Городские легенды Америки. Ведьма из Рингтауна (11 фото)

Есть места, где даже в эпоху научных открытий и скептицизма, вера в ведьм, проклятия и могущественных духов оставалась сильной. В одном из сельских районов Пенсильвании в начале XX в. такая вера повлияла на расследование жестокого убийства. Жители удаленных ферм воспринимали фольклор и суеверия, как вполне реальные явления, которые оказывают влияние на их жизнь.

Вероятно, одним из самых показательных примеров является случай Нельсона Рейхмейера. В 1928 году ведьма по имени Нелли Нолл убедила молодого человека Джона Блаймира, что Рейхмейер наложил на него проклятие. Блаймир и двое его друзей, Джон Карри и Уилберт Гесс, ворвались в дом Рейхмейера для того, чтобы выкрасть его книгу заклинаний. Книгу они не нашли, но хозяин застал их и молодые люди убили его. В итоге все трое были осуждены за убийство.Одна из многих странностей этого дела заключается в том, что троица убийц вели законопослушный и тихий образ жизни до преступления, и продолжали такую же спокойную жизнь после освобождения из заключения. Создавалось впечатление, что они, действительно, верили в свою миссию и, выполнив ее, продолжили нормальную жизнь.

Но еще более странный случай произошел в этих же краях в 1934 году в Рингтауне, Пенсильвания. В этой сельской местности люди только начинали знакомиться с благами XX века. Не было электричества, сантехники и телефонов. Недалеко от города на ферме проживала 63-летняя Сусанна «Сьюзен» Мамми со своей приемной дочерью Товиллой.
1910 году Сьюзен испытывала видения и слышала голоса. В это время ей приснилось, что 5 июля ее муж умрет. Мамми уверилась в реальности происходящего, когда в этот день ее муж, отмахнувшись от уговоров остаться дома, отправился на свою мельницу. Он получил смертельную травму во время работы.

Среди людей, знавших Сьюзан, трагическое событие вызвало не столько сочувствие, но страх. Люди решили, что столкнулись с еще одним доказательством существования потусторонних сил. Но нашлись и такие соседи, кто решил, что причина кроется в самой Мамми. Она никто иная, как ведьма. Иначе, как объяснить смертоносную точность ее предсказания?

Вечером 17 марта Сьюзани и Товилла занимались тем, что ухаживали за местным фермером по имени Джейкоб Райс. Он получил серьезную травму стопы на работе и, преодолев предубеждение, обратился за помощью к Мамми. Известно ведь, что ведьмы имеют способности к врачеванию.

Перед тем как лечь спать, Мамми пришла в комнату к Райсу, чтобы поменять повязку. Как только она наклонилась над мужчиной, в коттедже прозвучал взрыв. Окно с дребезгом разбилось и, ворвавшийся в комнату поток воздуха, загасил все свечи. Помещение погрузилось во мрак. В этот момент прозвучал второй резкий звук. Стало понятно, что, как и в первом случае, это был выстрел. Только второй прозвучал тише и менее раскатисто. В первый раз стреляли из дробовика, второй — из пистолета.

Некоторое время люди лежали на полу. В тишине слышались только всхлипывания Товиллы. Когда, наконец, она решилась подняться и зажгла керосиновую лампу, открылась страшная картина. На полу в луже крови лежала Сьюзанн Мамми с простреленной грудью. Она была мертва.

Товилла и Райс просидели до утра рядом с трупом, и только потом девушка побежала за помощью. Райс, корчась от боли в ноге, тоже нашел в себе силы направиться к ближайшим соседям, проживавшим в миле от дома Мамми.

Полицейские следователи впоследствии установили, что Сьюзен Мамми была застрелена единственной пулей в область грудной клетки. В стене они нашли дробь. Картина вырисовывалась такая: преступник вышиб окно выстрелом из дробовика, а потом прицельным выстрелом из пистолета застрелил Мамми. Правда, в таком случае следовало признать, что стрелку сопутствовала большая удача — попасть в цель в темноте.

Начав следствие, детективы сразу же столкнулись с неоднозначной репутацией покойной. Оказалось, что она вела уединенный замкнутый образ жизни и имела множество врагов, желавших ей смерти. В Рингтауне им поведали, что старушка «сглазила» нескольких человек, а на других наложила проклятие. Когда стало известно о ее смерти, в городе прокатился вздох облегчения.

Несмотря на множество подозреваемых, вскоре внимание следствия было сосредоточено на личности одного местного жителя. Уже через три дня после убийства, несколько мальчишек рассказали детективам об автомобиле, припаркованном на дороге, ведущей к дому Сьюзен Мамми. Машина была пуста, но они узнали ее. Она принадлежала 23-летнему Альберту Шинскому.Шинский был вежлив, держался уверенно. Добродушный молодой человек с примерной репутацией. Его любили все, кто его знал. Выходец и уважаемой в общине семьи, Шинский встречался с очаровательной девушкой Селиной Берстел, которая его обождала и собиралась выйти за него замуж. Трудно было представить, что Шинский мог убить беззащитную пожилую женщину. Однако во время первого же допроса он заявил: «Да, я убил Сьюзен Мамми».

Жизнь Альберта Шинского складывалась замечательно до 17 лет. Но потом она изменилась. Постепенно энергичный юноша превратился в вялого и изможденного человека. Он утратил внимание и сосредоточенность в работе, стал оболочкой самого себя, утратил внутренний стержень, и не мог объяснить почему. Не имея возможности заниматься трудом, требующим физического или умственного напряжения, Шинский вертел баранку, развозя рабочих местной шахты.

На допросе он поведал, что некоторое время назад, еще до автоперевозок, он работал у одного фермера, который долго и упорно боролся со Сьюзен Мамми. Они судились за участок земли, на который оба претендовали. Однажды, когда Шинский проходил мимо поля Мамми, он увидел странную картину. Женщина стояла посреди поля и пристально смотрела на него. В этот момент Альберт почувствовал, будто стальные пальцы сдавили горло. С этого дня он стал испытывать «физические и психические» мучения, которые и подорвали его здоровье.

Шинский красочно и эмоционально описывал, как регулярно чувствовал чьи-то руки на собственных плечах или горле. И он догадывался, чьи это руки, или по чьей злой воле они впиваются в его тело. Далее становилось только хуже. Шинский стал слышать голоса, которые окончательно убедили его в виновности Сьюзен Мамми. Они не возникали из ниоткуда. Шинский общался с Черной кошкой, которая посетила его в одну из ночей и больше не покидала его.

Шинский обращался к врачам и священникам, но никто не мог ему помочь. И что они могли сделать против власти дьявола? Так считал Альберт. Он ходил и к другим местным знахарям и врачевателям, использовавших нетрадиционные методы. Они давали ему какие-то зелья, амулеты и настойки, но и они оказались бессильны. Кошка всегда возвращалась. И, наконец, она сказала Альберту, что он должен убить Сьюзен Мамми. Это единственный способ избавиться от проклятия.

Накануне 17 марта Шинский одолжил дробовик, зарядил его «волшебной» пулей, которая гарантированно убьет ведьму, и пробрался на ферму Мамми. Альберт бодро и весело рассказывал следователям, что сразу после убийства он почувствовал себя другим человеком. Жизненные силы вернулись! Альберт ни о чем не жалел, излучал радость и облегчение.

Девушка Шинского, Селина Бернстел подтвердила большую часть истории своего жениха. Она не сомневалась, что он был заколдован. Селина считала, что имеет представление, о чем говорит, так как в прошлом ее двоюродного брата также посещал призрак старой женщины.

Бернстел испытывала материнские чувства к Альберту, жалела его и описывала его как «маленького щеночка» и «потерянную душу». На нее саму оказало влияние состояние Шинского. Она рассказывала, как иногда, проснувшись утром, видела Альберта, стоящего перед кроватью на коленях и корчащегося от боли.

Когда Селина спрашивала Альберта о свадьбе, он отказывался, говоря, что ведьма не позволит ему жениться. Хотя Бернстел не знала, что Шинский готовится совершить убийство, но она отметила, что после смерти Сьюзен, Альберт изменился в мгновение ока. Он почувствовал себя свободным от проклятия.

После ареста Альберт Шинский стал кем-то вроде местного героя. В полицию пришли и другие люди, которые заявили, что Сьюзен Мамми прокляла и их, но теперь они преобразились, избавившись от ее чар. В знак благодарности за избавление от ведьмы, горожане даже создали фонд в поддержку обвиняемого в убийстве Шинского. Сам убийца оставался в приподнятом настроении и даже перспектива сесть на электрический стул не пугала его. «Меня это не волнует. Я в мире», — говорил он с улыбкой.

Селина заявила, что готова выйти за Альберта замуж немедленно, несмотря на то, что он сидит в тюремной камере. Но Шинский снова отказался, правда, по другой причине. Он сказал, что не хочет такой мрачной свадьбы. Судя по всему, он явно рассчитывал, что выйдет на свободу.

Совершенно очевидной линией защиты на суде было доказательство невменяемости обвиняемого. Адвокаты настаивали на сумасшествии, но сам Шинский выглядел рациональным и спокойным. Более того, он яростно отвергал предположение о собственном психическом нездоровье и с негодованием отвергал подобные измышления.

Но все же психиатры решили иначе. Они вынесли заключение, что Альберт Шинский страдает ранним слабоумием, одним из проявлений которого является параноидальный бред. Психиатры рекомендовали отправить подсудимого в государственную психиатрическую больницу Фэрвью для принудительного лечения. Судья согласился с таким решением и вынес соответствующий приговор.

Шинскому сохранили жизнь, но к несчастью для него заведение Фэрвью имело гораздо худшую славу, чем любая тюрьма. Современники, не стесняясь в формулировках, сравнивали называли его «неконтролируемым притоном», нежели лечебным учреждением. Охранники и сотрудники больницы регулярно издевались над пациентами, нередки были даже случаи убийства больных, за которые никого не наказывали. О Фэрвью ходили слухи, что вокруг здания клиники располагались тайные кладбища, на которых хоронили умерщвленных больных. В этой больнице можно было исчезнуть навсегда, независимо от того жив ты или мертв.

Такая судьба ждала Альберта Шинского, если бы о нем не вспомнили в 1968 году. К этому времени он провел в психушке 34 года. Адвокат Уильям Дж. Кренцевич заинтересовался случаем Шинского и задался целью добиться пересмотра его дела.

Сам Альберт был готов к пересмотру, даже если это означало признание его вменяемым. «Я был юным, глупым, суеверным молодым человеком, когда совершил убийство. Я уже достаточно наказан за это преступление».

Но это был еще не конец. Альберту Шинскому предстояло оставаться в заключении еще 8 лет, до 1976 года, когда состоялся новый судебный процесс. Судья постановил, что Шинский компетентен, чтобы предстать перед судом. Однако процесс так и не состоялся. Власти решили, что Альберт, действительно, понес достаточное наказные, и его просто выпустили из больницы.

Известно, что Альберт, проведший в заключении в общей сложности 42 года, вернулся в родной Рингтаун, где и прожил остаток жизни.

Приемная дочь убитой «ведьмы» Товилла прожила до 1963 года. Невеста Альберта Силия вышла замуж через 4 года после его ареста и впоследствии проживала с мужем в другом городе Пенсильвании.

Сам Альберт Шинский умер своей смертью в 1983 году в возрасте 72 лет. Говорят, что призраки и голоса его уже не преследовали.