В Елисеевский гастроном ходят и за хлебом, и за зрелищами (11 фото)

Первое посещение Елисеевского — это всегда культурный шок: в таких интерьерах делать закупки тривиальной ветчины или огурцов непросто. Здесь впору молиться, как в храме, или устраивать балы, как в тронном зале императорского дворца. Огромные зеркала с рамами в стиле модерн, виньетки-фестончики, колонны с кудрявыми капителями и прочее архитектурное богатство интерьера подавляет даже основной — пищевой — инстинкт. И челюсть отвисает сама собой, но не для принятия пищи, а от восторга.

Дом по адресу ул. Тверская, 14, строил сам великий архитектор Матвей Казаков по заказу Екатерины Козицкой, вдовы Григория Козицкого, статс-секретаря Екатерины II.
Кстати, примыкающий к «Елисею» переулок (бывший Сергиевский) переименован в Козицкий именно в честь хозяйки шикарного дворца. Потом дворец достался в качестве приданого младшей дочери вдовы Анне, вышедшей замуж за князя Белосельского-Белозерского. А Анна, в свою очередь, позднее отдала дом в приданое одной из своих любимых падчериц — Зинаиде Волконской. И дом стал ядром светской жизни грибоедовской Москвы — в салоне Волконской собирался весь цвет страны. На поэтические вечера сюда приходили Пушкин, Мицкевич, Баратынский. Это о её салоне писал Вяземский как о «волшебном замке музыкальной феи». Это в неё был безнадёжно влюблён молодой поэт Веневитинов. Сама Зинаида, кстати, пела ангельским голосом, писала стихи и прозу. Слава дома Волконской гремела на всю Москву, а полицейские власти держали дом под наблюдением, после того как здесь были устроены шумные проводы уезжавшей в Сибирь жены декабриста Марии Волконской.

А в середине ХIХ в. в знаменитом доме едва не завелись черти: старая княгиня, наследница Волконских, обратилась к властям за помощью, так как в доме появилось привидение! Полиция устроила засаду и выловила «привидение», оказавшееся одним из членов шайки бандитов, мечтающих запугать старуху-княгиню, выжить её из помещения и занять дом.

В 1898 г. здание приобрёл богатейший петербургский купец, хозяин огромного гастронома на Невском проспекте Григорий Елисеев. Интересно, что основу торговой династии Елисеевых заложил бывший крепостной садовник графа Шереметева Пётр, дед Григория. Однажды зимой Пётр Елисеев вырастил клубнику, которая была подана к столу, за что граф дал Петру вольную и даже помог начать небольшое дело — открыть лавочку в Петербурге. Елисеевы оказались талантливыми коммерсантами, лавочка превратилась в сияющие магазины, крупнейшие в России.

Новый хозяин немедленно затеял перестройку, которая велась в строжайшем секрете от москвичей.

«Архитектор зашил весь дом тёсом, что было для Москвы новинкой, и получился гигантский деревянный ящик, настолько плотный, что и щёлочки не осталось, — писал Владимир Гиляровский в книге "Москва и моск­вичи". — Идёт год, второй, но плотные леса всё ещё окружают стройку. Москвичи-старожилы, помнившие, что здесь когда-то жили черти и водились привидения, осторожно переходили на другую сторону, тем более что о таинственной стройке шла легенда за легендой».

А когда леса сняли, публика ахнула: сквозь громадные окна виднелись, как «вкусно» рассказывал дядя Гиляй, «причудливые постройки из разных неведомых доселе Москве товаров. Горами поднимаются заморские фрукты; как груда ядер, высится пирамида кокосовых орехов; необъятными, пудовыми кистями висят тропические бананы; перламутром отливают разноцветные обитатели мор­ского царства... А над всем этим блещут электрические звёзды на батареях винных бутылок, сверкают и переливаются в глубоких зеркалах, вершины которых теряются в туманной высоте».

Так всё и было, и вот что важно — всё практически так и осталось сегодня! Именно столетней выдержкой, как хороший коньяк, знаменит чудесный магазин. И его посещение позволяет приобщиться к истории не хуже, чем визит в любой музей, — не зря же «Елисей» иногда называют «магазин-музей».

При Елисееве продать покупателю несвежие или слегка мятые продукты считалось не только позором, но и нанесением ущерба репутации магазина.

После революции 1917 г. магазин у хозяев, как и всё остальное процветающее и приносящее доход имущество, отобрали и национализировали. В 20-е гг. он был переименован в «Гастроном № 1». В Великую Отечест­венную войну он превратился в закрытый распределитель для начальства. После войны здесь открылся первый в стране коммерческий отдел. В 1982 г. случилось нашумевшее «Елисеевское дело», когда за злоупотребления был арестован и приговорён к расстрелу директор гастронома Юрий Соколов. Кстати, по этой истории был снят телесериал «Дело гастронома № 1» (режиссёр Сергей Ашкенази). Судя по фильму, в советские времена за качеством продуктов здесь так же ревностно следили.

«Здесь всегда всё было лучшее, — вспоминает покупательница Елисеевского с 25-летним стажем москвичка Галина Шашкова. — Иной раз купишь колбаски 100 грамм и до дому не донесёшь — удержаться невозможно. В 90-е гг. такого изобилия, конечно, не было. А теперь опять всего много, но нет больше тех волшебных ароматов, как раньше. Теперь продукты вообще ничем не пахнут...»