Странная история доктора Криппена (10 фото)

Автор не сомневается, что история Хоули Харви Криппена (Hawley Harvey Crippen) хорошо известна всем читателям murders.ru.
Это своего рода классика жанра, получившая известность задолго до появления интернета. Ещё в Советском Союзе, где с интересной литературой на историко-криминалистическую тематику были большие проблемы, издавалась книга Юргена Торвальда "Век криминалистики" с подробным изложением как преступления, совершенного доктором, так и его разоблачения.

Итак, напомним общую канву событий более чем столетней давности.
Хоули Криппен родился в США, в штате Мичиган в сентябре 1862 г, получил медицинское образование, работал в компании, поставлявшей гомеопатические препараты. В возрасте 30 лет вторым браком женился на 17-летней Куниганде Макамоцки (Kunigunde Mackamotski).

Юная дива, ужаленная гламуром, тяготела к богемному образу жизни - брала уроки пения и сценического мастерства, хотела стать оперной певицей. В оперу, однако, её не взяли ввиду отсутствия таланта, так что Куни пришлось довольствоваться мюзик-холлом. Ввиду неблагозвучности имени и фамилии, Куни взяла сначала сценический псевдоним "Кора Тернер", который заменила впоследствии на "Бэлл Элмор". Кроме того, она требовала, чтобы в быту её называли Корой. Как и подавляющее большинство певиц, это была крупная и статная женщина. Ростом Кора-Куни была выше Хоули Криппена - на эту интересную деталь следует сейчас обратить внимание. Интересно и другое: Кора явно доминировала в браке и помыкала мужем вплоть до того, что Хоули в присутствии посторонних выполнял чисто женские обязанности, например, сервировал стол. По тем временам это выглядело довольно странным, поскольку в конце 19-го столетия деление обязанностей на "мужские" и "женские" было чётким и однозначным.
В 1900 г пара переехала из США в Великобританию и обосновалась в Лондоне. Криппен не смог подтвердить свой врачебный диплом и потому пытался заниматься околомедицинским бизнесом - торговал "патентованными медицинскими препаратами", затем купил долю в стоматологической практике. Кора пела в оперетке и вела, как говорили тогда, "рассеянный образ жизни".

У Коры появились друзья и подруги, поклонники и поклонницы. Вполне возможно, что в Лондоне у Коры приключилось несколько романов разной степени романтичности и продолжительности, вся эта околотеатральная среда не способствовала сплочению семейного союза. Кора Криппен близко сошлась с некоей Кэйт Уилльямс (Miriam Kate Williams), известной в начале века бодибилдершей, выступавшей в цирковых программах и разного рода шоу в набиравших тогда моду гимнастических залах. В Великобритании, где красивых женщин меньше, чем пальцев на руках опытного фрезеровщика, смазливая Кейт пользовалась немалой популярностью. За "Вулканой" и её партнёром "Атласом", которого она именовала "братом" - а по сути это был её гражданский муж Уилльям Робертс - тянулся шлейф разного романтических легенд и скандалов. Рассказывали, будто Кейт спасала утопающих, сгорающих в пламени пожара, задерживала преступников и т.п. Одновременно с этим пару атлетов ловили на фальсификации их "рекодов", т.е. на том, что они завышали поднятый вес посредством использования полых гирь и гантелей. В общем, Кейт Уилльямс была та ещё штучка - энергичная, амбициозная и не боящаяся скандалов.
Кора Криппен и Кейт Уилльямс не просто тусовались в одной компании, а хорошо задружились - эта деталь не только интересна во всех отношениях, но и имеет прямое отношение к данной истории, ниже станет ясно какое.

В конце 1905 г чета Криппен арендовала дом №39 по Хиллдроп-Кресчент в северной части Лондона, в который въехала 21 декабря. Там они жили тихо, благопристойно, раз в неделю приглашали к себе на ужин супругов Мартинелли, проживавших на той же улице через квартал. Мартинелли в прошлом выступали в мюзик-холле, на момент описываемых событий обоим было далеко за 60
Вечером 31 января 1910 г Криппены в очередной раз пригласили чету Мартинелли. Это был последний вечер, когда Кору видели живой...
Хотя в тот момент ничто не предвещало драмы. Хозяева были гостеприимны и очень внимательны, Хоули услужливо уносил тарелки, подавал блюда и подливал вино - в этом, впрочем, не было ничего особенного, поскольку доктор и раньше прислуживал за столом.
В тот вечер Мартинелли засиделись в гостях и ушли из дома №39 только в 01:30 уже 1 февраля. Интересно то, что Клара Мартинелли почувствовала себя не очень хорошо и Кора предложила супругам остаться у них до утра, но те отказались.
3 февраля в театре, в котором работала Кора Криппен была получена короткая записка - буквально из 3 предложений - в которой от имени Коры сообщалось, что она вынуждена срочно уехать в США по причине болезни близкого родственника. Буквально через 2 часа было доставлено второе сообщение - также от имени Коры Криппен - аналогичного содержания, только более развёрнутое по форме. Эти письма не были написаны Корой Криппен, хотя в тот момент на данную деталь никто не обратил внимания.
На протяжении февраля 1910 г супруги Мартинелли несколько раз встречались с Хоули Криппеном и всякий раз задавали ему вопрос о Коре. Хоули отвечал уклончиво, говорил об отсутствии новостей ввиду большой удаленности от Лондона, ведь Кора отправилась в Калифорнию!
В конце февраля знакомые Коры увидели Хоули Криппена в театре в обществе никому не известной дамочки. Подозрительным выглядел не только сам факт появления женатого мужчины в обществе посторонней женщины, но и то обстоятельство, что на спутнице Криппена оказались меха и украшения, очень похожие на те, что принадлежали Коре. Впоследствии, кстати, Криппен настаивал на том, что украшения и меха были не теми же самыми, а лишь похожими на те, что принадлежали его супруге, но эти оправдания никого ни в чём не убедили. Хоули выглядел немало смущённым неожиданной встречей в театре, ему пришлось представить свою спутницу, которую он назвал "Этель". Проведенный женским сообществом небольшой розыск позволил выяснить личность таинственной дамочки - ею оказалась некая Этель Ли Нив (считается, что правилоьное написание имени и фамилии: Ethel Le Neve, но в газетах начала века фамилию частенько писали как Lenev) или Этель Лё Нёв, если произносить её фамилию на французский манер. Работала эта женщина, кем бы вы думали?... правильно, секретаршей Криппена в торговой компании.
Через 2 недели - 12 марта 1910 г - Этель переехала в дом Криппена. Когда Мартинелли поинтересовались у Хоули, что эта женщина делает в его доме, тот пояснил, что Этель - экономка. Что ж, нельзя не признать, что события развивались вполне ожидаемо...
Прошло ещё немного времени и Хоули с трагическими нотками в голосе рассказал Кларе Мартинелли, что ему сообщили о тяжёлой болезни Коры. Та, якобы, находится где-то в горах в Калифорнии, вдали от цивилизации и не может выехать в большой город для полноценного медицинского обследования. Минуло ещё несколько дней и 24 марта 1910 г Криппен с содроганием в голосе поведал супругам Мартинелли, что получил телеграмму с сообщением о смерти драгоценной супруги. От чего она умерла? Да от воспаления лёгких - вполне нормальная причина смерти для эпохи до открытия антибиотиков!

На этом бы, пожалуй, история исчезновения Коры Криппен и закончилась, но в июне 1910 г в Лондон из мирового турне возвратилась "Вулкана"-Уилльямс, которая стала задавать вопросы о судьбе своей подруги. Она потребовала показать ей записки, адресованные от имени Коры её коллегам по труппе, в которых сообщалось об отъезде. "Вулкана" обратила внимание на то, что записки написаны не рукой Коры. Затем она стала наводить справки о том, кто видел телеграмму из США с сообщением о смерти Коры от воспаления лёгких? Международную телеграмму подделать было довольно сложно, кроме того, подделка легко выявлялась, поскольку все сообщения безусловно регистрировались. Оказалось, что телеграммы никто не видел.
Сопоставив эти данные с рассказами об Этель Ли Нив и появлением последней в украшениях Коры Криппен, "Вулкана" сделала вполне очевидный вывод: вся информация об отъезде Коры происходит от Хоули Криппена и ничем, кроме его слов, не подтверждается. Фактически Криппен предлагал поверить ему на слово, но разве его поведение можно назвать безупречным и не вызывающим подозрений? После исчезновения Коры её муж бросил торговлю гомеопатическими препаратми и за 200 фунтов-стерлингов выкупил зубоврачебную практику, из чего можно было заключить, что он принялся транжирить семейные деньги. Подозрительно? Очень! В общем, "Вулкана" подняла волну, следствием чего явилось заявление в Скотланд-Ярд, подписанное группой коллег Коры Криппен и самой "Вулканой"-Уилльмс.
Проверку заявления поручили сержанту Уолтеру Дью (Walter Dew), имевшему к тому времени 28-летний стаж полицейской работы.
Дальнейшее хорошо известно. 8 июля Дью явился в дом №39 по Хиллдроп-Кресчент, где не застал Криппена и поговорил с Этель Ли Нив. После этого он отправился на Нью-Оксфорд-стрит, где находился зубоврачебный кабинет, в котором работал Криппен, и поговорил уже с Криппеном. Последний выглядел удивленным визитом детектива, но не отказался от беседы и ответил на все его вопросы.

Во время разговора с Дью он сделал довольно неожиданное, но правдоподобное признание. Криппен заявил, что никакой телеграммы о смерти Коры никогда не существовало и всю историю о её отъезде он выдумал, в чём сейчас раскаивается. Но причину для подобных действий он имел самую серьёзную - Кора его бросила и Криппен оказался вынужден скрыть этот факт, опасаясь за свою репутацию. Дескать, что пойдёт лечиться к стоматологу-лузеру? Подобное объяснение опровергнуть было очень сложно, для этого нужен был труп Коры! Сержант Дью попросил Криппена показать дом и последний не отказал. Осмотр никакого результата не дал, полицейский не увидел ничего подозрительного.
Уолтер Дью написал отчёт о результатах проверки поступившего в полицию заявления и 13 июля отправился к Криппену, дабы тот ознакомился с документом и подписал его. Это была совершенно рутинная процедура, отчёт не содержал ничего опасного для Криппена, однако к немалому своему удивлению Дью узнал от арендодателя, что Хоули внезапно расторг договор аренды и 11 июля выехал из дома в неизвестном направлении. Исчезла и Этель Ли Нив.
Внезапный отъезд напоминал бегство, но в условиях отсутствия трупа Коры Криппен действия её мужа были ненаказуемы. Пользуясь представившимся случаем, сержант Дью решил внимательнее осмотреть дом №39 по Хиллдроп-Кресчент. Настойчивость его была вознаграждена сполна! В подвале внимание полицейского привлёк пол, выложенный кирпичом. Казалось, что часть пола в одной из ниш потревожена - кирпичи извлекались, а потом возвращались на место, но сделано это было непроффесионально, поэтому кирпичи неплотно прилегали друг к другу. Дью стал извлекать кирпичи, затем пару раз копнул грунт лопатой и увидел светлый порошок. Как стало ясно чуть позже, это была негашеная известь. Подвал быстро заполнился специфическим запахом разложения и стало ясно, что под полом находятся останки.
В результате проведенных раскопок из земли были извлечены человеческие останки - торс с ногами. Голова, руки и половые органы отсутствовали и найдены не были. Для устранения запаха гниения плоти, останки были засыпаны толстым слоем негашеной извести.

Как показала судебно-медицинская экспертиза, человек, чьи останки были найдены в подвале Криппена, скончался от сверхдозы гиосцина, препарата, широко использовавшегося в медицине того времени для снижения тонуса гладкой мускулатуры внутренних органов. Как выяснил сержант Дью, в в январе 1910 г, буквально за 2 недели до исчезновения Коры, Хоули Криппен купил 5 гр гиосцина, что само по себе выглядело очень подозрительно, поскольку Криппен не был практикующим врачом и не имел права назначать или использовать такого рода лекарства!
Также в могиле находились фрагменты какой-то ткани, которые были сочтены то ли постельными принадлежностями, то ли остатками пижамы.
Все силы британской полиции были брошены на розыск Хоули Криппена и Этель Ли Нив.
Министр внутренних дел Великобритании Уинстон Черчиль обратился к капитанам всех трансатлантических судов с просьбой проверить списки находящихся на борту лиц. Для облегчения опознания беглеца или беглецов, по радио были переданы их подробные словесные портреты. Не прошло и суток, как капитан парохода "Монтроуз", шедшего из Амстердама в канадский Квебек, сообщил британскому Адмиралтейству, что подозревает присутствие на борту Криппена и Ли Нив. Они зарегистрировались как отец и сын Робертсон, причём Хоули сбрил усы и стал отпускать бороду, а Этель коротко остригла волосы, что, впрочем, не привело к изменению её женской фигуры.
Сержант Дью помчался в Ливерпуль, поднялся на борт парохода "Лаурентик" и отправился туда же, куда держали путь Криппен и Ли Нив - в Канаду.
После того, как "Монтроуз" встал на внешнем рейде Квебека, капитан пригласил обоих в свою каюту, а в это время Уолтер Дью в сопровождении двух инспекторов таможенной службы в форме поднялся на борт парохода.
Появление сотрудника Скотланд-Ярда, которого Криппен и Ли Нив знали лично, вызвало у них шок.

История судебного процесса над парочкой, начавшегося 18 октября 1910 г, описана весьма подробно. Собственно, именно возникшей в его ходе полемикой по поводу идентификации останков Коры Криппен, данное преступление и осталось в истории мирового сыска. Вряд ли в этом месте нам нужно углубляться в суть спора судебно-медицинских экспертов, во-первых, потому, что в интернете очень много связанных с ним подробных материалов, а во-вторых, потому, что данная заметка не совсем об этом. Укажем лишь вкратце, что эксперту обвинения Бернарду Спилсбери удалось доказать, что останки принадлежат именно пропавшей без вести Коре Криппен. Следуя логике Спилсбери, V-образный дефект кожи являлся следом операции по удалению яичников, которую при жизни перенесла Кора. Такой шрам на животе Коры, якобы видела Клара Мартинелли, о чём последняя и заявила в суде. Кроме того, истлевшие остатки тряпья, найденные в могиле, были идентифицированы как пижама Коры. Пижаму эту тоже якобы видела Клара Мартинелли.
Криппен пытался оспаривать эти заявления. В частности, он заявил, будто у его жены не удалялись яичники и Клара Мартинелли никак не могла видеть Клару в нижнем белье. Последняя очень заботилась о собственном имидже, она просто не могла появиться в исподнем перед чужой женщиной, годящейся ей в матери.

Это заявление обвинение парировало тем, что из дома Криппена пропал 1 из 3 пижамных комплектов, купленных в январе 1909 г.
22 октября 1910 г присяжные вынесли вердикт: Хоули Криппен был признан виновным в убийстве, а Этель Ли Нив оправдывалась. Совещались присяжные только 27 минут - эта быстрота принятия вердикта ясно свидетельствовала об отсутствии среди членов жюри серьёзных разногласий.
Хоули Криппен вполне ожидаемо был приговорён к смертной казни.
В 09:02 23 ноября 1910 г он был повешен во дворе тюрьмы в Пентонвилле. Там же, на территории тюрьмы он был похоронен в не обозначенной могиле.
Так выглядит история Хоули Криппена в своём каноническом, так сказать, виде. Она, повторюсь, широко известна, и автор никогда бы не взялся за эту заметку только для того, чтобы ещё раз повторить давно понятные детали.
Уже в 21 столетии произошли события, придавшие давно знакомой детективной истории совершенно неожиданный подтекст. И вот о нём-то и имеет смысл поговорить.
В 2007 г доктор Дэвид Форан (David Foran), преподаватель Университета штата Мичиган (MSU - Michigan State University) и директор университетской программы по криминалистике в рамках исследования сохранности ДНК в различных условиях хранения, решил получить ДНК из тех фрагментов кожи, что были использованы судебно-медицинской экспертизой по делу Криппена. Попутно можно было сравнить полученный материал с ДНК родственников Коры Криппен, две внучатые племянницы которой были готовы предоставить свои биологические образцы.
Предложение Форана было одобрено, он прокатился в Великобританию, получил доступ к материалам, забрал образец и вернулся обратно в Мичиган.
Дальнейшая работа показала, что центроядерную ДНК из полученного образца выделить нельзя, но митохондриальную получить удалось. Её сравнение с ДНК внучатых племянниц Коры привело к неожиданному открытию - они не состояли в родственных связях!

Такого не могло быть! Если Кора Криппен, она же Куниганда Макамоцки, являлась родной сестрой бабушки женщин, предоставивших контрольные образцы, то родственные фрагменты обязательно должны были присутствовать!
Крайне озадаченный этим открытием, Дэвид Форан продолжил исследования и получил новый удивительный результат: с большой вероятностью человек, похороненный в подвале дома Криппена, являлся мужчиной! Согласитесь, это открытие переворачивало давно устоявшуюся и хорошо всем знакомую картину с ног на голову.
Сразу становится понятным то упорство, с каким Хоули Криппен заявлял, что не убивал Кору и не хоронил её в подвале... В самом деле, если он её убил и, скажем, утопил труп в море, то в подвале он никак не мог закопать тело! Понятно, почему он твердил, будто Клара Мартинелли не могла видеть шрам от операции на животе Коры - потому что такого шрама действительно никогда не было! Понятно, почему Криппен не сбежал из Лондона в феврале или марте 1910 г, т.е. тогда, когда его ещё никто ни в чём не подозревал. Криппен ничего не знал о захоронении в подвале и был совершенно спокоен, считая, что надёжно избавился от трупа супруги.
Другими словами, имело место какое-то феерическое совпадение: труп Коры Криппен найден не был, но вместо него в подвале оказались останки другого человека, которые правоохранительные органы приняли за останки исчезнувшей Коры! Это же надо такому приключиться...
Кстати, в свете открытий Форана нельзя исключить того, что жена Криппена вообще не умирала в ночь на 1 февраля 1910 г. Теперь нельзя отмахнуться от предположения, что Кора действительно сбежала от супруга. Имеется информация о том, что в 1920 г в США выступала певичка, именовавшая себя "Корой Криппен". Факт этот был известен задолго до исследований Форана и всегда считалось, что "Кора Криппен" - не более чем сценический псевдоним, но теперь эта уверенность должна быть поставлена под сомнение.

Какие предположения о возможных вариантах развития событий января-февраля 1910 г можно сделать, основываясь на открытиях Форана? Очевидно, что в самом общем виде имел место один из следующих сценариев: а) Криппен убил свою жену, но мужской труп в подвале никак с этим не связан и о его существовании хозяин дома не подозревал; б) Криппен жену не убивал, соответственно, труп в подвале не связан с её исчезновением; в) мужской труп в подвале всё-таки связан с исчезновением Коры Криппен и именно Хоули его туда поместил.
Однако, остаётся непонятным, почему исследование Дэвида Форана не выявило родственных связей между трупом из подвала и внучатыми племянницами Коры Криппен? Даже если признать, что убитая страдала синдромом Морриса, происхождение от общих родителей не могло просто так исчезнуть.
Единственное объяснение отсутствию родства - у Куниганды Макамоцки и её сестры были разные родители! Причём, оба. Другими словами, кто-то из сестёр является приёмным ребёнком. Но никаких данных на сей счёт сейчас нет, возможно, когда-нибудь какой-то криминальный историк изучит родословную этой семьи и внесёт ясность в родственные связи.
Как видим, перед нами отличный пример того, как современные научные данные не только вносят ясность в запутанные истории прошлого, но и приводят прямо к обратному - запутывают то, что на протяжении многих десятилетий казалось ясным и не вызывало особых сомнений. Такая вот, можно сказать, диалектика!
Подробнее на источнике: http://murders.ru/lenta.html