Гулять-слоняться. #01 (7 фото)

В каждой затее - экспедиции, путешествии, да и просто съемках - всегда есть Главный смысл. Причем, он совсем не тот, который был официальной задачей. В процессе выполнения основной миссии происходит маленькое незаметное событие - именно оно придает всему остальному тот самый Главный смысл.

Приехав в Вильнюс, обнаружил - оставил в Москве блок питания к ноутбуку. Друзья меня навели на каке-то склады, где можно было купить подходящий.
Я шел по проулку между корпусами и увидел вот этих двух подростков.
Может они сбежали с уроков, может просто забрели - не знаю.
Я даже не уверен, что это та самая первая любовь-любовь - скорее это было то самое "мальчик с девочкой дружил, мальчик дружбой дорожил" - по виду, они просто трепались о том-сем, по виду им лет по 12-13.

Учитывая камерность происходящего, я, все-таки, попросил разрешения их сфотографировать, они без проблем согласились и даже дали свой емайл, чтобы я выслал фото - они не просили, но я настоял.

У омского художника Дамира Муратова была картина "Огненные дуги любви" - примерно так же сидящие мужчина и женщина вытянув ноги, соединялись ступнями, как угольные эклектроды.

Учитывая наличие трансформаторных будок, есть все поводы и искушение назвать фото "Напряжение любви" - но это было бы против истины происходящего.

Хотелось придумать название - про беззаботность их трепа, про контраст между напряжением электричества и простой, ненапряжной радости отношений ребят, про тишину этого места.
И я придумал:
- Изоляция.

Забытый электрический прибор явно проявил Главный смысл моего текущего происходящего: - Не парься! - изящно замкнув эту идею в электрические декорации.

Уже потом, поняв мистику Вильнюса, понял - она началась в момент, когда я начал паковать вещи, укрыв от меня предмет - блок питания - который я кладу в рюкзак в числе первых. И снова укрыв его от меня, когда я напоследок оглядывал приютивший меня дом.
Вильнюс готовил меня

Шел по Вильнюсу, очень торопился, внезапно увидел чудесную арку - вся увешана картинами.

Стал снимать картины, обратил внимание - в арку заглядывает не менее чудесная бабушка. Настолько чудесная, нельзя не сфотографировать, и я уже начал подбирать слова - как бы ей об этом сказать.

В этот момент она на меня внимательно посмотрела и произнесла сказочное:
- А вы меня сфотографируете?
- Конечно!
- А фото как получить?
- Я вам занесу через 3-4 дня.
Здесь она на своем крылечке.

Вильнюс сказал мне - не спеши. Успеешь. Увидь.

В Вильнюсе невозможно планировать - каждый день звонят друзья и скроенные накануне идеи и направления меняются произвольно.
Поэтому фото получилось занести лишь через неделю.

И - удача!
Бабушка сидела на ступеньках и ждала дочь из магазина - а дождалась меня.
Бабушку зовут Ляля (она так представилась), она невероятно обрадовалась фотографиям.
- О, какая я тут вредная! а тут, гляди-ка, добрая чего-то... А руки...
Я было подумал - не понравились ей руки.
А руки - чудестные, натруженные, намоленные.
- Прекрасные, - говорю я ей в образовавшейся паузе, - у вас руки, всем ваше фото нравится.
- А руки-то - иконописные!.. - наконец-то выдохнула-воскликнула-прошептала она.
И тут у меня отлегло.

Всегда волнуюсь, когда отдаю фото, особенно пожилым людям.
- Руки у вас распрекрасные! - закрепляю я образовавшийся успех.
- Ох... Приехали сюда с мужем, потом пришли Советские... мужа забрали - на 10 лет... Потом вернулся, выживали...
В звуках ее голоса были шорохи кинохроники, радио Левитана и гул уходящих колонн.
- А давайте мы с вами сфотографируемся? - вдруг прервалась Ляля и глаза у нее просохли от слез.
Вот такая история.

Лес, лес, потом вдруг - озеро.
И раствориться в этой воде.
Дышать шепотом, боясь спугнуть тишину.

***
Всемирная Организация Здравоохранения признала Литву самой пьющей страной.
Не без этого.
Вот нашедший у ужуписского забора подходящий уют персонаж.
Даже завидую, было искреннее желание вот также присесть рядом и предаться блаженному дзену.
Уверен - персонаж, проснувшись, не удивился бы, а предложил разделить остаток вон той вполне приличной емкости.

В, опять же, автобусе, видимо, признав меня за своего, подсаживается мужчина путешествующей внешности и легкой алкогольной мягкости лица:
- 7 лет здесь не был, никого не могу найти.
- 7 лет - это много.
- Улицы переименованы уже раза по четыре. Кто-то уехал, кто-то переехал.
- Господа, водку будете? - рядом подсел худощавый явно интеллигент с выглядывающей из пакета початой бутылкой.

Дух Довлатова слегка потрепал меня за ухо.
Мне, как раз, было выходить, а то уж я не знаю, куда бы завела эта импровизация.

- Рюмки взяли парни из чешского землячества. Ты можешь пить из бумажных
стаканчиков?
- Мне случалось пить из футляра для очков.
Рейнхард уважительно приподнял брови. Мы выпили по стакану бренди.
- Можно здесь и переночевать, - сказал он, - только диваны узкие.
- Мне доводилось спать в гинекологическом кресле.
Рейнхард поглядел на меня с еще большим уважением. Мы снова выпили.
С.Д.Довлатов. Наши.

Кстати, об алкоголизме.
Вежливость в Вильнюсе опрокидывает все мировые стандарты.
- Ты хочешь, чтобы я тебе все высказал? - убедительно излагает в телефон густым пропитым басом потрепанной жизни крепкий еще мужчина средних лет, качаясь на кочках значительно бОльшей амплитудой, чем остальные пассажиры.

- Я сейчас в автобусе еду, тут люди, я не могу матом! - заметно теряя терпение продолжает он после паузы. - Подожди, я сейчас доеду и все тебе скажу.

На остановке выходим вместе, на аллее мы одни и весь квартал я выслушивал очень замысловато построенные исчерпывающие конструкции о внешности, интеллекте и поведении неверной но, видимо, очень ревнивой собеседницы.

В Вильнюсе нельзя опоздать - все рядом, до всего можно доехать за 15 минут.
В Вильнюсе нельзя заблудиться - все равно придешь в центр.

Постоянно ощущаю - вот сейчас заверну за угол - и будет Прага.
Или Маросейка.

Случайная прогулка привела к мосту.
Вот эти двое явно довольны - и своей компанией, и тишиной, и своими мыслями.

За пару дней до отъезда из Вильнюса выглянул в окно.
После какого-то количества провороненной красоты фотоаппарат у меня всегда под рукой, всегда включен и всегда готов.
Как бы я еще доказал бы вам - Вильнюс раскланялся со мной напоследок.
А через пару минут небо снова стало чистым до горизонта.

Продолжение следует.