Северная Корея сегодня (21 фото)

В Пхеньян ты попадаешь заранее прожаренный рассказами тех, кто уже бывал в Северной Корее. Ты знаешь: политические шуточки тут лучше отставить, а действовать - строго по инструкциям привязанным к тебе «гидам». У нашей группы журналистов, прилетевших на торжества в честь 70-летия КНДР, таких «гидов» было два – парень и девушка. Нормальные такие ребята – в штатском. Он – в костюме. Она – в ярком пиджаке, на шпильках, с сумкой «Лакост».

- Вы же под санкциями! Где такую сумку отхватили?! – удивляюсь я.
- Да-да, санкции, - кивает девушка и быстро находит ответ, - сумка - это подарок!
- А что от вас везти в подарок? Женьшень? Стимулирует, да? – заигрывает с «гидом» один из коллег и недвусмысленно на нее смотрит.
- Женьшень - очень хорошо! Помогает! – выдает «гид», прекрасно уловив не тонкий намек. Она хохочет, как обычная девчонка из России или Европы. Ни комплексов, ни зашоренности.
Русский у нее – блестящий!

- Наверное, учились у педагогов из России?
- Нет, у корейских! Но русский у нас в каждой школе! – замечает она и признается, что не раз бывала в Хабаровске.
А ведь простой девушке из КНДР до Хабаровска – как до Марса! Выехать из страны практически невозможно.
И про «русский в каждой школе» она, кстати, соврала. Может, хотела порадовать гостей из России?
- В последнее время в школах тут чаще учат английский и даже немецкий. Русский – гораздо реже, - рассказали мне сотрудники нашего посольства в Пхеньяне.

В Пхеньяне всего несколько отелей для иностранцев. Пока едем в наш из аэропорта – обалдеваем. Ярко подсвеченные в ночи огромные стадионы, монументы, дворцы, чистые площади, фонтаны. Впереди целый квартал сверкающих огнями небоскребов. Закрываю глаза, открываю: небоскребы не исчезают. Мы где?! В прижатой санкциями Северной Корее или преуспевающем Китае? Неужели потемкинская деревня?
- Это новый квартал «Рассвет», - поясняет наша «гид». Тут педагоги живут - рядом университет.

- У вас что, так много педагогов?!
- Ну, в некоторых квартирах они живут, - отыгрывает назад «гид».
- И сколько тут стоит квартира?
- Нисколько! Бесплатно! У нас нет продажи недвижимости!
На самом деле рынок недвижимости в Северной Корее уже зарождается, в последнее время жилье стали продавать, хоть это и не афишируют. На иностранцев, правда, это не распространяется.

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА:
- И в Северной, и в Южной Кореях к образованию относятся с большим уважением и у педагогов, особенно университетских, высокий статус. Не говоря о том, что в КНДР нет понятия «гнилая интеллигенция», а эмблема трудовой партии включает в себя не только серп и молот, но и кисточку – символ творческих профессий, - объяснит мне потом Константин Асмолов, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, автор двух книг о Северной Корее.

Удивительно, но в последние годы Северная Корея развивается бешенными темпами. В Пхеньяне, куда ни глянь - стройка. Тут даже, наконец, достроили самую высокую в мире (330 метров) гостиницу «Рюген». 105 этажей! Ее возводили 20 лет! Внутри, правда, она еще не готова. На это, может, потребуется еще лет 20...
И все же наши «гиды» явно приукрашивали корейскую действительность. По их словам, «однушки» в Пхеньяне – по 90 квадратных метров!
- А у нас в России - 30-40 «квадратов», - кисло замечают мои коллеги.
«Гиды» сочувственно пожимают плечами.

- А какие в Пхеньяне зарплаты? – спрашиваю нашу «прикрепленную».
- 50-100 долларов – это хорошая зарплата, - отвечает «гид».
Возможно, она действительно не знает, что у некоторых чиновников зарплата может доходить и до 500 долларов. Расслоение тут огромное. В провинциях живут совсем бедно. Но то, что корейцы пухнут от голода и даже едят траву – байка. Уж риса им точно хватает.

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА:
- Голод в Северной Корее кончился в начале 21 века, страна уже вышла на продуктовое самообеспечение. А сухую траву корейцы собирали на топливо, когда у них были проблемы с отоплением, вовсе не на еду, - замечает наш эксперт Асмолов. - В магазинах и на рынках всего хватает. С санкциями, конечно, жить тяжелее, но, вопреки им, КНДР растет. В Южной Корее экономический рост сейчас ниже 3 процентов, а на севере (что важно - по южно-корейским же данным) – от 4 до 6 процентов. На последнем пленуме ЦК было сказано: уровень обеспечения обороны уже поднят до должного уровня, пора все силы бросить на экономику.

В Пхеньяне практически нет автомобилей. На светофоре на красный свет собирается не больше пяти машин. В основном на них ездят чиновники и посольские работники. Автосалонов в городе нет. Если корейцу о-о-очень повезло и у него есть богатый родственник в Японии, готовый подарить машину, то ему придется прислать два авто. Один автомобиль гражданин КНДР обязан отдать государству, а второй - так и быть - может оставить себе.

В Пхеньяне есть метро. Но иностранцев без сопровождения в него не пускают. Наши «гиды», как я не просила, в «подземку» с нами так и не спустились. Предлоги разные: э-э, времени нет; ну-у, для этого нужно спецразрешение. Не дали зайти даже в железнодорожный вокзал. Стратегический объект!

На площади перед вокзалом в ожидании автобуса народ смотрит на большом экране духоподъемное патриотическое кино. Рядом – палатки с едой (в основном напитки и булки). Под зонтом женщина предлагает фотоуслуги. Желающих нет. От скуки и жары женщина прикорнула. Я ее фотографирую. И люди на площади начинают кричать. Я даже не сразу сообразила, что они будят заснувшую женщину. Все очень напуганы.

- Удалите, пожалуйста, это фото, - просит меня наша «гид».
- Почему?!
- Это в других странах люди могут на улице спать, а у нас - нет! Могут быть провокации!
Послушно удаляю фото, не признавшись, что сделала несколько дублей. По счастью, просматривать всю мою фотосъемку «гид» не стала. Но всякий раз щелчок фотоаппарата действовал на «прикрепленных» так, словно ты передергиваешь затвор автомата. Спросят-то с них. Они и шага не давали нам ступить самим. Дежурили в отеле с утра до полуночи. И даже вместе с ними от отеля невозможно было отойти дальше, чем за километр: «Там жилые дома - нельзя. Там закрытая зона – нельзя...»

В Северной Корее вообще все поделено: для своих и для чужих. Например, в обычный ресторан иностранца не пустят – поспешат закрыть перед ним двери. Для иностранцев - спецрестораны. Со спецофициантами. Подозрительно прекрасно говорящие по-русски. Когда после ужина мы оставили на столе чаевые, спецофициант нас нагнал и как бы с благодарностью протянул мне руку - «Спасибо!» - незаметно подсунув скрученные в трубочку доллары. Те, что мы ему оставили. Похоже, мы его здорово подставили - обвинят человека в «валютных спекуляциях»...

С другой стороны, еще недавно иностранцам вовсе было запрещено брать в руки местную валюту – воны. Плати только в долларах, евро и юанях в спецмагазинах при отелях (в них, кстати, полно товаров из Японии, Китая и Южной Кореи). Сейчас не так жестко. Если покупаешь что-то в уличной лавке, сдачу могут дать и в вонах. Но вывозить их из страны запрещено. Правда, в наши кошельки никто перед отлетом не заглядывал.

Даже сотовая связь для иностранцев в КНДР своя. Покупаешь корейскую симку (другие там просто не работают), а никому из местных жителей по ней позвонить не можешь. И все звонки с этих карт прослушиваются. Но еще недавно и этого не было! У иностранцев прямо в аэропорту Пхеньяна требовали сдать телефоны на хранение.

Жители КНДР доступа к интернету не имеют (ни за какие деньги). Но в стране есть внутренняя сеть – интранет. Говорят, там есть все, что нужно для жизни – и сайты знакомств, и онлайн игры.
КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА:
- Северную Корею намеренно продолжают демонизировать,- считает наш эксперт Асмолов. - Это делают консервативные силы Южной Кореи и США. Руководство КНДР пытается с этим трендом бороться, но получается плохо. Они пока еще не умеют нормально заниматься контр-пропагандой, и поэтому им проще что-то запретить, чем разрешить.

Постоянная слежка — это для иностранцев вообще главная достопримечательность КНДР. Чувствуешь себя настоящим героем детектива. За такое шоу и приплатить не жалко, а тут – бесплатно!
Например, не считается зазорным позвонить тебе в номер отеля и сказать: «Мы видели, как вы вышли, но не видели, как вы вернулись, хотели убедиться…». В какой бы час ты не спустился в холл гостиницы, у лифта всегда дежурит человек. При виде тебя он болванчиком вскакивает с табуретки, и лепечет по рации.
Наши «гиды» категорически запретили нам одним выходить из отеля. Но как же хотелось проверить: а что будет, если выйдем?
«Побег» мы совершили ровно в полночь. Вышли, оглянулись – «хвоста» нет. 100 шагов, 200, 300 – никто не дергает за рукав. И кто говорил, что Северная Корея – страна тотальной несвободы?

На ближайшем перекрестке - девушка с китайским смартфоном в руке. Надвинула капюшон на лоб, на нас – ноль внимания. Ей направо – нам налево. Проходим квартал, оборачиваемся – оба-на – за нами идет та самая девушка со смартфоном. А вот к ней присоединяется вторая. Идут чуть поодаль, как бы даже почтительно.
Тут что, патрули на каждой улице?
Мы решили подколоть наших «спутниц». Резко развернулись на 180 градусов, пошли обратно и … нос к носу столкнулись с «компаньонками». Им ничего не оставалось, как пройти мимо. Мы прибавили шагу, нырнули в кромешную тьму подземного перехода и вынырнули победителями – вокруг ни души. Но метров через 300 снова увидели наших «чекисток».

Смирившись, все вместе отправились смотреть монумент идей чучхе – на него прекрасный вид с ближайшего моста. Девушки подыгрывали нам изо всех сил, делая вид, что тоже фотографируются.
- Такуси! Такуси! – впереди группа вусмерть пьяных корейцев ловила такси. Кстати, вот в отношении алкоголя в КНДР настоящая демократия. Доступная и простая, как дважды два: водка и пиво – вот главные напитки на местных алкогольных прилавках. Бутылка водки тут стоит всего 10 центов (считай 6 рублей 50 копеек — почти как в позднем СССР), а пиво – 7-8 центов.
Пей — не хочу. Но повального алкоголизма в КНДР нет.
Наша попытка уйти от «хвоста» с треском провалилась. Пора было возвращаться в отель. Провожатые все поняли без слов - развернулись в обратную сторону и ... как сквозь землю провалились. Оказалось, они спрятались в ближайшие кусты, чтобы опять пропустить нас вперед. Игра в «кошки-мышки» в КНДР отточена до мастерства.
В отеле мы выпили по пиву за здоровье бдительных корейских «чекисток».

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА:
- А что вы хотите? КНДР живет в состоянии войны – мирный договор с Южной Кореей не подписан с 1953 года, поэтому у них очень сильный охранительный рефлекс. И это требует особых мер. Но на самом деле этот «железный занавес» вполне себе проницаем. Например, в приграничных провинциях КНДР ловится китайский интернет и телевидение. И даже по свидетельствам правозащитников, за просмотр южно-корейского кино порицают, но не расстреливают на площадях, как любят нам рассказывать, - говорит Константин Асмолов.

Но, конечно, самое неизгладимое впечатление производит культ вождей в Северной Корее и вера в идеалы чучхе (в переводе – «опора на собственные силы»). Мы наблюдали это на демонстрации в честь 70-летия республики. Пхеньян. 30-градусная жара. Тысячи людей сбиты в колонны. 5 часов без воды под палящим солнцем. Но они будто не замечают этого. Их цель - дойти до трибуны, на которой сидит лидер КНДР Ким Чен Ын и прокричать: «Мансе!» - «да здравствует!». Народ в каком-то массовом исступлении. Будто под гипнозом. Такое можно увидеть разве что в религиозных сектах. Все же не зря корейцев называют латиносами Востока за их эмоциональность.

«Мансе, мансе!» - стучит у меня в ушах, подступает тошнота, от этой нескончаемой народной массы кружится голова. И вдруг мой взгляд выхватывает в толпе девочку-подростка. Она плачет. Она устала идти, может, стерла ноги. Ей не до праздника, не до вождей, но она пересиливает себя и тоже кричит: «Мансе, мансе!».
Истинное лицо человека, его чувства – вот та изнанка, которую в Северной Корее принято скрывать от чужих глаз. Будь то женщина, заснувшая на улице, или девочка, уставшая на шествии. Мир должен видеть сильных, несгибаемых корейцев.
Чтобы боялись.
Чтобы считались.


...