Квест "Вечер пятницы".Фельдшер о тех,кто провалил задание "дойти домой" (4 фото)

слишком высоки были её каблуки.

Извиваясь всем телом и охая от боли, девушка пыталась встать, что было расценено прохожими как предсмертная агония. В их вытянутых вперёд руках сразу появились мобильники, но скорую себе вызвала сама пострадавшая, достав из сумочки украшенный стразами телефон.


Квест под названием "Пятница" уже давно перешёл из фазы "уход с работы" в фазу "дойти до дома". Везло не всем. Один из проигравших, слишком яростно боровшийся с зелёным змием в задании "пей — не могу", уже лёг в грязную лужу и мирно заснул, что было расценено одиноким прохожим как инсульт. В руках прохожего появился вытянутый из кармана спящего мобильник, с которого добрый человек вызвал бедолаге скорую и исчез из нашей повести раз и навсегда. Вместе с телефоном бедолаги.

***

— Инсульт. Улица. Рядом с помойкой…

Реанимационная бригада, приехавшая на помойку, оценила состояние мужчины как "сильно пьяное", после чего загрузила его в машину и доставила счастливчика в приёмное отделение больницы, куда обычно везут всех пьяных с "подозрением на всё".

***

— Авто. Сбит пешеход…

— Езжай…

Фельдшер вопросительно глянул на диспетчера.

— Больше некому.

— Ну и слава богу, – фельдшер уже осматривал анорексичное тело девушки. До приезда скорой она всё-таки умудрилась снять с себя туфли и подняться на ноги, чем дала понять окружающим, что шоу закончилось. Подсчитывая будущие лайки в инете, зеваки попрятали телефоны и быстро покинули импровизированные подмостки.

— Я точно ничего не сломала? — анорексичная девушка слегка истерила, а потому болтала без умолку. — Нет, вы скажите. Мне очень, очень больно, когда вы вот здесь нажимаете. И здесь.

— Думаю, вы просто ушиблись, — фельдшер почти закончил осмотр. — Головой не ударялись? Сознание не теряли? Вы всегда такая, кхм… худенькая?

— Я похудела на 10 килограмм. Диета и таблетки для похудения. Всё по схеме. Я работаю моделью, мне лишний вес ни к чему. Ой. Вот здесь тоже больно!

— Голубушка. Вы так себя в гроб загоните с вашей схемой. Говорите, ветром отбросило? — теперь фельдшер мог позволить себе представить, с каким звуком этот суповой набор шмякнулся на асфальт.

— Мне нужна больница. Мне нужен рентген. Немедленно. Через три часа показ новых платьев в салоне. Мне нужно точно знать, что я ничего не сломала.

— Да не вопрос. Сейчас поедем в больницу. Думаю, вы всё успеете.

— Это хорошая больница? — модель всё не унималась.

— Более чем. Это самая хорошая больница.

— Я не люблю больницы. У меня в больнице бабушка умерла. Она была актриса. Я тоже хотела быть актрисой.

Фельдшер уже представил пострадавшую в роли Дездемоны, и его руки непроизвольно начали сжимать воображаемое горло актрисы.

— Вы мне не ответили. Там точно всё сделают правильно? Я не умру, как бабушка?

"Вот её прёт. От голода, наверное", — подумал фельдшер, а вслух сказал:

— Успокойтесь. Это самая хорошая больница. Там никто не умирает.

***

— Моего здесь ничего нет. Исключительно алкогольное опьянение, — реаниматолог со всей тщательностью к поступившим пьяным осмотрел лежащего на каталке в одних трусах мужчину. — Согласен. (Видя протестующий жест врача приёмного отделения, реаниматолог не стал упираться.) Возьму к себе. А что он голый-то? Скорая привезла?

— Ну а кто ж? — врач приёмного счастливо вздохнул. — А голый потому, что медсёстры его раздели. Уж больно грязен был.

— Давайте тогда его, чтоб побыстрее, на каталке через улицу. Лето. Не замёрзнет. А то через всю больничку по подвалу пока-то до нас довезёте. Только прикройте чем-нибудь, чтоб народ не смущать.

Медсестра накрыла спящего простынкой. Мужик чему-то улыбался во сне.

— Ишь, улыбается. Видать, хорошо ему. — Медсестра не раздумывая прикрыла лицо пьянчужки углом простыни. — Вот так. А то прям завидки берут от его счастливой рожи. Ну, что стоишь? (Охранник вопросительно поглядел на медсестру.) Иди. Помогай. Сказали, в реанимацию.

***

— Вы сами увидите, это лучшая больница. Я вас уверяю, — фельдшер высадил нервную девушку из машины и уже подводил к приёмному отделению.

Дверь в приёмник открылась. Хмурая медсестра и тщедушный охранник медленно вывозили на скрипучей каталке накрытое белой простынёй тело.

Ужас, появившийся в глазах девушки, придал ей тот необыкновенный колорит, которого, по мнению фельдшера, хватило бы для того, чтобы сегодня же сменить модельный подиум на театральную сцену.

— Это… это… мёртвый? — ужас в глазах моментально дополнился еле слышным шёпотом, перешедшим затем в громкий истошный вопль. — Это мёртвый?!

Поражённый резким звуком в самое ухо, пьяный мужик на секунду очнулся и попытался сесть на каталке.

— Да лежи ты уж… — медсестра привычно, одной рукой уложила восставшего обратно на жёсткое ложе. — Нашёл время, когда ожить. Сейчас бы так с каталки навернулся, что и в морг бы не взяли.

Каталка заскрипела дальше.

— Ну вот, — фельдшер поддержал нервную девушку под локоток. — Я же говорил, что в этой больнице оживают все, кого сюда привозят.

Ошалело посмотрев на фельдшера, девушка быстро, почти бегом устремилась прочь от приёмного отделения.

Фельдшер, пожав плечами, достал папку с картой и в графе "Результат вызова" размашисто написал:

"В приёмном отделении, не вынеся душевных мук, пострадавшая от госпитализации отказалась и ушла в неизвестном направлении".