Почему Москва лучше европейских городов. Мнение серба (2 фото + 1 видео)

Эта эмоция, которая была весь турнир у России, она была очень сильной. Наверное, только в четвертьфинале ее съела эмоция более сильная, которая была у сборной Хорватии. Я очень хорошо знаю эту команду, это все-таки мои бывшие соотечественники. Несмотря на все наши политические разногласия, у меня много товарищей всегда было в этой стране, и я искренне радовался, что они дошли до финала и действительно могли выиграть этот чемпионат. Вот эта эмоция, как люди жили там, наверное, превосходила русскую эмоцию, и поэтому они выиграли тогда в четвертьфинале у россиян. Хотя серия пенальти – лотерея: все могло сложиться иначе.

RuOpen: Ты живешь в Москве и говорил, что люди живут в хрущевках как скотина. Ты не меняешь своего мнения? До сих пор считаешь, что это проблема Москвы?

Горан: Это, наверно, немного выдрано из контекста, потому что я помню, что имел в виду. Это было мое первое впечатление от столицы и от России. Нас первый раз провезли по московскому метрополитену, и на некоторых станциях я хотел бы, чтобы мне поставили кровать и умывальник, чтобы я мог жить там, потому что это настоящие дворцы. На фоне этого хрущевки и то состояние жилья, которые было в двухтысячных годах… Сейчас, наверное, все это в лучшую сторону изменилось, но то было сравнение с тем, что люди ездят в метро, которое похоже на Тадж-Махал, а живут вот так. Для меня это было сравнение социальной жизни общества в целом и жизни отдельных персонажей. Что у людей все как бы не устроено, но при этом в их распоряжении остатки советской роскоши.

RuOpen: А еще какие есть проблемы в Москве?

Горан: Я вожу, поэтому транспорт, пробки – это безумие. Я, например, был в Японии, и там эта проблема, вроде как, стоит особняком по отношению ко всему остальному миру, но здесь ничуть не лучше со всем этим делом.

RuOpen: А в чем Москва меняется?

Горан: Во-первых, меняется то, что у тебя под ногами, потому что каждый год опять кладут новую плиту, новые бордюры. Я не знаю, с чем это связано. Каждый год я вижу, что ходить и ездить лучше. Дураки и дороги же – две главные проблемы? С дорогами, мне кажется, разобрались. В Москве, по крайне мере, точно. Мне очень нравится.

RuOpen: А что отличает Москву от европейских городов, европейских столиц?

Горан: Для меня Москва всегда была своеобразным "Стамбулом" – это смесь европейский цивилизации и азиатской. Это смешение культур, оно исторически не такое, как сейчас везде в Европе. Моя семья живет в Цюрихе, и там самое популярное имя – Мухамед, а самое часто строящееся здание – мечеть. В Швейцарии. Но это в последние годы, а в Москве и в России это было веками, начиная с татаро-монгольских времен. Этакий сплав – не искусственный, как в Европе – а исторический, натуральный, этнический. То, что здесь представлено огромное количество наций, культур, религиозных конфессий. В этом Москва отличается в лучшую сторону. Здесь для всех есть место.

RuOpen: А в чем Москва превосходит европейские города?

Горан: Мне, например, очень нравится архитектура Москвы, сталинская опять же. Когда ты гуляешь по центру города, ты чувствуешь себя таким маленьким по сравнению со всем этим, таким ничтожным. В Европе это мало, где встречается. Я только в Америке такое видел. А в Европе даже сравнить не с чем. Если только с Лондоном, но там все равно все равно есть застройки двухэтажными кварталами. А здесь – такая громада, на которую приятно смотреть.

RuOpen: А есть еще какие-то позиции, своеобразный топ того, что обозначает российское превосходство?

Горан: Культурный код, наверное, который здесь есть. Литература, кинематограф, который я только недавно начал для себя открывать, советский – очень хороший. Естественно, литература, с которой мы все знакомы с начальных классов нашей школы, еще в Югославии. Музыка, композиторы, ученые. В общем, здесь всегда были люди талантливые, люди с мозгами, даже когда не было возможности проявить себя в этом государстве (в разных государствах: империя, Советский Союз – не важно). Мало что для творческого человека там делалось, но при этом это творчество всегда жило, вырывалось наружу и всегда имело огромное количество последователей за пределами России. Взгляните на театр: это все строится на том же Чехове - везде, в Великобритании, во Франции, в Сербии.

RuOpen: К чему движется Россия, на твой взгляд?

Горан: Наверное, к главной мечте президента – двуполярному миру. Возрождению того, что называлось двуполярным миром, где нет теперь этого центра, этого мирового жандарма - США, а есть равновесие и в Восточном полушарии Россия вновь становится центром силы, который может конкурировать с США и не позволять последним диктовать свои условия, как это было в конце 90х.

RuOpen: Ты вот говоришь, что Россия – общность, но обрати внимание, что у нас на сегодняшний день очень популярны настроения анти – я бы даже не назвал их антироссийскими – они называют их по-другому: это оппозиционно настроенные граждане, которые выходят на митинги. Как ты относишься к этому блоку и что он из себя представляет? Имеет ли он какие-то основания и правое ли это дело?

Горан: Основания, наверное, есть, потому что столько всего произошло, например, в последний месяц – и дело журналиста, и история с мусорками на севере, и Екатеринбургский сквер – конечно, если покопаться внутри, люди…это правильно. Они понимают, что вокруг происходит что-то... Это опять же идеологически: человек видит, что происходит что-то не то, что творится несправедливость, произвол, беспредел.

RuOpen: Но почему же тогда эти люди, которые объективно видят несправедливость в мире, ставят своей целью свержение действующей власти, а не изменение России к лучшему, исправление проблем, недочетов?

Горан: А мне кажется, это потому, что они видят в этой власти проблему. Коррупция, огромное количество денег, которое распределено между, условно говоря, несколькими людьми в элите. Народ это видит, и это пролетарское недовольство все равно будет. Во что оно выливается?

RuOpen: Я был в метро, и женщина раздавала листовки, агитировала за Яблоко. Выборы в Мосгордуму, и у них какой-то свой кандидат. Я открыл листовку и увидел его предвыборную кампанию: черным жирным шрифтом выделено слово коррупция. Борьба с коррупцией. Мы победим. Мы всех посадим. То есть человек, избираясь в Мосгордуму, ставит своей целью искоренение коррупции. Не упоминая ни общественные инициативы, ни социальную сферу, ни благоустройство – ничего, они приходят и начинают бороться с коррупцией.

Как ты относишься к таким оппозиционным настроениям, когда во главу угла ставится один единственный тезис, в который бьют оппозиционные блогеры (тот же Навальный): дворцы, деньги, воровство. Нет другого. Как ты относишься с этой однонаправленности?

Горан: Ну, вот этого блогера, которого ты упомянул… у меня к нему было странное отношение поначалу, а сейчас я иногда смотрю то, что он выпускает, и понимаю, что…наверное, да…Когда простой человек видит вот эти дворцы и все, что он показывает в своих расследования, понятное дело, что ничего кроме злобы и досады у простого жителя России это не может вызвать. Когда он видит, как он живет как скотина, а они живут как короли. Но это же в любом обществе есть. Это есть в Америке, это есть в Европе. Ну вот кто, хотя бы в одном цивилизованном государстве, побеждал коррупцию? Вот из новейшей истории. Если мне кто-нибудь скажет, я поеду в Сербию и буду баллотироваться в президенты, стану президентом и сделаю то же самое.

RuOpen: У тебя, кстати, родственники связаны с бывшим руководством бывшей Югославии, насколько я помню.

Горан: Да, Драгон Лакович – мой дед. Он состоял в коммунистической партии Югославии. И мы хорошо жили, кстати говоря. Я понимаю, что я жил в своем в детстве лучше, чем кто-то из моих одноклассников и ребят, с которыми я играл в футбол во дворе. Это всегда так. Это правительство, у которого есть деньги, а это народ, у которого денег нет. Как это все поменять? Это, мне кажется, гораздо сложнее, чем просто написать на листовке, что я буду с этим бороться. С чем бороться? Вот Навальный борется. И что? У него получается?

RuOpen: Так у него одна цель, по большому счету – свергнуть, победить.

Горан: А что-то взамен предложить? А что дальше? Ну вот они свергли - и что? Я не вижу, как. Я не то чтобы такой поклонник власти, но, если ты говоришь о революции, нужно что-то предложить взамен.

RuOpen: Есть еще, что сказать, касательно преимуществ России над Европой?

Горан: Наверное, это будет третьей составляющей в топе – это перспектива, которая в России есть. В отличие от европейского общества, на мой взгляд, в России есть перспектива того, куда идти дальше. Она сама выбирает свой путь последние лет 15, и кто бы не пришел на смену существующему руководству, у России есть варианты, она может рассматривать эти варианты. Европа же идет на поводке, по пути, который им диктуют там, в Вашингтоне. К сожалению, это так. Я вижу, что в Германии, где я немало лет прожил и где у меня огромное количество близких людей, я вижу, как эта великая страна, со своей историей, со своим культурным наследием, теряет свое лицо, теряет какую-то самоидентичность. Куда ее поведут – туда она и пойдет. Перспектив нет. Или они, на мой взгляд, совсем не радужные. И любая страна ЕС в этом плане ходит по тонкому льду. А России есть, куда идти, есть, с кем, потому что есть партнеры – это главное, где наши дети будут. Это главное, и у России оно есть.

RuOpen: Ты в предыдущем интервью говорил, что мы все живем в США. В чем это проявляется?

Горан: Во всем. Начиная от того, как мы общаемся, от медиа пространства, в котором мы все присутствуем, от одежды, в которую одеваемся. Это мир, который США придумали, и мы в нем живем. К сожалению или к счастью.

RuOpen: И в то же самое время твое отношение к США исторически сложилось…

Горан: Оно очень противоречивое. Конечно, если бы ты меня спросил об этом 15 лет назад… Я однажды присутствовал на митинге и участвовал в сожжении американского флага, в танцах на нем, когда они провозгласили независимость Косово. Это страна, которая бомбила мою страну. Это страна, которая управляет через третьи руки моей страной по-прежнему. Но мы все смотрим фильмы, читаем книжки, слушаем музыку – все это американское, и мы все в их культуре. Их культурное влияние огромное. Их культура просто легче, чем русская, у нее нет такой истории, у нее нет такого подхода. Мы все читаем битников, например: Уильяма Берроуза, Джека Керуака или научных фантастов, таких как Филлип Дик, Карр, но это же не Достоевский и не Лев Толстой. Это абсолютно другое масштабирование продукта. Поэтому оно как поп-арт, и это, соответственно, легче скушать нам всем. Это намного проще, чем "Преступление и Наказание". Соответственно, мы все в этом живем, потому что этот поп-арт очень легко примерить на себя. Поэтому мы все американцы в этом плане.

RuOpen: И все же в США ты бы никогда не остался жить?

Горан: Нет. Никогда. Я помню, второй мой визит туда, к тете в Висконсин. Это было в девяносто девятом, когда были уже бомбардировки, и мы уехали туда с бабушкой. Это был апрель. Тогда произошел Колумбайн – расстрел в школе, который во многом переписал историю США и который, безусловно, ужаснул всех во всем мире. Я тогда поразился, я был в шоке, потому что Америка для меня всегда была какой-то красивой картинкой: пляжи Малибу, Брюс Уиллис, Том Круз, Памела Андерсон – все у них хорошо, все красиво и все есть.

Но при этом двое детей приходят в свою школу, убивают своих сверстников, учителей, а затем – себя, без каких-либо на то причин, ну, кроме травли и каких-то психологических историй. School shooting в Америке и все это для меня стало шоком тогда. Потому что у нас шла война, у нас не было ничего, но люди цеплялись друг за друга, это было большое объединение нации всегда, когда какая-то внешняя агрессия происходила , а там: я приехал в страну, где есть все и – может быть, с жиру бесятся, я не знаю – но дети идут и убивают детей. Для меня это было шоком. Это вот самое первое мое впечатление об Америке. Оно тоже разное. И не всегда это такая розовая картинка, которую нам рисует Голливуд. Это общество со своими проблемами, колоссальными проблемами. Общество со своими прибамбасами ментальными.