75 лет подвигу гвардейцев-лыжников в Лескино (9 фото)
Метки: #Великая Отечественная война #археология #гвардия #гжатск #лескино #лыжники #поисковики #поисковое движение россии
В ночь на 24 февраля 1943 года отдельный лыжный батальон 29-й гвардейской стрелковой дивизии вошел в прорыв на линии фронта, чтобы занять плацдарм для освобождения города Гжатска... Их было более 200, молодых и сильных парней, которым еще жить и жить. Фактически, это был их первый настоящий бой. Они там погибли почти все, выжили и добрались до своих буквально полтора десятка раненых лыжников. И до 2016 года у погибших не было могильных плит...
Бой в Лескино
Из воспоминаний С.Н. Лапунина: «Гитлеровцы не ожидали нас, они были захвачены врасплох. Выбежали в нижнем белье, босые. Но мы уничтожали их беспощадно. Стоявшие рядом немецкие машины с продовольствием и боеприпасами были уничтожены. В восточной окраине деревни была обнаружена землянка,в которой были фрицы. Мы подошли с командиром 3-й роты к землянке и бросили в трубу гранату. Спустя некоторое время зашли в землянку, а там сидит ошеломленный громадный рыжий немец. Мы его вытащили, провели по направлению к мосту и здесь расстреляли.
В нашем батальоне был один солдат – Кузнецов. Это был человек-богатырь высокого роста, обувь носил 45-го размера. Нам трудно было обеспечить его обувью, а в этот момент нашлась ему обувь. Позвали Кузнецова. «Ну, браток, как думаешь, подойдут тебе эти сапоги?» «Вот эти сапоги мне подойдут» — улыбнулся Кузнецов. «Ну тогда снимай, пока фриц еще не застыл». Кузнецов быстро разделался с немцем. Снял с себя старые валенки, обул сапоги и говорил: «Ну теперь будем продолжать бить гитлеровцев».
Русское противотанковое ружье на лыжах
Командиры рот ушли, вошел Тимофеев и доложил: «В деревне, что в двух километрах от Лескино немцы стягивают силы. Из пулеметов ведут огонь по Лескино.» Костарев вышел из блиндажа лично проверить оборону. В этот самый момент немцы начали артналет на деревню.
В это время в блиндаж пришли некоторые жители деревни – 4 женщины и старик лет 60. Они и рассказали, что в блиндаже был штаб батальона. Оставшиеся жители разместились в одном доме. Соколов рассказал им о победе под Сталинградом.Тимофеев сказал старику: «Иди, папаша, спрячься, бой идет, может убить.» Старик вышел из блиндажа и увидел свой дом объятый пламенем. Он сразу же бросился к дому, видимо с намерением что-то вынести из него. Подбежав к дому старик увидел как от дома бойцы растаскивают свои лыжи, спасая их от огня. Он не бросился в дом спасать свое имущество, а начал помогать солдатам переносить лыжи. Бойцы сказали старику: «Папаша, бросайте их, спасайтесь, вас могут убить». Старик ответил: «Лыжи для вас важнее, дороже чем моя жизнь. На лыжах вы принесли нам освобождение». Оставалось совсем немного лыж, когда пуля ранила старика в ногу, он упорно продолжал делать свою работу. Он полз уже за последней парой, когда пуля сразила его.
Позиция русского пулемета после обстрела Лескино
Также как и в первую атаку, немцев подпустили ближе. Первой машине дали возможность подойти к мостику. Красноармеец Дудников заволновался и первым выстрелил из противотанкового ружья, но не попал. Лишь вторым выстрелом удалось подбить вражескую машину.
Очередная атака немцев была отбита, враг ничего не добился. Человек сорок немцев осталось за снежным валом. По ним открыл огонь из станкового пулемета командир взвода гвардии лейтенант Лушов. Немцы дали ответный огонь. Об этой дуэли доложили гвардии майору Соколову.
Около 16.00 из деревни Пальки через Воробьево прошла автомашина, которая привезла взвод немецких солдат. Этот взвод перерезал дорогу Воробьево-Лескино тем самым, отрезав путь батальона к отступлению.
В 17.00 противник при поддержке танков ринулся в решительную атаку. Соколов вызвал огонь на себя. Артиллерия дивизии била непрерывно. Соколов посоветовался с Сафоновым и Тимофеевым не начать ли отход немедленно. При принятии положительного решения неизбежно пришлось бы оставить часть раненых врагу. Лыжники решили драться до последнего.
Соколову в землянку поступают тревожные сведения, что боеприпасы на исходе. Тем, кто охранял землянку, Соколов лично выдавал по 2-3 патрона. Пришел к нему и лейтенант Бандорин: «Товарищ майор, ползет в моем секторе какой-то нахальный немец, дайте патрон». Тяжело раненые первым делом передавали товарищам оставшиеся патроны. Те, кто мог сражаться – сражались. У красноармейца Абросимова оторвало кисть правой руки, он взял оружие в левую и стал стрелять. Прямым попаданием в землянку КП батальона был контужен Бандорин. Он минут 30 был как умалишенный, ничего не соображал. Потом, придя в чувство, он стал проситься наверх. Ему разрешили. Он взял винтовку, патроны и ушел из блиндажа. Совсем близко подполз к немцам и начал их расстреливать. Поступило сообщение – Бандоринубит. Часа через два Бандорин вернулся невредимым. Дело было так. Немцы стали охотиться за Бандориным. Вызвали минометный огонь. Бандорин схитрил и упал – его оставили. Так он и возвратился в землянку. Погиб лейтенант Бандорин при следующей контратаке…
Кольцо окружения сжималось, Соколов решил уйти за холм на окраине деревни, в 15 метрах от укрытия, чтобы осмотреться. Сафонов шел с ним, он немного задержался, отдавая распоряжения радисту. Только он вышел из блиндажа, как ему сообщили, что Соколов убит.
«И тогда мы собрали все свои силы и бросились в контратаку, в рукопашную схватку с криками «Ура!» Забрасывали гитлеровцев гранатами. Командир батальона Костарев и его заместитель корректировали огонь артиллерии. Замполит Соколов и командир взвода разведки выбежали из командного пункта и стали бросать гранаты. В это время рядом с землянкой разорвался снаряд, они оба были ранены. После этого мне стало известно что капитан Костарев ранен. Ординарцы увезли его, а куда не известно…» — вспоминал С.Н. Лапунин
Начинало темнеть. Оставшиеся в живых лыжники бросились в контратаку на врага. Они забрасывали гитлеровцев гранатами, а когда патроны были на исходе, шли врукопашную. Нескольким санитарам удалось во время боя вывезти на санях раненых солдат и офицеров. Их собрали в блиндаже за деревней, надеясь потом эвакуировать. Санитары работали самоотверженно, прикладывая нечеловеческие усилия, с боем прорывались к роще, волоча за собой сани с ранеными.
Около 18:00 командир 11-й роты 461-го пехотного полка 35 пехотной дивизии докладывает, что после ожесточенных рукопашных схваток населенный пункт взят. Ротой взято в плен 11 красноармейцев, большей частью раненных.
Обещанной помощи так и не было. «Заря» увязла в бою в районе Воробьево и не смогла подойти на помощь лыжбату. Связь с лыжниками прервалась в 18 часов 45 минут…
УПОР – Держитесь. Даем огня.
НАПОР – Последние минуты нашей жизни. Что делать?
УПОР – Уничтожайте документы, в последнюю очередь радиостанцию.
НАПОР – Понятно. Осталось нас трое. Кончаем жизнь самоубийством.
УПОР – 44. Вы что с ума сошли. Кончают жизнь самоубийством только трусы, а вы герои, деритесь до последнего, зубам грызите. Мы вас не забудем.
НАПОР – Понятно, понятно.
УПОР – Сообщите фамилии трех оставшихся.
/Связь прервана, 18 часов 45 минут/
За два выходных дня была произведена археологическая зачистка останков. Установлено, что захоронение размером 230 на 230 см, глубиной до 120 см, расположенное в 20 метрах от существующего памятника содержит останки бойцов Красной армии. Центральная часть захоронения содержит хаотично перемешанные останки, края захоронения содержат целые и частично целые скелеты. Представляется вероятным, что захоронение было известно местным жителям и было частично перенесено в рамках кампании по укрупнению воинских захоронений, проводившейся в 40-60х годах.
С останками обнаружены: советские патроны 7,62, советские пистолетные патроны, винтовка Мосина, гранаты Ф-1 (2 шт.), немецкая мина 80мм, знак Гвардия, ложка стальная, валенки, немецкая ложка-вилка, немецкий котелок.
После подсчета останков по сохранившимся ключицам установлено количество захороненных – 18 человек.
Санинструктор 2-ой стрелковой роты отдельного гвардейского лыжного батальона 29 г.с.д. НЕВЗОРОВ АЛЕКСЕЙ ИВАНОВИЧ
Воспоминания санинструктора 2-й стрелковой роты отдельного гвардейского лыжного батальона 29 ГвСД А.И. Невзорова записаны в 1968 году и хранились в Гагаринском краеведческом музее, куда видимо, были присланы самим ветераном.
Спасибо за пост!