Паровые танки (7 фото + 1 видео)

Готовясь к летним наступлениям 1916 года, русский генштаб тщательно отслеживал все новинки, применявшиеся на Западном фронте. Весть о новой, высокопроходимой бронемашине не осталась без внимания. Анализ информации показал, что английские танки действительно превосходят все доселе существовавшие сухопутные машины. Даже полугусеничный Остин-Кегресс, гордость российской армии, не мог тягаться с англичанином в преодолении траншей и воронок.

Офицеры генштаба проанализировали варианты применения подобных машин и пришли к выводу, что «лохани» способны обеспечить быстрый и сравнительно малокровный прорыв первой полосы обороны. По расчетам выходило, что даже несколько десятков машин, сосредоточенных на острие главного удара гарантировано обеспечат успех операции. По тем же расчетам выходило, что «лохани» для преодоления окопов нужны пулеметы с круговым обстрелом. После прорыва траншей, «лохани» неизбежно столкнутся с полковой и дивизионной артиллерией. Для борьбы с ней машинам понадобятся орудия, калибром не менее трех дюймов, с высокой скорострельностью и хорошей баллистикой. Бронирование лобовых проекций должно выдерживать с расстояния в полверсты поставленную «на удар» немецкую 77-мм гранату, а бортовые проекции – разрыв 105-мм гранаты на расстоянии трех саженей. Обратили внимание на обеспечение вентиляции боевого отделения и отдельно отметили необходимость применения перископических приборов для наблюдения и прицелов, из-за частого поражения экипажей бронеавтомобилей через смотровые щели.

Результатом исследований, стала разработка ТТХ и заказ на строительство 50 экземпляров «русских лоханей». Для проектирования и строительства была организованна рабочая группа из специалистов Ижорского, Путиловского и Коломенского паровозного заводов. Все специалисты имели большой опыт создания бронеавтомобилей и бронепоездов. За основу было решено взять британский MkI. И тут главной проблемой стал двигатель, точнее его полное отсутствие. В Российской Империи не производили бензиновых моторов требуемых характеристик. Второй, но не менее сложной проблемой стала коробка передач и механизм поворота. И эти агрегаты изготовить в России не было никакой возможности. Конечно, оставалась надежда ввезти сотню моторов и КПП из той же Англии через порт Романов (будущий Мурманск), но было очевидно, что повлечет за собой это такой ворох проблем, что уложиться в сколь приемлемые сроки было нереально. Уже хотели закрыть проект, но кто-то из коломенцев вспомнил о увиденном в начале века на выставке в Париже, геликоптере с паровым двигателем, весьма высоких характеристик.

Воодушевленные путиловцы, взяв за основу проект паровой машины разъездного катера, с помощью инженеров коломенского завода радикально его модернизировали для использования в «лохани». В результате получилась компактная высокооборотная паровая машина двойного расширения с алюминиевым блоком цилиндров, мощностью в 60 л.с. Водотрубный паровой котел с керосиновой форсункой и принудительным дутьем был спроектирован на основе котла Серполле и получился вполне достойным. Ещё бы, ведь в нем было почти километр медных трубок. Зато разогрев котла составлял всего 15 минут, после чего котел выдавал высокотемпературный 250-градусный пар с 12-атмосферным давлением. Было решено установить две ПМ и один котел. Такая схема позволяла избавиться от коробки скоростей, механизма поворота, и придавала танку способность разворачиваться на месте, пустив одну гусеницу вперед, а другую – назад. Котел разместили в кормовой части машины, а паровую машину – в гусеничных обводах, непосредственно возле ведущих колес. Инженерам пришлось немало повозиться с конденсаторами пара. В итоге их разместили в гусеничных обводах слева и справа от котла. Для повышения эффективности, их снабдили центробежными воздуходувками с приводом от паровых турбинок, работающих на мятом паре. Однако этого было недостаточно, и при работе котла более чем на 60% мощности, пар конденсироваться не успевал. Решили проблему лобовым путем, разместив в передней части два бака для питательной воды, общим объемом около 500 литров.

С размещением оружия было много споров, но победили ижорцы, поэтому пулеметы установили не в спонсонах, а в башнях, из-за чего количество пулеметов получилось минимальным. Обошлись двумя Максимами в казематных бронировках, и ещё двумя вспомогательных Льюисами для перекрытия мертвых зон. С пушкой мучились долго. Установку пушек в бортовых спонсонах путиловцы забраковали сразу, как малоэффективную, да и опыт применения бронеавтомобилей уже научил, что поворачиваться к противнику боком не стоит. Но сделать башню никто так и не решился, сказалось отсутствие опыта и станочного парка. В итоге пушку решили поставить в носовом спонсоне. Определив место, никак не могли определиться с самим орудием. Классическая трехдюймовка не подходила из-за большой длины ствола, длинного отката и поршневого замка, снижавшего скорострельность. Горная пушка не устраивала низкой баллистикой, а как помним, генштаб предсказывал артиллерийские дуэли между танками и батареями германских 7,5см пушек. Остановились на укороченной зенитной пушке Лендера с полуавтоматическим клиновым затвором, объединявшей хорошую баллистику с высокой скорострельностью. Укоротить пушку пришлось для того, чтобы при преодолении танком рвов ствол её не утыкался в землю.
При проектировании ходовой части, сразу было решено, что жесткое крепление опорных катков неприемлемо. Однако же и упругую подвеску делать не решились. Сошлись на блокированных тележках, объединенных балансирами, подобно ходовой части тяжелых портальных кранов. С учетом проектной максимальной скорости по шоссе, равной восьми верстам в час, такой ходовой было достаточно, чтобы обеспечить экипажу вполне сносные условия, существенно лучшие, чем у английских Mk.

Внешне танки сильно напоминали английские Mk I-IV – те же ромбические гусеничные обводы, побортное расположение пулеметов, низкая скорость. Боевой вес удалось удержать на уровне 22-23 тонн. Корпус выполнен из броневой стали толщиной 8,46–12,7мм, (треть и полдюйма) с дополнительными накладками на лобовых деталях. В передней части место водителя, в лобовой броне лючок для вождения на марше. В боевой обстановке у водителя имелось два перископа с посеребренными зеркалами. По обеим сторонам от него находятся водяные баки. За водителем находится «боевой штырь» пушки, с которого начинается боевое отделение. В просторном боевом отделении в два яруса размещено вооружение. Нижний ярус образуют два пулемета максим в полуутопленных в корпус башнях с сектором обстрела в 180 градусов. В рубке над боевым отделением расположена трехдюймовая укороченная пушка системы Лендера. Слева от орудия наводчик с перископическим прицелом. Справа от орудия место командира танка. Место оснащено командирской башенкой с четырьмя перископами и вентиляционным куполом. В распоряжении командира пулемет Льюис в спонсоне. За орудием располагается заряжающий. Кроме основных обязанностей, заряжающий контролирует кормовой сектор с помощью пулемета Льюиса в спонсоне. В левом борту боевого отделения, за пулеметной башней расположена броневая дверь для входа/выхода экипажа. За боевым отделением расположен паровой котел и место механика. Над местом механика расположен вентиляционный купол с тремя смотровыми щелями. С его помощью механик может вести наблюдение за кормовыми секторами и в случае необходимости брать на себя управление при движении задним ходом. Справа и слева от котла в гусеничных обводах находятся конденсаторы пара. В кормовой части корпуса был размещен топливный бак, вмещавший 110 пудов сырой нефти. В гусеничных обводах перед ведущим колесами горизонтально расположены две паровых машины двойного расширения. Над машинами размещены маслобаки на 8 пудов касторового масла каждый.

На первых же испытаниях выяснялось, что «русские лохани» просты в управлении, весьма маневренны, имеют высокую тактическую скорость, а на скорости до пяти вёрст в час издают шума не больше чем обычный автомобиль, что позволяло экипажу сносно переговариваться во время боя. Запаса топлива и воды хватало на 30 вёрст. Продуманное размещение узлов и агрегатов, просторное боевое отделение, наличие подвески обеспечивало экипажу весьма комфортные, по сравнению с английскими Мк-ми, условия. Удачное размещение вооружения отличалось малыми мертвыми зонами и позволяло, сравнительно немногочисленному экипажу из семи человек создать высокую плотность огня во всех направлениях.

Однако танк так и остался экспериментальным - из-за грянувших революция России было уже не до паровых танков. Однако русскую идею подхватили американцы: проект танка был разработан офицером из Инженерного корпуса США (United States Army Corps of Engineers, USACE), после чего разработка была инициирована генералом Джоном А. Джонсоном при поддержке компании Endicott-Johnson Shoe Company и финансировании бостонского банка Phelan and Ratchesky. на танке вместо двигателей внутреннего сгорания были использованы два паровых двигателя с керосиновым нагревом котла, суммарной мощностью в 500 л. с. Помимо этого, танк был дополнительно оснащён керосиновым двигателем мощностью в 35 л. с., необходимым для эффективной работы огнемёта. В 1918 году танк был отправлен во Францию для боевых испытаний, однако Первая мировая война завершилась до того, как танк успел бы принять участие в боевых действиях, но до окончания войны повоевать так и не успел.

Одним из творений американских конструкторов, искавших пути создания боевых машин штурмового типа, стал трехколесный паровой(!) танк. Сейчас он более известен под названием Steam Wheeled Tank, но также используются другие обозначения, Holt Steam Tank. Идея создания колесной бронемашины, способной преодолевать широкие траншеи и выдерживать попадания снарядов полевой артиллерии, впервые была озвучена ещё в 1914 году и спустя полгода британцы были недалеки от реализации своего проекта. Правда, тогда верх взяли бронемашины на гусеничном шасси.

Следующими стали американцы из фирмы Holt, разработавшие в конце 1916 года свой проект колесного танка. Работы проводились при непосредственном участии Army Corps of Engineers и при содействии Stanley Steamer. Танк получил массивный корпус, в носовой части которого решили разместить два 2-цилиндровых паровых двигателя системы Double мощностью по 75 л.с. Каждый из двигателей имел индивидуальный привод на одно колесо диаметром 2,4 метра, целиком выполненными из стали, и устанавливался вертикально. Поскольку оба колеса были неуправляемыми для поворота танка было предусмотрено третье колесо “барабанного” типа, крепившееся на поворотном кронштейне в кормовой части корпуса. Выбор паровой силовой установки отчасти объяснялся тем, что двигатели Double хорошо зарекомендовали себя на машинах типа Doble Steam Cars, выпускавшихся в период войны фирмой General Electirc.

Бронирование для своего времени было достаточно мощным. Лобовые и бортовые листы корпуса имели толщину 0,63 дюйма (16 мм), верхние и комовые – по 0,23 дюйма (5,8 мм). Полная масса составила 17 тонн. Двигатель два Double, паровые, мощностью 75 л.с. каждый.

Вооружение танка включало 2,95” (75-мм) горную гаубицу, установленную в лобовом листе надстройки корпуса, и двух 7,62-мм пулеметов Browning в шаровых установках по бортам. Обслуживал машину экипаж из 6 человек: водитель, командир, два пулеметчика и два артиллериста.

Постройка первого опытного образца задержалась и была завершена только зимой 1918 года. Танк отправили на полигон в Абердине, где военные приступили к испытаниям танка, которые… закончились едва успев начаться. Американскую машину постигла та же участь, что и колесный танк Лебеденко – едва сдвинувшись с места Steam Wheeled Tank проехал около 50 футов (15 метров) и прочно увяз в грунте. Было очевидно, что мощности паровых двигателей явно не хватает для того, чтобы танк выбрался из этой “западни”. Присутствовавшие при этом представители от армии были сильно расстроены этим фактом и отказались от дальнейших работ по Steam Wheeled Tank. На этом печальном эпизоде его испытания и история развития полностью завершились.