Юные герои Великой Отечественной войны (12 фото)

По официальным данным Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО) России, в годы войны в боевых частях числились свыше 3500 военнослужащих в возрасте до 16 лет. При этом понятно, что далеко не каждый командир подразделения, рискнувший взять на воспитание сына полка, находил в себе смелость заявить о воспитаннике по команде. Понять, как старались скрыть возраст маленьких бойцов их отцы-командиры, которые и в самом деле многим были вместо отцов, можно по неразберихе в наградных документах. На пожелтевших архивных листках у большинства несовершеннолетних военнослужащих указан явно завышенный возраст. Реальный выяснялся гораздо позже, через десять, а то и через сорок лет.

А ведь еще были дети и подростки, воевавшие в партизанских отрядах и состоявшие в подпольных организациях! И там-то их было гораздо больше: в партизаны порой уходили целыми семьями, а если и нет, то почти у каждого подростка, оказавшегося на оккупированной земле, было, за кого мстить.

Так что «десятки тысяч» — это далеко не преувеличение, а скорее, преуменьшение. И, видимо, точного числа юных героев Великой Отечественной войны мы не узнаем уже никогда. Но это не причина не помнить о них.

Шли мальчишки от Бреста до Берлина

Самым младшим из всех известных маленьких солдат — во всяком случае, согласно документам, хранящимся в военных архивах, — можно считать воспитанника 142-го гвардейского стрелкового полка 47-й гвардейской стрелковой дивизии Сергея Алешкина. В архивных документах можно найти два свидетельства о награждении мальчишки, родившегося в 1936 году и оказавшегося в армии с 8 сентября 1942 года, вскоре после того, как каратели расстреляли его мать и старшего брата за связь с партизанами. Первый документ от 26 апреля 1943 года — о награждении его медалью «За боевые заслуги» в связи с тем, что «Тов. АЛЕШКИН любимец полка» «своей жизнерадостностью, любовью к части и окружающим в чрезвычайно трудных моментах вселял бодрость и уверенность в победе». Второй, от 19 ноября 1945 года, о награждении воспитанников Тульского суворовского военного училища медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»: в списке из 13 суворовцев фамилия Алешкина стоит первой.

Зине Портновой и Вале Котику звания Героев Советского Союза были присвоены через 13 лет после Победы, в 1958 году. Зина удостоена награды за мужество, с которым она вела подпольную работу, потом выполняла обязанности связной между партизанами и подпольем и в конце концов вынесла нечеловеческие муки, попав в руки к гитлеровцам в самом начале 1944 года. Валя — по совокупности подвигов в рядах шепетовского партизанского отряда имени Кармелюка, куда он пришел после года работы в подпольной организации в самой Шепетовке. А Марат Казей удостоился высшей награды только в год 20-летия Победы: указ о присвоении ему звания Героя Советского Союза был обнародован 8 мая 1965 года. Почти два года — с ноября 1942-го по май 1944-го — Марат провоевал в составе партизанских соединений Белоруссии и погиб, подорвав последней гранатой и себя, и окруживших его гитлеровцев.

Зина Мартыновна Портнова

Совсем немного инфы про вторую фотку из поста нашёл, ну собственно про автомат понятно и про сына полка (жалко неизвестно имя и фамилия) главное, что фотография сделана в освобождённом Будапеште!

За последние полвека обстоятельства подвигов четверки героев стали известны всей стране: на их примере выросло не одно поколение советских школьников, да и нынешним непременно рассказывают о них. Но и среди тех, кто не удостоился высшей награды, было немало настоящих героев — летчиков, моряков, снайперов, разведчиков и даже музыкантов.

Валентин Александрович Котик

фото сына полка Володи Тарновского

Матрос Борис Кулешин

На потрескавшейся фотографии на фоне моряков в черной форме с патронными ящиками на спине и надстроек советского крейсера стоит мальчишка лет десяти. Руки его крепко сжимают автомат ППШ, а на голове красуется бескозырка с гвардейской лентой и надписью «Ташкент». Это — воспитанник экипажа лидера эсминцев «Ташкент» Боря Кулешин. Снимок сделан в Поти, куда после ремонта корабль зашел за очередным грузом боеприпасов для осажденного Севастополя. Именно тут у сходни «Ташкента» и появился двенадцатилетний Боря Кулешин. Отец его погиб на фронте, мать, как только был оккупирован Донецк, угнали в Германию, а сам он сумел уйти через линию фронта к своим и вместе с отступающей армией добраться до Кавказа.

Пока уговаривали командира корабля Василия Ерошенко, пока принимали решение, в какую боевую часть зачислить юнгу, моряки успели выдать тому ремень, бескозырку и автомат и сфотографировать нового члена экипажа. А потом был переход в Севастополь, первый в жизни Бори налет на «Ташкент» и первые в жизни обоймы для зенитного артавтомата, которые он наравне с другими зенитчиками подавал стрелкам. На своем боевом посту он и был ранен 2 июля 1942 года, когда немецкая авиация попыталась потопить корабль в порту Новороссийска. После госпиталя Боря вслед за капитаном Ерошенко пришел на новый корабль — гвардейский крейсер «Красный Кавказ». И уже тут нашла его заслуженная награда: представленный за бои на «Ташкенте» к медали «За отвагу», он по решению командующего фронтом маршала Буденного и члена Военного совета адмирала Исакова был удостоен ордена Красного Знамени. И на следующем фронтовом снимке он уже красуется в новой форменке юного матроса, на голове которого бескозырка с гвардейской лентой и надписью «Красный Кавказ». Именно в этой форме в 1944 году Боря и отправился в Тбилисское нахимовское училище, где в сентябре 1945 года был в числе других преподавателей, воспитателей и воспитанников удостоен медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».


Борис Кулешин.