Насмерть замерзший год. Как вулкан оставил Землю без лета и изменил мир (15 фото)

Апокалипсис
Природа проснулась 5 апреля 1815 года. Тамбора — некогда крупнейшая вершина в Индонезии. В этот день она забеспокоилась и несколькими подземными толчками заставила волноваться местных. На острове Сумбава, где доминировал вулкан, к тому времени было как минимум два крупных поселения. По приблизительным подсчетам там проживало около 10 тысяч человек. Никто из них не прислушался к предупреждению и не покинул остров. Жить им оставалось четыре с половиной дня.

Поздно вечером 10 апреля воздух разорвал громогласный рык. В двух тысячах километров от острова была поднята тревога — британские колониальные власти приняли далекое извержение за близкий грохот пушек неведомого врага. Из Джакарты вышли спасательные суда, чтобы прочесать побережье в поисках терпящих бедствие кораблей. Но пока основные события разворачивались намного дальше.

«В небо взметнулись три огненных столба. Совсем скоро гора превратилась в огненное пламя, растекавшееся во все стороны», — вспоминал позднее один из уцелевших островитян, сумевший спастись на шлюпке в море.

Остров сотрясла серия мощнейших взрывов. Верхушку вулкана буквально разорвало, и с его склонов со скоростью около 200 км/ч вниз устремились пирокластические потоки из раскаленных камней, пепла и газов. От температуры под тысячу градусов плавилось стекло, что уж говорить о людях — население острова погибло в считанные минуты.

Но это было только начало. Намного больше последствий для всего человечества принес взметнувшийся на 43 км вверх «коктейль» из двуокиси серы, пепла и прочих вулканических частиц. Не менее 150 куб. км этого добра на несколько дней буквально погасили солнце на расстоянии до 500 км. Постепенно частицы растянуло по Южному полушарию, а спустя несколько месяцев — и по всей планете.

Фактически всю Землю накрыл так называемый вулканический аэрозоль, состоящий из сернистого газа и мельчайших частичек серы. Опасность такого аэрозоля в том, что он отражает и рассеивает солнечный свет. В итоге до поверхности планеты доходит меньше тепла, чем обычно, температура падает — наступает нечто похожее на гипотетическую ядерную зиму.

Слабым утешением при глобальном похолодании могут служить разве что яркие закаты необычных расцветок. Художники первой половины XIX века очень часто изображали на холстах закаты в фиолетовых и красных тонах — это было привычное зрелище в течение нескольких лет после извержения Тамборы.

Следы проделок вулкана сегодня можно найти даже в Антарктике. На протяжении трех лет частички аэрозоля медленно опускались из стратосферы, превращались в снежинки и вмерзали в лед.
От вулкана мало что осталось. Если до извержения он возвышался на 4,2 км, то в результате катаклизма потерял треть своей высоты. По оценкам экспертов мощность взрыва была эквивалентна нескольким миллионам бомб, сброшенных на Хиросиму. За всю сознательную историю человечества не было зафиксировано более сильных вулканических извержений. Почти 70 лет спустя поразивший всех Кракатау был заметно спокойнее Тамборы и не натворил столько бед, однако стал более известен благодаря повсеместно распространившемуся электрическому телеграфу и существенно возросшей скорости передачи информации.

С Тамборой еще долго не связывали те катаклизмы, которые обрушились на планету после его извержения. Причины и следствия взрыва удалось связать лишь сотню лет спустя, когда ученые начали искать ключевой источник невиданного похолодания, похожего на предвестника нового ледникового периода.

Все плохо…
Первые несколько месяцев после извержения основные страдания пришлись на долю индонезийцев. Пепел изменил морскую экосистему островов, побережье было отравлено, рыба погибла. От наступившего голода погибло более 100 тысяч человек. Многие продавали детей, чтобы купить еды, или сами уходили в рабство.

К весне 1816-го покрывало из вулканического аэрозоля добралось до Европы и Америки. То был год без лета, или, как его прозвали в США, «тысяча восемьсот насмерть замерзший». Среднегодовая температура в некоторых областях упала на 3—5 градусов, чего было более чем достаточно для мировой катастрофы.

«Я отлично помню 7 июня того самого года. На работу в то утро мне пришлось идти в варежках — был мороз, шел снег», — вспоминал позднее невиданную погоду пожилой американец.

Варежки — это мелочь. Томас Джефферсон, экс-президент и один из отцов-основателей США, обанкротился, потому что впервые не смог собрать урожай на своей огромной ферме. Все восточное побережье страдало от страшного холода и последовавшего голода, из-за чего люди были вынуждены массово мигрировать на запад страны. Так было положено начало освоению Дикого Запада.

В Европе еще весной довольные крестьяне с радостью продавали запасы хлеба по хорошей цене, но уже морозным летом зерно стало стоить в несколько раз дороже. Правительства некоторых стран, опасаясь народных бунтов, засекретили информацию о состоянии сельского хозяйства.

Европейцы чуть ли не ежедневно проводили массовые молебны. Люди были уверены, что наказаны богом. Пастбища из-за чередования проливных дождей и заморозков превратились в грязевые поля. Голодную скотину приходилось забивать. Во Франции назревала очередная революция, немцы покидали свои города и отправлялись в далекое путешествие к берегам США, обнищавшие швейцарские фермеры бродили по городам в поисках пропитания, а в Англии хлеб стал роскошью, недоступной даже аристократии.

Решить продовольственный вопрос пытались с помощью опилок и прочих бесполезных с точки зрения пищевой ценности добавок. Их подмешивали в драгоценную муку и пекли такой «опилочный» хлеб. Повсюду процветало воровство и грабежи. Ослабленные голодом люди умирали на улицах. Но вскоре пришла другая беда — холера. И ее истоки также лежат в извержении Тамборы.

В питательных водах восточной части Индии всегда жили бактерии холеры, которые стали частью местной экосистемы. Однако прежде болезнь никогда не выходила за пределы региона. Все изменилось после извержения, которое повлияло на климат Индии, продлив засушливый и влажный сезоны. Это привело к необычайному размножению бактерий холеры и их мутации, которой не мог противостоять иммунитет местного населения.

В 1817 году вся Индия полыхала в погребальных кострах, а реки заполонили трупы. Британские солдаты и купцы разнесли болезнь по всей Юго-Восточной Азии — эпидемия вышла из-под контроля. Через пять лет холера добралась до России, к началу 1830-х распространилась в еще не оклемавшейся от голода Европе, а в 1832-м пришла в США.
Точное число жертв Тамборы подсчитать невозможно. Непосредственно от извержения погибли примерно 10 тысяч человек. Еще около 100 тысяч индонезийцев умерли в ближайшие месяцы от последствий катастрофы. По самым скромным подсчетам далекий вулкан стал причиной гибели не менее 400 тысяч европейцев. Общее же число жертв, скорее всего, перевалило за миллион.

Но извержение привело не только к неурожаю, голоду, смертям и самому холодному лету за всю историю метеонаблюдений. Пытаясь справиться с последствиями катастрофы, люди находили решения, которые в итоге стали частью культуры, истории и даже социально-политических пристрастий.

…Но не все потеряно
Страшный 1816 год дал понять, что без сплоченности и взаимопомощи людям не справиться. В Англии парламент принял первые законы о социальной защите населения и открыл амбары с запасами зерна. В немецких городах распахнули двери бесплатные столовые и больницы для бедных, а в Швейцарии для фермеров организовали кассы взаимопомощи. Если раньше жертвам катастроф помогала в основном церковь, то после масштабной беды, связанной с извержением вулкана, свою социальную политику пересмотрели почти все развитые европейские государства.

Вскоре после «года без лета» король Вюртемберга основал особую сельскохозяйственную лабораторию, призванную изучать новые методы земледелия. Сегодня это штутгартский Гогенгеймский университет, который считается одним из самых авторитетных центров агрономии в Европе.

Многим немцам удалось спастись от голода благодаря картофельному хлебу — местные пекари додумались вместо опилок и травы добавлять в хлеб картошку, урожай которой не был полностью уничтожен, в отличие от зерновых.

Немецкий изобретатель Карл Дрез по «мотивам» катастрофы создал двухколесный самокат с седлом и рулем — прародителя нынешнего велосипеда. Устройство привлекло к себе внимание благодаря тому, что в Европе почти не осталось лошадей — практически всех забили из-за голода.

А читали «Франкенштейна» Мэри Шелли? Даже если не читали, то знаете, о чем речь, и наверняка представляете себе чудовище несчастного доктора. Культурный феномен возник аккурат летом 1816-го во время отдыха представителей лондонской богемы на вилле Диодати в Швейцарии. Среди них были Мэри Шелли и Джордж Байрон. Именно последний предложил разбавить чрезвычайно холодные дни литературным конкурсом. Так, сидя у камина и кутаясь в плед, юная британка сочинила историю, прославившую ее на весь мир.

Коренные изменения ждали урбанистику. Эпидемия холеры, которая унесла жизни десятков тысяч лондонцев, заставила городские власти кардинально решать вопрос с хлюпавшими под ногами нечистотами. В результате была построена огромная канализационная система, которая стала настоящим спасением для столицы Британской империи.

Вслед за Лондоном ближе к цивилизованности подобрались Париж, Нью-Йорк, Гамбург и другие крупные города. Постепенно из трущоб вычистили грязь, власти взяли под свой контроль здравоохранение и снабжение питьевой водой. Все это в ближайшие годы приведет к кардинальному снижению смертности и росту уровня жизни людей.
Наконец, были придуманы суперфосфатные удобрения, увеличившие урожайность зерновых. Кроме того, к моменту прихода в Европу эпидемии холеры здесь уже испытывались первые эффективные препараты для ее лечения.

Мир справился с последствиями грандиозного извержения. Но для этого пришлось многое потерять, чтобы затем измениться и стать совершеннее.

Сегодня остров Сумбава снова зарос лесами, а до гигантского кратера, оставшегося после страшного извержения, практически невозможно добраться. У подножия вулкана опять поселились люди. И даже пробивающиеся из-под земли газы их не пугают. Ученые при этом неумолимы — Тамбора обязательно проснется. Но никто не знает, когда и с какой силой.