Как британская королева выбрала советского моряка (18 фото)

Многие москвичи помнят станцию «Площадь Революции» Арбатско-Покровской линии метро. Впечатляет оформление станции: гранит, мрамор, оникс, бронзовые скульптуры... Одна из скульптур изображает матроса-сигнальщика с линкора «Марат» – в 1930-е годы скульптор Манизер ваял его с настоящего краснофлотца (курсанта Военно-морского училища) Олимпия Рудакова.

Олимпий родился 30 марта 1913 года в Казани в семье студента ветеринарного института и дочери священника. По комсомольской путевке направлен на учебу в Высшее военно-морское училище им. М. В. Фрунзе, которое окончил осенью 1937 года.

И в том же 37-м году, будучи корабельным курсантом, участвовал в составе экипажа линкора Балтийского флота «Марат» в походе в Англию и международном военно-морском параде 20 мая 1937 года на Спитхэдском рейде Портсмута по случаю коронации короля Великобритании Георга VI, отца будущей королевы Елизаветы.

Дальнейшая судьба юного моряка достойна остросюжетного фантастического детектива.

На переднем плане - эсминец "Урицкий"(до 31 декабря 1922 - "Забияка ") на котором служил наш герой командиром БЧ-2

Военная служба Рудакова началась в 1937 году на Северном флоте, на эсминцах «Урицкий» и «Куйбышев». Начало Великой Отечественной он встретил помощником командира эсминца «Сокрушительный».

Эсминец проекта 7 «Сокрушительный», 1942 год

Эскадренный миноносец “Сокрушительный” отражает воздушный налет противника

В ноябре 1942 года «Сокрушительный» во время сильного шторма в Баренцевом море потерпел аварию — ударами волн оторвало кормовую часть корпуса, которая вскоре затонула (волнение — 9 баллов, ветер — до 11 баллов). Спасателями с него была снята большая часть экипажа. Однако командир эсминца — капитан 3-го ранга М. А. Курилех, военком — старший политрук Г. И. Калмыков и помощник командира — капитан-лейтенант О. И. Рудаков покинули «Сокрушительный» не последними, чем вызвали возмущение как экипажа, так и руководства флотом. В военное время правых и виноватых находят быстро.

По приговору военного трибунала Северного флота командир Курилех и командир БЧ-2 Исаенко за проявленные во время гибели корабля нарушение воинской дисциплины, трусость и малодушие были расстреляны; политрук Калмыков был осуждён на 10 лет; командир БЧ-4 Анисимов, командир БЧ-1 Григорьев и командир БЧ-5 Сухарев были направлены в штрафной батальон на фронт. Благодаря вмешательству вице-адмирала А. Г. Головко смертный приговор О. И. Рудакову был заменён лишением воинского звания капитан-лейтенанта и 10-летним заключением в исправительно-трудовых лагерях, с отсрочкой его исполнения до окончания военных действий и направлением на фронт. Решением Президиума Верховного Совета СССР в марте 1943 года эта мера наказания была заменена пребыванием его на фронте в штрафных частях.

Само собой, после лишения звания его направили в штрафную роты (офицеры шли в штрафбаты).

Штрафбат защищал полуостров Рыбачий до июля 1943 года как рядовой миномётного взвода отдельной штрафной роты 50-й армии Карельского фронта. После получения лёгких осколочных ранений решением военного трибунала армии судимость с него была снята, но он оставаля рядовым. Затем Рудаков — помощник командира миномётного взвода. После восстановления в звании - командир огневого взвода истребительной противотанковой батареи 45-мм орудий (реальные смертники) 420-го стрелкового полка 122-й дивизии 19-й армии того же фронта. В феврале 1944 года О. И. Рудаков был отозван на Северный флот и до сентября того же года был помощником командира эсминца «Громкий».

Эсминец «Громкий», 1945 г.

затем до мая 1949 года служил на кораблях зарубежной постройки, принятых в 1944 году от союзников в счет репараций с Италии и включенных в состав СФ. До июля 1945 года — командиром эсминца «Доблестный» (бывший «Roxborough» британского флота), потом — до декабря 1947 года — старшим помощником командира линкора «Архангельск» (бывший «Royal Sovereign» британского флота), затем — командиром крейсера «Мурманск» (бывший «Milwaukee» ВМС США).

Крейсер USS Milwaukee (CL-5)

Весной 1949 года Рудаков совершил на нем трансокеанский переход и передал этот корабль командованию американского флота.

Cправа налево: О.И. Рудаков - командир крейсера "Мурманск", А.Л. Лифшиц - командир эсминца "Урицкий", А.М. Румянцев - командир эскадры СФ, О.М. Мачинский - командир эсминца "Дерзкий", Н.В. Кошкарев - командир 1 дивизии эсминцев, Л.Д. Чулков - старпом линкора "Архангельск".

Легкий крейсер "Керчь" (до 2 марта 1949 года - итальянский легкий крейсер "Эмануэле Филиберто Дука д'Аоста"["Emanuele Filiberto Duca d'Aosta"]) (после 11 марта 1958 года - опытовое судно "ОС-32")

Перед назначением на крейсер «Свердлов», в мае 1949 — августе 1951 года, он был командиром крейсера «Керчь» Черноморского флота (бывший «Emanuele Filiberto duca d’Aosta» итальянского флота).

По давней традиции, среди коронационных торжеств по случаю восшествия британского монарха на престол, в Портсмуте проходил военно-морской парад. В июне 1953 года более 200 кораблей из разных стран мира прибыли в Великобританию, приветствуя коронацию Елизаветы Второй. Советский Союз был представлен новейшим крейсером «Свердлов».

Командиром крейсера «Свердлов» был капитан 1 ранга Олимпий Рудаков. Высокий, статный, красивый мужчина, знающий английский язык и ранее бывавший в Великобритании и США. По пути в Портсмут «Свердлов» попал в жесточайший шторм, задержался и опоздал к планируемому времени начала якорной стоянки в гавани. Советский крейсер не стал дожидаться лоцмана – командир решил встать на якорь сам, несмотря на сложные условия швартовки и огромное количество кораблей вокруг. Рудаков сделал это виртуозно! Многочисленные зеваки, раскрыв рот, смотрели на филигранно точную и быструю швартовку громадины крейсера в узости Спитхейдского рейда – внешней гавани Портсмута.

Адмирал Хатчинсон, который был очевидцем швартовки, говорил: «Что он себе позволяет, этот русский капитан! Он сошёл с ума! У причалов пришвартованы более 300 кораблей, порт такой тесный, даже более опытные капитаны не могут самостоятельно причалить, здесь нет места для маневрирования, течение сильное, перепады глубин, и без лоцмана!!!». Встречающие на пирсах и кораблях замерли, никто не кричал, стояла жуткая тревожная тишина.
Совершив сложнейший маневр,стальная громадина замерла точно в отведенном для нее месте. В порту началась настоящая феерия. Сдержанные и невозмутимые англичане, как дети, прыгали от радости, кричали и кидали в воду цветы, разноцветные ленты, шляпки.
Поразительно ещё и то, что места швартовки обычно обозначены буем с надписью имени корабля. Метки «Свердлов» не было! Уже позже удалось выяснилось, буй с надписью просто затянуло течением под воду. Но крейсер точно встал на отведенное ему место! И если на швартовку подобного корабля обычно отводится час и двадцать минут, то Рудаков затратил на всё лишь 12 минут.
Советский капитан стал героем! Фотографии Олимпия Рудакова обошли первые страницы всех британских газет!
«Daily Telegraph» считала Рудакова национальным героем. Наверняка на советский крейсер обратила внимание и будущая королева.

На следующее утро – морской парад. Королева обходила строй кораблей на яхте HMS Surprise (K346) («Сюрпрайз»). Гостевое судно было обязано отсалютовать королевской яхте одним залпом. Но с русского крейсера раздается три залпа и громовое ура шеренги моряков.

Затем все командиры кораблей прибыли на линкор HMS Vanguard (23) («Авангард»), где Елизавета II устроила награждение юбилейными медалями. На корме линкора командиры выстроились в порядке старшинства воинских званий.

Первыми стояли американский и французский адмиралы, а за ними – капитан 1-го ранга Рудаков и остальные. Нарушая этикет, королева первым делом подошла к Олимпию Ивановичу, поздравила его, вручила медаль и только затем повернулась к американскому и французскому адмиралам.
Черчилль был в шоке...

Двадцать офицеров «Свердлова» во главе с командиром получили приглашение на Коронационный бал в Королевские морские казармы.

Одно из приглашений Королевы для советского офицера...

В самом начале торжества Рудаков преподнес Елизавете II подарок Советского правительства – горностаевую мантию. Окружающие заметили, что русский офицер и английская королева так непозволительно долго смотрели друг на друга, что даже устроители церемонии смутились.

После чего один из придворных прошептал Олимпию на ухо, что его приглашает на тур вальса королева. Затем она подвела советского моряка к своей сестре. Принцесса Маргарет тоже закружилась с Рудаковым в вальсе.

Английская принцесса Маргарет...

Флот во время коронации Елизаветы II в июне 1953 года

Командир корабля О. И. Рудаков крайний справа

Первым танцем бала, согласно церемониала, должен быть тур вальса королевы с русским офицером. И снова королева нарушила этикет - во время танца, ее величество весьма оживленно болтала с Олимпием. Потом Рудаков закружил принцессу Маргарет в вальсе.

Следом, опять нарушая все мыслимые традиции, королева предлагает аудиенцию, но не «высоким» представителям России (их было двое), а вновь капитану, и они исчезают в ее кабинете. Это произвело такой ошеломляющий эффект, что даже невозмутимый премьер-министр Англии Уинстон Черчилль разводит руками и удаляется с приема.

Еще бы - 6-й год Холодной войны, инициатором которой былл как раз Черчилль, а тут такой дипломатический афронт новой королевы. Прямо на коронации!!!

Вскоре, после того как Рудаков вернулся на крейсер, к пирсу подвалил фургон, набитый розами. Из записки на визитной карточке следовало, что они предназначены капитану от принцессы Маргарет...

Олимпий Иванович не привык к таким знакам внимания, да еще и страдал аллергией на цветочный запах. Поэтому приказал живо растащить все розы по кубрикам. Едва его распоряжение выполнили, к борту причалил катер с принцессой Маргарет.

Видя, что ни в каюте командира крейсера, ни в кают-компании цветов нет, она выразила дворецкому неудовольствие: как это так, ее распоряжение не выполнено?!

– Ну что вы, Ваше Высочество, розы прекрасны! Спасибо! – подал голос Рудаков. – Но весь экипаж был так очарован Вашим Высочеством, что пришлось их раздать морякам.

– Ах, так? – благосклонно приняла объяснение принцесса. – Завтра вам доставят новые цветы!

В очередной раз, навестив крейсер, она, абсолютно не смущаясь присутствия офицеров, заявила Рудакову, что русский офицер ей очень нравится и она не прочь провести с ним время..

****
– Извините, Ваше Высочество, но тут до некоторой степени военный корабль. Уставы не разрешают его надолго покидать!

– Не принимаю никаких возражений! – надула губы принцесса. – И в моей сумочке уже лежит письменное разрешение королевы на десятидневное путешествие в вашем обществе по замкам Англии.

Офицер тут же позвонил в посольство:

– Как быть?

После связи с Москвой ему дали два дня…

Олимпию Рудакову исполнилось 39 лет.

В 1954 году был выпущен знак «За поход в Англию», которым были награждены все члены экипажа крейсера.
Рудакову в августе 1953 года было присвоено очередное воинское звание контр-адмирала и он был назначен начальником штаба эскадры кораблей 4-го ВМФ. В этой должности в 1953—1955 годах он вновь ходил в Англию на кораблях эскадры.

История умалчивает, встречался ли он снова с принцессой, но...

Затем его направили на учёбу слушателем военно-морского факультета Высшей военной академии им. К. Е. Ворошилова, которую Рудаков окончил с отличием в 1957 году.

С ноября 1957 по март 1958 года Рудаков находился в распоряжении Главного разведывательного управления Генштаба Министерства обороны, после чего был направлен на научно-педагогическую работу в Военно-морскую академию. Там он служил до сентября 1959 года в должности заместителя начальника кафедры организации оперативной и боевой подготовки ВМФ, потом был начальником этой кафедры, затем — до октября 1973 года — кафедры управления силами ВМФ. Получил учёное звание доцента (1962), стал кандидатом военно-морских наук (1969).