Неделя из жизни ледникового отряда (9 фото)

«Время солить реку», — с этими словами гидролог Варя забирает меня на берег реки Джанкуат. В холщовой сумке — два кило пищевой соли и кондуктометр, а в руках — железное десятилитровое ведро и лопата. Мы выходим к гидропосту: в валунное дно реки вбита деревянная рейка с сантиметровой разметкой, сверху надет железный обод.

«Черпай воду и начинай замешивать лопатой соль», — командует Варя. Я вскрываю бумажный пакет с хлоридом натрия донецкого происхождения и аккуратно высыпаю его в ведро. Месить приходится долго: соль неохотно растворяется в воде из тающего ледника. Варя запускает в емкость кондуктометр. Спустя полминуты цифры на экране прибора перестают прыгать: электропроводность 154 мСм/см, температура 3,4° по Цельсию. «Отлично, выливай залпом по сигналу», — говорит гидролог и убегает по шатким валунам ниже по течению.

Через несколько минут она поднимает скрещенные руки, и я опрокидываю в реку рассол. Следующие несколько минут гидролог сидит неподвижно, зафиксировав кондуктометр в воде, и записывает электропроводность потока с шагом в три секунды. Через 10 минут мы повторяем упражнение. На этом ионный паводок выполнен, возвращаемся на базу.

Гляциологическая станция расположена в долине речки, текущей с языка ледника Джанкуат. Наблюдения за ледником были начаты сотрудниками географического факультета МГУ в 1965 году, во время Международного гидрологического десятилетия

До ближайшего крупного поселка, Эльбруса, чуть меньше десяти километров. От него дорога бежит вверх вдоль Адыл-Су, правого притока реки Баксан. Сначала плотная грунтовка с КПП и минометами времен Второй мировой на обочине, затем нецементированая дорога и наконец — узкая тропа со скальными прижимами. Вскарабкавшись по валунам, оказываешься в долине ледника. Вокруг разборные скалы и безмолвие, которое нарушают только звенящие камнепады. Верхняя граница базы — пересекающая долину гряда из перемолотых Джанкуатом пород. Ниже стационара чернеет крутая морена соседнего ледника, Башкары.

База — четыре здания: домик с кухней, жилое помещение начальника базы, склад и студенческий вагончик. Удаленность от цивилизации диктует свои правила: электричество генерируют четыре солнечные батареи, техническую воду поставляет река, питьевую — источник на левом борту долины. Пища прибывает на плечах участников ледникового отряда из Эльбруса.

Гляциологи на станции следят за изменением баланса массы ледника. Каждый год ученые разбираются, сколько снега набралось на Джанкуате (аккумуляция) и сколько его убыло, стаяло с поверхности ледника (абляция)

Исследовательский сезон на леднике открывается в середине мая и длится четыре месяца. За это время через базу проходит больше сотни исследователей: гляциологи, гидрологи, метеорологи, геоморфологи, картографы. В этом сезоне все участники ледникового отряда запомнят желтый Джанкуат: в марте облако пыли из Сахары добралось до Кавказского массива и выпало с осадками. И, хотя к августу основная масса снега уже стаяла, небольшие трещины все еще заполнены рыже-коричневым материалом.

В свободное от измерений время в руки просится книга. Нарасхват на базе To Everest via Antarctica, где путешественник из Австралии описывает одиночные восхождения на высочайшие пики континентов. Есть какая-то приятная наглость в этом чтении с видом на двуглавый Эльбрус.

В безмятежную красоту долины вплетены трагичные истории. На Джантугане в параллельной трещине ледника когда-то погиб юноша, который шел последний в связке и был потерян из виду туристической группой. На Джанкуате ночная гроза унесла жизни молодых исследователей, по ошибке выбравшихся из палатки во время непогоды. Стихия вмешивалась и в жизнь гляциологической базы: в 2009 году, если верить официальной версии произошедшего, со склона долины сошла лавина и разрушила здания.

«Один человек всегда смотрит наверх: „чемоданы“ ездят; второй поглядывает назад», — звучат последние наставления от криолитолога Феди перед началом работы. «Чемоданами» обзывают глыбы размером с небольшой дачный дом, которые, отогревшись на солнце, срываются вниз, скользя по подтаявшей поверхности ледника. Но это не единственная опасность: толща льда пронизана подледными каналами, кавернами и трещинами. Любое неаккуратное движение может привести к неприятным последствиям. Сомневаться в убойности трещин не стоит: в верховьях Джанкуата есть Троллейбусная трещина, в которую действительно можно уронить троллейбус.

В полевом дневнике на схеме ледника отмечены 15 реек, с которых нам сегодня нужно снять показания.
На полпути к рейке № 18, на взлете в террасовидную ступень Джанкуата, изо льда торчит берцовая кость человека. Выше через тридцать метров — ржавый ледоруб и тело в разодранном фиолетовом костюме. Альпинист Кильтицкий разбился здесь в 70-е годы, штурмуя вершину Джантугана в одиночку. Прежде это была просто история об еще одной трагедии на высоте, пока тающий ледник не отпустил павшего. Пограничники обещают спустить тело вниз в ближайшее время.
Подробнее в источнике