В Копейске отец-одиночка живет с дочерью-инвалидом на 200 рублей в день! (3 фото)

Участник боевых действий в Чечне, почетный донор не может найти сиделку, чтобы выйти на работу. По квартире плывет запах теплого хлеба. Николай Безручко решил попробовать новый рецепт.

— Не удивляйтесь. Я всю женскую работу делать умею, разве что не рожать, — улыбается Николай.Признаться в этом ему не зазорно, ведь в самом главном, в своих поступках, Николай — образец настоящего мужчины.

«В БЕДЕ НЕ БРОШУ»
Николай рано лишился отца и стал опорой для матери. Та засветло уходила на ферму. А он вел хозяйство: кормил скотину, доил буренку, и даже как-то принимал роды у поросят. Так и рос паренек из деревни Печенкино с обостренным чувством ответственности за других.

— С кем свяжу свою жизнь, в беде не брошу, — признается Безручко.
Жену Елену в конце 90-х Николай привез из Казахстана. Ездил туда к сестре, рассчитывал закрепиться. Но русских начали прижимать. Когда обещанные Безручко квадратные метры отдали молодому казаху, Николай стукнул кулаком по столу: уезжаем в Россию! Супруги сняли квартиру в поселке Октябрьский в черте Копейска и родили дочку. Девочка появилась на свет пятимесячной. Ближе к годику стало понятно, что она инвалид.

— Ларисе поставили ДЦП. А еще она не говорит и не слышит: в мозгу не созрел «дешифрующий» центр. Отсюда и вся беда, — рассказывает Николай.
Николай полностью растворился в дочурке. Пошел на курсы массажа, возил малышку по докторам, хватался за разные подработки. В 2003-м рванул в Чечню — надеялся заработать на жилье, на лекарства. Думал, что на три месяца, а прослужил три года.Когда вернулся, умерла мать, у жены нашли онкологию. Он ухаживал за Еленой до последнего вздоха. А в 2010-м стал отцом-одиночкой.

«СИДИМ НА КАШЕ, КЕФИРЕ И ОВОЩАХ»
— Мы долго скитались по съемным углам. Думали, получить жилье от государства. Я стоял на очереди как отец инвалида и как участник боевых действий. Но просвета не видно. А возить мебель и дочку туда-сюда тяжело, — рассказывает Николай. Благодаря отцу глухонемая девушка растет счастливой.

Тогда Безручко решился на ипотеку. Тринадцать банков отказали в кредите, а 14-й согласился.

— Когда брал ипотеку, знакомая оставалась с Ларисой за малые деньги, я подрабатывал на шабашках. Потом эта женщина отказалась, устала. А платить много я не могу. Теперь сижу с дочкой сам, не могу вырваться на работу. Даже платежи по ипотеке отвожу в банк по ночам, — говорит Николай. Николаю приходится самому вести хозяйство и даже шить одежду для кукол.После выплаты банку, расчетов за коммуналку и покупки лекарств на еду остается 200 рублей на сутки. Отец и дочка сидят на каше, кефире и овощах, выращенных на своем огороде. Даже конфеты Николай отсчитывает поштучно. Но, когда кладет деньги на телефон, обязательно отправляет по 50 рублей больным детям — а вдруг кому-то эти копейки спасут жизнь. А еще всю жизнь делится кровью: он — почетный донор.

«ЖАЛЕТЬ СЕБЯ НЕЛЬЗЯ»
Чиновники предлагают сдать дочь в интернат. Но отец категорически против: без него она погибнет, высохнет от тоски. Ее привязанность и любовь к папе читаются в каждом взгляде. Она беспрестанно смотрит на Николая и доверчиво прижимается к его груди.

— Мне бы годика два продержаться, а там будет пенсия, станет легче. Пока же очень нужна работа, — говорит Николай. — Иногда горько от того, как сложилась и прошла жизнь. Но жалеть себя мне нельзя. Дочка чувствует это. Жалость ее погубит. Надо жить тем, что есть.

"Комсомольская правда" указала телефон Николая, чтобы все желающие, которые хотят помочь, обращались к нему напрямую: 8-908-58-699-65.