О детских садах во время войны (3 фото)

Причин на то несколько. Конечно, стране требовались трудовые руки. Женщины, как могли, заменяли на рабочих местах ушедших на фронт мужей, братьев, отцов и больше не могли заниматься только домашним хозяйством. Второй фактор: многие области нашей большой страны принимали эвакуированных деток. Уместить их всех в уже открытые сады было невозможно. Так, в Алтайском крае количество детских садов за несколько огненных лет выросло от 161-го до 313-ти, а уже после окончания войны — вновь уменьшилось. А в Кемеровской области от 244-х (1941 годы) до 33-х (1944).
Но о каком бы крае или детском саде ни шла речь, не будет преувеличением сказать, что везде трудились самоотверженные воспитатели и нянечки. Они не могли полностью заменить мальчишкам и девчонкам мам и бабушек, но старались, как могли. И если бы силы человеческой души измерялись, скажем, в ньютонах, то лично для себя эти девушки и женщины не оставляли ни одной такой единицы. Всё — для ребятишек и фронта. Вот тому примеры.

* В начале зимы 1941 года руководителям детских садов Москвы стало ясно, что оставлять деток в зданиях слишком опасно. Поэтому многие неэвакуированные сады перевели в бомбоубежища. Известен пример сада №12, переведённого в убежище, где малыши очень боялись темноты. И тогда старая нянечка Прасковья Фёдорова на все свои деньги купила свечи, укрепила их по стенам и следила, чтобы не гасли. Она же придумала показывать детишкам теневой театр и научила тому, что темнота может таить в себе не только страх неизвестного, но и интересную сказку.
* В свободные от смен часы воспитатели рыли окопы — и это касается не только столицы, но и многих городов, к которым приближался враг.
* Тульский детский садик №2 на время войны стал ещё и интернатом, здесь находились и сироты. Воспитатели старались не рассказывать лишний раз детям о войне, ведь горе от неё и так было огромным. Но однажды четырёхлетняя девочка принесла письмо от отца — показать. Письмо прочитали. В нём были строки об однополчанине отца, родом из Минска. Этот солдат очень волновался за свою жену, которая не успела эвакуироваться. И тогда воспитатели написали ответ этому солдату. В письме они утешали его, поддерживали. Узнали об этом дети из старшей группы — и тоже написали свои весточки. Так родилась переписка, которая продолжалась всю войну. Тот боец писал одно большое письмо на адрес садика — а ему в ответ приходило несколько десятков треугольников. Вот цитата одной солдатской весточки: «Дорогие мои! Я вас ведь не видел ни разу, но кажется, знаю всех в лицо! Как я благодарен вам за ваши тёплые, искренние строки! Знали бы вы, как они важны для меня, как я жду их. У меня словно появилось много-много родных...»

* А вот воспоминания методиста А.В.Никулицкой. Речь идёт о переезде-возвращении воспитанников детского сада из Егорьевского района в Москву. «Пятнадцатого октября я получила приказ Отдела народного образования вывезти детей из Егорьевского района в Москву. Шестнадцатого октября я везла детей в автобусе. Километрах в двадцати от Егорьевска (в деревне) наш автобус завяз а грязи. Взрослые, ехавшие с детьми, помогали шофёру — собирали камни, солому и т. д. В это время над автобусом начал кружить вражеский самолёт. Шофёр посоветовал мне вывести из автобуса детей. Когда старшие дети рассмотрели фашистский знак на самолёте, они стали волноваться, а малыши начали громко плакать. Чтобы успокоить детей, отвлечь их внимание, я предложила всем смотреть на большое облако и ждать, как оттуда вылетят наши истребители и прогонят фашистский самолёт. Дети перестали плакать и внимательно смотрели на облако. Вскоре действительно появились три наших истребителя, но с противоположной от облака стороны. Дети услышали шум моторов, повернули головы и увидели, как наши погнали вражеский самолёт. Дети забыли страх — хлопали в ладоши, визжали.
Позднее эти ребята по пути в тыл три раза подвергались налётам. Это были жуткие моменты. Но ребята мало беспокоились, они были уверены, что наши истребители прогонят фашистов как тогда, возле автобуса. Все дети, вернувшиеся в Москву, должны были снова ехать, на сей раз в глубокий тыл...»
* История одного из сельских детских садов Кировской области. В годы войны стало ясно, что прокормить ребят не удастся. Тогда воспитатели им одним ведомым способом раздобыли двух коров. Чтобы накормить рогатых и заготовить им сено, ходили со старшими детьми рвать траву. Брали детей и на дойку, учили доить, но к коровам не подпускали, этим занимались только взрослые. Но дети есть дети, им очень хотелось попробовать «процесс». И вот однажды во время тихого часа три мальчугана отправились к бурёнкам и взялись за дело...
Вес детский сад буквально встал на уши от дикого мычания, раздававшегося в радиусе чуть не пары километров. Когда воспитатели вбежали в сарай, где жили коровы, то увидели, что рогатые зажаты в угол, около них — мальчишки, которые пытаются доить. А чтобы коровы не бодались, двое пацанов взяли несчастных за уши и стали целовать! Такого ужаса бурёнки спокойно перенести не смогли. Как говорится, занавес.
На этом пока прервёмся, уважаемые читатели. Может быть, в ваших семьях хранятся какие-то воспоминания о работе детских садов в годы войны?..
Примечание: все фотографии сделаны в блокадном Ленинграде, в детском саду (новогодняя) и яслях №248 Свердловского района.