию по боевому применению танка «Тигр-I»:

…С учётом прочности брони и силы оружия, «Тигр» должен применяться в основном против танков и противотанковых средств противника, и лишь во вторую очередь — как исключение — против пехотных частей.

Как показал опыт боёв, оружие «Тигра» позволяет ему вести бой с танками противника на дистанциях 2000 метров и более, что особенно влияет на моральный дух противника. Прочная броня позволяет «Тигру» идти на сближение с противником без риска серьёзных повреждений от попаданий. Тем не менее, следует пытаться начинать бой с танками противника на дистанциях более 1000 метров.

Понимая, что «Тигр» — редкое и экзотическое оружие профессионалов, немецкие танкостроители создали более простой и дешевый танк, с намерением превратить его в массовый средний танк Вермахта.
Panzerkampfwagen V «Пантера» до сих пор служит объектом жарких споров. Технические возможности машины нареканий не вызывают – при массе 44 тонны «Пантера» превосходила по подвижности Т-34, развивая на хорошем шоссе 55-60 км/ч. Танк вооружался 75 мм пушкой KwK 42 с длиной ствола 70 калибров! Бронебойный подкалиберный снаряд, выпущенный из ее адского жерла, пролетал за первую секунду 1 километр – с такими ТТХ пушка «Пантеры» могла продырявить любой танк союзников на дистанции свыше 2 километров. Бронирование «Пантеры» большинством источников тоже признается достойным – толщина лба варьировалась от 60 до 80 мм, при этом углы наклона брони достигали 55°. Борт был защищен слабее – на уровне Т-34, поэтому легко поражался советскими противотанковыми средствами. Нижнюю часть борта дополнительно защищали два ряда катков с каждой стороны.

ИС-2 являлся самым мощным и наиболее тяжелобронированным из советских серийных танков периода войны, и одним из сильнейших танков на то время в мире. Танки этого типа сыграли большую роль в боях 1944—1945 годов, особенно отличившись при штурме городов.

Толщина бронирования ИС-2 достигала 120 мм. Одно из главных достижений советских инженеров – экономичность и небольшая металлоемкость конструкции ИС-2. При массе, сравнимой с массой «Пантеры», советский танк был куда более серьезно защищен. Но слишком плотная компоновка потребовала размещения топливных баков в отделении управления – при пробитии брони экипаж Ис-2 имел мало шансов уцелеть. Особенно рисковал механик-водитель, не имевший собственного люка.

Штурмы городов:
Вместе с САУ на его базе ИС-2 активно использовался для штурмовых действий укреплённых городов, таких как Будапешт, Бреслау, Берлин. Тактика действий в таких условиях предусматривала действия ОГвТТП штурмовыми группами из 1—2 танков в сопровождении пехотного отделения из нескольких автоматчиков, снайпера или меткого стрелка из винтовки и иногда ранцевого огнемётчика. В случае слабого сопротивления танки с посаженными на них штурмовыми группами на полном ходу прорывались вдоль улиц к скверам, площадям, паркам, где можно было занять круговую оборону.

«Шерман» — вершина рациональности и прагматизма. Тем более удивительно, что США, имевшие к началу войны 50 танков, сумели создать такую сбалансированную боевую машину и наклепать к 1945 году 49 000 «Шерманов» различных модификаций. Например, в сухопутных войсках применялся «Шерман» с бензиновым двигателем, а в подразделения Морской пехоты поступала модификация М4А2, оснащенная дизелем. Американские инженеры справедливо полагали, что это значительно упростит эксплуатацию танков – соляр можно было легко найти у моряков, в отличие от высокооктанового бензина. Кстати, именно эта модификация М4А2 поступала в Советский Союз.

Чем же «Эмча» (так наши солдаты прозвали М4) так понравилась командованию Красной Армии, что на них целиком пересели элитные подразделения, например 1-й гвардейский механизированный корпус и 9-й гвардейский танковый корпус? Ответ прост: «Шерман» имел оптимальное соотношение бронирования, огневой мощи, подвижности и … надежности. Кроме того, «Шерман» был первым танком с гидравлическим приводом башни (это обеспечивало особую точность наведения) и стабилизатором пушки в вертикальной плоскости — танкисты признавали, что в дуэльной ситуации их выстрел всегда был первым.

Боевое применение:
После высадки в Нормандии союзникам пришлось вплотную столкнуться с немецкими танковыми дивизиями, которые были брошены на оборону «Крепости Европа», и тут выяснилось, что союзники недооценили степень насыщения немецких войск тяжёлыми типами бронетехники, особенно танками «Пантера». В прямых столкновениях с немецкими тяжёлыми танками «Шерманы» имели очень мало шансов. Англичане в определённой степени могли рассчитывать на свои Sherman Firefly, чья отличная пушка произвела на немцев большое впечатление (настолько большое, что экипажи немецких танков старались в первую очередь поразить именно Firefly, а потом уже расправиться с остальными). Американцы, которые рассчитывали на своё новое орудие, быстро выяснили, что для уверенного поражения «Пантеры» в лоб мощности его бронебойных снарядов всё же недостаточно.

Боевой дебют Королевских Тигров состоялся 18 июля 1944 года в Нормандии, где 503-му тяжёлому танковому батальону удалось в первом же бою подбить 12 танков Шерман».
А уже 12 августа Тигр II появился на Восточном фронте: 501-й тяжелый танковый батальон пытался помешать проведению Львовско-Сандомирской наступательной операции. Плацдарм представлял собой неровное полукольцо, упиравшееся концами в Вислу. Примерно в середине этого полукольца, прикрывая направление на Сташув, оборонялась 53-я гвардейская танковая бригада.

В 7.00 13 августа противник под прикрытием тумана перешел в наступление силами 16-й танковой дивизии при участии 14 Королевских Тигров 501-го тяжелого танкового батальона. Но едва новые Тигры выползли на исходные позиции, три из них были расстреляны из засады экипажем танка Т-34-85 под командованием младшего лейтенанта Александра Оськина, в который помимо самого Оськина входили механик-водитель Стеценко, командир орудия Мерхайдаров, радист Грушин и заряжающий Халычев. Всего же танкисты бригады подбили 11 танков, а три оставшихся, брошенные экипажами, были захвачены в исправном состоянии. Один из этих танков с номером 502 до сих пор находится в Кубинке.

В настоящее время Королевские Тигры имеются в экспозициях Saumur Musee des Blindes во Франции, RAC Tank Museum Bovington (единственный сохранившийся экземпляр с башней Порше) и Royal Military Colledge of Science Shrivenham в Великобритании, Munster Lager Kampftruppen Schule в Германии (передан американцами в 1961 году), Ordnance Museum Aberdeen Proving Ground в США, Switzerlands Panzer Museum Thun в Швейцарии и Военно-историческом музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке под Москвой.

Средний танк Т-34-85, по существу, представляет собой большую модернизацию танка Т-34, в результате которой был устранен очень важный недостаток последнего — теснота боевого отделения и связанная с ней невозможность полного разделения труда членов экипажа. Достигнуто это было за счет увеличения диаметра башенного погона, а также за счет установки новой трехместной башни значительно больших, чем у Т-34, размеров. При этом конструкция корпуса и компоновка в нем узлов и агрегатов сколько-нибудь существенных изменений не претерпели. Следовательно, остались и недостатки, свойственные машинам с кормовым расположением двигателя и трансмиссии.

Как известно, наибольшее распространение в танкостроении получили две схемы компоновки с носовым и кормовым расположением трансмиссии. Причем недостатки одной схемы являются достоинствами другой.

Изъян компоновки с кормовым расположением трансмиссии состоит в увеличенной длине танка из-за размещения в его корпусе четырех, не совмещенных по длине отделений или в сокращении объема боевого отделения при постоянной длине машины. Из-за большой длины моторного и трансмиссионного отделений боевое с тяжелой башней смещается к носу, перегружая передние катки, не оставляя места на подбашенном листе для центрального и даже бокового размещения люка механика-водителя. Возникает опасность «утыкания» выступающей вперед пушки в грунт при движении танка через естественные и искусственные препятствия. Усложняется привод управления, связывающий водителя с трансмиссией, размещенной в корме.

Схема компоновки танка Т-34-85

Путей выхода из этого положения два: либо увеличить длину отделения управления (или боевого), что неизбежно приведет к увеличению общей длины танка и ухудшению его маневренных качеств за счет возрастания соотношения L/B — длины опорной поверхности к ширине колеи (у Т-34-85 оно близко к оптимальному — 1,5), либо кардинально изменить компоновку моторного и трансмиссионного отделений. О том, к чему это могло привести, можно судить по результатам работы советских конструкторов при проектировании новых средних танков Т-44 и Т-54, созданных в годы войны и принятых на вооружение соответственно в 1944 и 1945 годах.

Схема компоновки танка Т-54

На этих боевых машинах была применена компоновка с поперечным (а не с продольным, как у Т-34-85) размещением 12-цилиндрового дизеля В-2 (в вариантах В-44 и В-54) и объединенным значительно укороченным (на 650 мм) моторно-трансмиссионным отделением. Это позволило удлинить боевое отделение до 30% длины корпуса (у Т-34-85 — 24,3%), почти на 250 мм увеличить диаметр башенного погона и установить на средний танк Т-54 мощную 100-мм пушку. Одновременно удалось сместить башню к корме, выделив на подбашенном листе место для люка механика-водителя. Исключение пятого члена экипажа (стрелка из курсового пулемета), удаление боеукладки с полика боевого отделения, перенос вентилятора с коленчатого вала двигателя на кронштейн кормы и сокращение габаритной высоты двигателя обеспечили уменьшение высоты корпуса танка Т-54 (по сравнению с корпусом танка Т-34-85) примерно на 200 мм, а также сокращение забронированного объема примерно на 2 м куб. и усиление броневой защиты более чем в два раза (при увеличении массы всего лишь на 12%).

На столь кардинальную перекомпоновку танка Т-34 во время войны не пошли, и, наверное, это было правильным решением. Вместе с тем, диаметр башенного погона, при сохранении неизменной формы корпуса, у Т-34-85 был практически предельным, что не позволяло разместить в башне артсистему более крупного калибра. Возможности модернизации танка по вооружению были исчерпаны полностью, в отличие, например, от американского «Шермана» и немецкого Pz.lV.

Кстати, проблема увеличения калибра основного вооружения танка имела первостепенное значение. Иногда можно услышать вопрос: зачем понадобился переход к 85-мм пушке, нельзя ли было улучшить баллистические характеристики Ф-34 за счет увеличения длины ствола? Ведь поступили же так немцы со своей 75-мм пушкой на Pz.lV.

Дело в том, что немецкие орудия традиционно отличались лучшей внутренней баллистикой (наши столь же традиционно—внешней). Немцы добивались высокой бронепробиваемости за счет повышения начальной скорости и лучшей отработки боеприпасов. Адекватно ответить мы могли только увеличением калибра. Хотя пушка С-53 значительно улучшила огневые возможности Т-34-85, но, как отмечал Ю.Е.Максарев: «В дальнейшем Т-34 уже не мог напрямую, дуэльно поражать новые немецкие танки». Все попытки создания 85-мм пушек с начальной скоростью свыше 1000 м/с, так называемых пушек большой мощности, закончились неудачей по причине быстрого износа и разрушения ствола еще на стадии испытаний. Для «дуэльного» поражения немецких танков понадобился переход к 100-мм калибру, что было осуществлено только в танке Т-54 с диаметром башенного погона 1815 мм. Но в сражениях Второй мировой войны эта боевая машина участия не принимала.

Что же касается размещения люка механика-водителя в лобовом листе корпуса, то можно было попробовать пойти по пути американцев. Вспомним, на «Шермане» люки механика-водителя и пулеметчика, первоначально также выполненные в наклонном лобовом листе корпуса, были впоследствии перенесены на подбашенный лист. Это удалось осуществить за счет уменьшения угла наклона лобового листа с 56° до 47° к вертикали. У Т-34-85 лобовой лист корпуса имел наклон 60°. Уменьшив этот угол также до 47° и компенсировав это некоторым увеличением толщины лобовой брони, можно было бы увеличить площадь подбашенного листа и разместить на нем люк водителя. Это не потребовало бы кардинальной переделки конструкции корпуса и не повлекло бы за собой существенного увеличения массы танка.

Не изменилась на Т-34-85 и подвеска. И если использование для изготовления пружин более качественной стали помогло избежать быстрого их проседания и, как следствие, уменьшения клиренса, то от значительных продольных колебаний корпуса танка в движении избавиться не удалось. Это был органический порок пружинной подвески. Расположение же обитаемых отделений в передней части танка только усугубляло негативное воздействие этих колебаний на экипаж и вооружение.

Следствием компоновочной схемы Т-34-85 стало и отсутствие в боевом отделении вращающегося полика башни. В бою заряжающий работал, стоя на крышках ящиков-кассет со снарядами, уложенными на днище танка. При поворотах башни он должен был перемещаться вслед за казенником, при этом ему мешали стреляные гильзы, падавшие сюда же на пол. При ведении интенсивного огня скапливавшиеся гильзы затрудняли и доступ к выстрелам, размещенным в боеукладке на днище.

Суммируя все эти моменты, можно сделать вывод, что, в отличие от того же "Шермана", возможности по модернизации корпуса и подвески Т-34-85 были использованы не полностью.

Рассматривая достоинства и недостатки Т-34-85, необходимо учитывать еще одно весьма важное обстоятельство. Экипаж любого танка, как правило, в повседневной реальности абсолютно не волнует, под каким углом наклона расположен лобовой или какой-либо другой лист корпуса или башни. Значительно важнее, чтобы танк как машина, то есть как совокупность механических и электрических механизмов, работал четко, надежно и не создавал проблем при эксплуатации. В том числе и проблем, связанных с ремонтом или заменой каких-либо деталей, узлов и агрегатов. Вот тут у Т-34-85 (как и у Т-34) все было в порядке. Танк отличался исключительной ремонтопригодностью! Парадоксально, но факт — и в этом «виновата» компоновка!

Существует правило: компоновать не для обеспечения удобного монтажа — демонтажа агрегатов, а исходя из того, что до полного выхода из строя агрегаты не нуждаются в ремонте. Требуемая высокая надежность и безотказность в работе достигаются при проектировании танка на базе готовых, конструктивно отработанных агрегатов. Поскольку при создании Т-34 практически ни один из агрегатов танка не отвечал этому требованию, то и его компоновку выполнили вопреки правилу. Крыша моторнотрансмиссионного отделения была легкосъемной, кормовой лист корпуса откидывался на петлях, что позволяло осуществлять демонтаж таких крупногабаритных агрегатов, как двигатель и коробка передач в полевых условиях. Все это имело колоссальное значение в первой половине войны, когда из-за технических неисправностей из строя выходило больше танков, чем от воздействия противника (на 1 апреля 1942 года, например, в действующей армии имелось 1642 исправных и 2409 неисправных танков всех типов, в то время как наши боевые потери за март составили 467 танков). По мере улучшения качества агрегатов, достигшего наивысшего показателя у Т-34-85, значение ремонтнопригодной компоновки снизилось, но язык не повернется назвать это недостатком. Более того, хорошая ремонтопригодность оказалась как нельзя кстати в ходе послевоенной эксплуатации танка за рубежом, в первую очередь в странах Азии и Африки, порой в экстремальных климатических условиях и с персоналом, имевшим весьма посредственный, если не сказать больше, уровень подготовки.

При наличии всех недостатков в конструкции «тридцатьчетверки» был соблюден некий баланс компромиссов, выгодно отличавший эту боевую машину от других танков Второй мировой войны. Простота, удобство при эксплуатации и техническом обслуживании, в совокупности с хорошей бронезащитой, маневренностью и достаточно мощным вооружением и стали причиной успеха и популярности Т-34-85 у танкистов.