«Корявый» (8 фото)

Было время, когда любительский бокс в родном Отечестве пользовался сумасшедшей популярностью (точнее, просто бокс, ибо терминов «любитель» и «профессионал» в лексиконе советского спорта не существовало). Но даже на этом мегаконкурентном небосклоне звезда Валерия Попенченко светила ярче всех. Без всякого преувеличения: на пике карьеры Попенченко слыл самым настоящим национальным героем.

Валерий Попенченко. Родился 26 августа 1937 года в Москве.
Заслуженный мастер спорта СССР по боксу. Выступал во втором среднем весе (до 75 кг). Чемпион Олимпийских игр 1964 года в Токио, двукратный чемпион Европы (1963, 1965), шестикратный чемпион СССР (1960-1965). Единственный советский боксер, удостоенный Кубка Вэла Баркера (награда самому техничному боксеру Олимпийских игр).
Провел 213 боев, одержал 200 побед. Входит в топ-10 рейтинга величайших боксеров всех времен по версиям WBC и AIBA.
Закончил карьеру в 27 лет, приняв решение заняться научной работой. Кандидат технических наук, доцент, заведующий кафедрой физического воспитания МВТУ имени Баумана. Кавалер Ордена Трудового Красного Знамени.
Трагически погиб 15 февраля 1975 года. Похоронен в Москве на Введенском кладбище.

Причин тому сразу несколько — как спортивного свойства, так и бытового, чисто человеческого.
Начать с того, что боксерская техника Попенченко совершенно не вписывалась в классические каноны того времени. Он позволял себе в ринге такие вольности, что у очевидцев — а главное, у соперников — глаза на лоб лезли. Те, кто видел бои Роя Джонса-младшего в его лучшие годы, легко могут представить себе эту невероятную картину: опущенные вдоль тела руки (левая болтается как неродная, правая в вялом полузамахе), чуть отброшенная назад голова, отклоненный корпус. Удар — не концентрированный, точечный, а уличный такой, чуть ли не с плеча, почти вразмашку.
Прыг-прыг, дерг-дерг, хлобысь — глядишь, а соперник уже носом землю вытирает...
В конце 50-х, когда Попенченко только начинал свой взлет, эксперты большого советского ринга ругали его на чем свет стоит. Никто и гроша ломаного не поставил бы на то, что этот парень далеко пойдет. «Идиотская стойка» и «корявая техника» — такими характеристиками сопровождались все без исключения бои молодого боксера.
И лишь после того, как Попенченко сначала выиграл, а потом и уверенно защитил звание чемпиона страны, эксперты были вынуждены поменять точку зрения. Тем более что существовало вполне логичное объяснение особенностям именно такой манеры ведения боя.

Дело в том, что особую технику Валерию совершенно сознательно поставил его тренер Юрий Матулевич, тонко уловивший эксклюзивные способности своего ученика.
Валера рос без отца, который погиб на фронте, и был, что называется, трудным подростком. В районе Трубной площади, где проходило его детство, Попенченко считался среди сверстников самым дерзким и бесстрашным, а в суровое послевоенное время такие «титулы» очень дорого стоили. Чтобы направить сына в правильное русло, мама отдала его в Суворовское училище, которое базировалось в Ташкенте.
Там-то и приметил хулиганистого курсанта тренер боксерской секции Матулевич.
Ломать наработанные годами навыки уличной драки Юрий Бориславович счел нецелесообразным. Он их просто усовершенствовал, «причесал» немного, адаптировал к классике боксерского поединка. Когда на боевом счету 17-летнего Попенченко числилось уже более 20 побед в соревнованиях самого разного уровня, о нем, «корявом», узнали в Москве. И пригласили — в составе сборной Узбекистана, правда, — на молодежный чемпионат СССР в Грозный.

После уверенной победы скепсис пошел на спад, оценочная экспертная терминология стала смещаться в сторону «своеобразной манеры ведения боя». В 1960-м же, стоило Попенченко выиграть свой первый «взрослый» чемпионат Союза, его технико-тактическое оснащение было признано официально. К тому времени он, окончив Суворовское училище с золотой медалью, переехал в Ленинград, поступил в Высшее пограничное училище и перешел под контроль другого замечательного специалиста — Григория Кусикьянца.
Этот тандем получил в мире советского бокса прозвище «Драчун и Психопат», но стоит ли обращать внимание на изыски устного народного творчества, если титулы сыпятся один за другим? До 1965-го, когда Попенченко, выиграв свой второй чемпионат Европы, решил повесить перчатки на гвоздь, равных во втором среднем весе ему просто не было...

Главная победа Попенченко — конечно же, олимпийская. К 1964 году он был уже 4-кратным чемпионом Союза и чемпионом Европы, поэтому другой задачи, кроме медали высшей пробы, в Токио перед ним не ставили. Так оно и вышло: свое золото он взял внешне легко, не особо напрягаясь.
В первом бою снес с ног пакистанца Султана Махмуда, во втором победил по очкам (но единогласным решением судей — 5:0) Джо Дарки из Ганы, в полуфинале разобрался с поляком Тадеушем Валасеком, которому до этого дважды уступал на международных турнирах.
Ну и с немцем Эмилем Шульцем, которого Попенченко незадолго до Токио нокаутировал в матчевой встрече СССР — ФРГ, проблем не возникло. Финал продолжался очень недолго: в первой же атаке Шульц лег в нокдаун, поднялся, но был тут же безжалостно добит.

Попенченко ушел с ринга фактически непобежденным. Это было сознательное решение — оставить большой спорт сразу после триумфа на чемпионате Европы-1965, в самом расцвете сил, когда впереди, нет сомнений, было еще много славных побед. Валерия тормозили всем миром, ему льстили, его «покупали», ему угрожали, но, сделав выбор, он его не изменил.
Скорее всего, ринг стал ему тесен, причем чуть ли не в физическом смысле. Попенченко, как тогда говорили, был всесторонне развитой личностью. Он прекрасно знал английский, писал стихи, которые нравились, например, будущему классику Сергею Довлатову, стал автором книги «И вечный бой...», имел персональное приглашение от Николая Озерова поработать на телевидении, любил и глубоко понимал шахматы (однажды обыграл самого Анатолия Карпова, который давал сеанс одновременной игры в парке Сосновка)...
Приняв волевое решение, Попенченко погрузился в научную работу в ленинградском Высшем инженерно-техническом училище, где блестяще защитил кандидатскую диссертацию (тема — «Жизнеобеспечение космических кораблей и подводных лодок»), а потом перебрался в Москву. В 33 года Валерий Владимирович уже возглавлял кафедру физвоспитания МВТУ, руководил научно-технической лабораторией, которая занималась вопросами тренировки и восстановления спортсменов, а в 35 начал трудиться над докторской диссертацией.
Написать и защитить работу ему было не суждено.

15 февраля 1975 года Попенченко заехал по долгу службы на строительную площадку нового корпуса Бауманки: одной из его «нагрузочных» обязанностей был надзор за ходом работ. Официальная версия гласит, что, спускаясь во время обхода объекта по лестнице с низкими перилами, он неожиданно потерял равновесие и рухнул в пролет с высоты третьего этажа. Упал на стоящий внизу теннисный стол, смог подняться и даже сделал несколько шагов. Последних шагов в своей жизни...
Есть и альтернативные версии. Так, по мнению родственников и друзей Валерия Владимировича, олимпийскому чемпиону «помогли» упасть со смертельной высоты. Якобы у него был длящийся конфликт с прорабом, который допустил финансовые нарушения, и тот нанял для расправы уголовников. Ходили также слухи о том, что не обошлось без любовной интриги: Попенченко мог отомстить муж некой женщины, с которой его связывали близкие отношения. И даже о самоубийстве шли глухие разговоры, хотя видимых оснований для того, чтобы свести счеты с жизнью, у Попенченко не было.