Как Паулюса Рокоссовский с Вороновым напрасно сигарами и чаем угощали (2 фото)

В конце января 1943 года советские войска, добивавшие окруженную в Сталинграде 6-ю армию Паулюса, сумели расчленить ее на 2 группировки – северную и южную. Южную группировку добили 31 января.

Константин Рокоссовский, командовавший войсками наступавшего Донского фронта, так впоследствии вспоминал о произошедшем: «Перегруппировав соответственно сложившейся обстановке силы, наши войска ударили по южной группе с юго-запада и северо-запада, нанесли врагу тяжелое поражение и 31 января заставили его сложить оружие. Вместе с этой группой вражеских войск был пленен со своим штабом и фельдмаршал Паулюс, который в тот же день вечером был доставлен к нам в штаб фронта.

В помещении, куда должны были привести Паулюса, находились мы с Вороновым (Николай Воронов, в тот момент начальник артиллерии РККА – авт.) и переводчик. Комната освещалась электрическим светом, мы сидели за небольшим столом и, нужно сказать, с интересом ожидали этой встречи. Наконец открылась дверь, вошедший дежурный офицер доложил нам о прибытии военнопленного фельдмаршала и тут же, посторонившись, пропустил его в комнату.

Мы увидели высокого, худощавого и довольно стройного генерала, остановившегося навытяжку перед нами. Мы пригласили его присесть к столу. На столе у нас были сигары и папиросы. Я предложил их фельдмаршалу, закурил и сам (Николай Николаевич не курил). Предложили Паулюсу выпить стакан горячего чая. Он охотно согласился.

Наша беседа не носила характера допроса. Это был разговор на текущие темы, главным образом о положении военнопленных солдат и офицеров. В самом начале фельдмаршал высказал надежду, что мы не заставим его отвечать на вопросы, которые вели бы к нарушению им присяги. Мы обещали таких вопросов не касаться. К концу беседы предложили Паулюсу дать распоряжение подчиненным ему войскам, находившимся в северной группе, о прекращении бесцельного сопротивления. Он уклонился от этого, сославшись на то, что он, как военнопленный, не имеет права давать такое распоряжение. На этом закончилась наша первая встреча. Фельдмаршала увели в отведенное для него помещение, где были созданы приличные условия».

При всем уважении к Рокоссовскому и Воронову можно предположить, что отпаивая Паулюса чаем и дав ему покурить, обеспечив его помещением с приличными условиями, они допустили серьезную «стратегическую» ошибку. Ему следовало обеспечить именно те условия, в которых находились его подчиненные из продолжающей сопротивление северной группы.

А они в тот момент помимо потерь от действий советских войск в самом прямом смысле вымирали от голода и холода. Но Паулюс, сам сдавшись в плен, так и не отдал приказ прекратить сопротивление северной группе окруженных немцев. Ее агония продолжалась до 2 февраля.

Рокоссовский сам писал об этом: «Северная группа не сложила оружия. Готовим по ней новый удар… Утром 1 февраля огненная буря обрушилась на позиции врага. Нам с наблюдательного пункта было видно, как весь передний край его обороны потонул в разрывах снарядов и мин. По артиллерийским позициям в глубине обороны бомбовые удары наносила авиация. Канонада грохотала долго. Наконец она стихла. И тотчас во многих местах над еще дымившейся черной землей затрепетали белые флаги. Появлялись они стихийно, помимо воли немецкого командования, и потому получалось, что на одном участке немцы сдавались, бросая оружие, а на другом еще продолжали драться. В отдельных местах бой шел еще сутки. Только утром 2 февраля остатки окруженной северной группы стали сдаваться в массовом порядке, и опять это происходило помимо воли фашистского командования. Окруженная группировка противника прекратила свое существование. Великая битва на Волге закончилась».

Адъютант Паулюса полковник Адам таким увидел «последний парад» сдавшихся немецких солдат: «По дороге большими и маленькими группами в сопровождении красноармейцев тащились в плен остатки 6-й армии. Многие солдаты, обессиленные и истощенные, поддерживали друг друга. Часто двое обессилевших от голода тащили раненого. Вероятно, эти отмеченные печатью смерти, позорно обманутые солдаты посылали немало проклятий вслед командующему 6-й армией и сопровождающим его лицам, которые проследовали в автомашинах». Немецких солдат можно понять. Им было за что проклинать командующего…
.
Максим Купинов