Ассасины: правда о сектах таинственных убийц (7 фото)

Что в их истории правда, а что заблуждения?

Вот уже двенадцать лет, раз в год мир компьютерных игр получает очередной бестселлер: новую игру из серии Assassin’s Creed, рассказывающую бесконечную историю о древнем ордене ассасинов и его борьбе с тамплиерами. Assassin’s Creed стала одной из самых продаваемых игровых серий, принёсшей своим создателями гигантскую прибыль. Для закрепления успеха в 2016 году вышел фильм «Кредо убийцы».

Но какова же история настоящих ассасинов? Где правда, а где вымысел?

В конце XI столетия ещё совсем недавно монолитный и могучий исламский мир раскололся на части и переживал не лучшие времена. Арабский халифат распался, единый ислам раскололся на множество сект и вероучений, которые ожесточённо враждовали между собой.

Едва ли не большей частью мусульман в это время правили исмаилиты: еретики-сектанты, распространившие свою власть от Магриба до Аравии. Учение исмаилитов было очень простым: проклятые шииты лишили Исмаила, законного потомка Мухаммеда, права стать имамом, а затем попытались убить его. Но Исмаил выжил и стал «скрытым имамом», который вернётся в мир перед концом света.

в исламе господствуют два вероучения — суннизм и шиизм. В отличие от христианства, разница между ними скорее политическая, нежели богословская. Хотя за столетия исламские мудрецы накрутили вокруг противостояния суннитов и шиитов много умных слов, практические различия этих учений сводятся к ответу на вопрос: кого признать лидером всех мусульман — имама, из числа прямых потомков Мухаммеда, или халифа, которым может стать любой достойный (читай — располагающий достаточной военной силой и деньгами) человек?

Исмаилиты господствовали на обширных территориях, но везде их окружали сунниты и шииты. Эти люди придерживались консервативных воззрений и к попыткам ограбления и убийства относились крайне негативно. Поэтому исмаилитов не любили и старались доставать всюду, где им не удавалось привести своих лидеров к власти.

В это время в Персии происходили интересные дела. Там правили сельджуки: тюрки-завоеватели, пришедшие из Центральной Азии. Их государство как раз достигло вершины своего могущества. Но существовала проблема — сельджуки были правоверными суннитами, а править им приходилось государством, где примерно половину населения составляли шииты; среди городов и селений меж тем болезненными язвами распространялись законспирированные общины исмаилитов.

Борьбу суннитов и шиитов усугубляло то, что шииты были персами, носителями древней высокой культуры, и свысока поглядывали на недавно слезших с верблюдов и лошадей суннитов — кочевников-арабов и тюрок. Исмаилиты же просто ненавидели всех, кто не принадлежал к их секте, и страстно желали их уничтожить… а имущество забрать себе. На благое дело, разумеется.

В этот момент на политическую сцену вышел Хасан ас-Саббах. Этот незаурядный человек происходил из знатной семьи, получил хорошее образование и во время учёбы в медресе примкнул к секте. В местной общине новообращённый проявил себя талантливым проповедником.

Вскоре Хасан отправился в Египет, где у власти были исмаилиты, чтобы продолжить обучение и обзавестись полезными знакомствами.

Вернувшись на родину, ас-Саббах немедленно приступил к вербовке сторонников. Но он изменил вероучение исмаилитов, доведя его до немыслимого ранее радикализма. Суть его доктрины сводилась к следующему: познание Аллаха и спасение возможны только под руководством имама.

А чтобы лучше грабилось, необходимо без рассуждений выполнять приказы и не сомневаться в своих действиях.

А кто имам? Имам, как все знают, скрыт, но сейчас его временно замещает сам Хасан ас‑Саббах.

Создав вначале небольшую, но лично преданную своему харизматическому лидеру секту, ас-Саббах обзавёлся множеством врагов. Теперь его ненавидели не только власти, считавшие Хассана заговорщиком и агентом враждебных египетских Фатимидов, но и бывшие единоверцы, которые полагали, что появление нового амбициозного лидера и раскол внутри преследуемой секты никак не вписываются в их планы на будущее.

Тогда Хасан принял радикальное решение, изменившее его судьбу.

Но нужна была столица. Ей стала крепость в горной долине Аламут, в самом сердце Персии. Это был мудрый выбор — большинство жителей горной долины поверили посланцам ас-Саббаха и приняли его веру, а аламутская крепость стояла на высокой скале и считалась совершенно неприступной.

Комендант Аламута сдал крепость за три тысячи золотых монет, и Хасан ас-Саббах в сопровождении избранных воинов поднялся на гору, чтобы остаться там на всю жизнь. Спустя всего несколько лет он создал незримую империю ассасинов, которая несла ужас по всему Востоку. Их лидеру было только сорок лет, но несмотря на возраст он уже придумал себе необычный титул…

Так появился зловещий Старец горы.

Основав государство, состоявшее из Аламутской долины и стоящей там крепости, ас-Саббах не остановился. Он приступил к решению двух важнейших задач: превращению Аламута в укрепление, недосягаемое для любой армии, и созданию других очагов своей секты по всему мусульманскому миру.

К созданию филиалов Хасан так же подошёл весьма обстоятельно. Он впервые в истории разработал концепцию того, что с некоторым допущением можно назвать сетевой структурой. Его империя не обладала земельными владениями. Сила Старца горы заключалась в глубоко законспирированных ячейках секты, рассыпанных по городам и селам. А центрами власти стали крепости, которые люди ас-Саббаха возводили или захватывали повсюду.

Персидский историк Ала ад-дин Джувейни писал об этом периоде в истории ассасинов: «Завладев Аламутом, Хасан напряг все силы, чтобы захватить округа, смежные с Аламутом, или места, близкие к нему. Везде, где ас-Саббах находил утёс, годный для постройки укреплений, он закладывал фундамент крепости».

Но главное, что придумал Старец горы — новую политическую идею.

Ас-Саббах первым в истории превратил террор в обыденную практику правления. Ассасины не вели войн. Они несли смерть всем, кто осмеливался выступить против них и покуситься на право секты сидеть в неприступных крепостях и собирать дань со всей округи.

Инструментом террора стали фидаины — от арабского слова «жертвующие» — добровольные мученики за веру, готовые пойти на смерть и выполнить приказ Старца горы. Оказалось, что совсем как в наши дни, от смертников-добровольцев нет эффективных средств спасения.

Исмаилит-фидаин мог обманывать, лжесвидетельствовать, предавать, принимать чужую веру, служить врагам ислама и врагам Старца горы, но все эти грехи прощались ему, как только он выполнял приказ главы секты. Идя на убийство, фанатики жертвовали собой. Их мало интересовала возможность выжить; ведь приняв мученическую смерть они немедленно попадали в рай.

Ассасины враждовали с тамплиерами, сражаясь с ними за мистические артефакты древности. Этот миф, порождённый играми «Кредо ассасина», не опирается ни на какие факты. Ассасины были одним из средневековых мусульманских государств. Они враждовали и вступали в союзы, исходя из собственных представлений о политической целесообразности и не следуя никаким оккультным доктринам. Если требовалось, ассасины поддерживали крестоносцев, чтобы ослабить своих врагов‑мусульман.

Они использовали наркотик гашиш, одурманивая себя, чтобы не бояться смерти. Это очень забавная ошибка, ведь рассказывающие о такой практике не представляют действия гашиша на организм человека. Подобный наркотик вызывает расслабленное состояние, которое вместо боевой ярости и презрения к смерти приводит к желанию лечь и погрузиться в мир самосозерцания.

Но вполне вероятно, что наркотики использовались во время вербовки фидаинов, когда их одурманивали и демонстрировали картины рая, вызывая стойкую убежденность, что слова Старца горы — совершенная правда и за них стоит умереть. О таком применении наркотиков писал ещё Марко Поло.

Ассасины действовали по всему Средневековому миру, находя своих жертв далеко за пределами мира ислама… Это ложь. Конечно, влияние исмаилитов и Старца горы было велико, но оно никогда не выходило за пределы Персии и Сирии, где были сосредоточены их крепости. Никакого интереса не было у ассасинов ни в Европе, ни в Индии или Китае. И, разумеется, рассказы о приключениях ассасинов в Италии времён эпохи Возрождения или в революционной России — вымысел сценаристов компьютерной игры. Секта Старца горы прекратила своё существование ещё в XIII веке, и у них нет никаких наследников.

Ассасины не знали поражений. Это почти правда: большая часть врагов исмаилитов пала от руки убийц. Но, например, султан Салах ад-Дин, давний недруг ордена, пережил два покушения и умер своей смертью.

Подготовка ассасинов велась долгие годы с помощью особых техник, превращавших простых людей в фантастические машины смерти, которые превосходят даже легендарных ниндзя… Но это тоже не более, чем легенда. Изощрёнными убийцами ассасины становились не потому, что их делали суперменами, отбирая из тысяч кандидатов.

Секрет успеха агентов Старца горы прост: терпение и готовность ко всему. Чтобы убить султана или вельможу нет необходимости быть великим воином. Достаточно стать его поваром или слугой. И, разумеется, не бояться разоблачения и смерти. Тут фидаины всегда демонстрировали редкую решимость.

Но власть террора не может быть бесконечной. В середине XIII века ассасины получили удар с двух сторон. С запада их теснили мамлюки, захватившие власть в Египте, а с востока пришли монголы, которые не терпели никого, кто мог претендовать на власть в землях, захваченных Ордой. Хулагу, внук Чингиз-хана, предложил всем правителям исмаилитских крепостей капитулировать или умереть. Последний имам ассасинов был слабым, любил роскошь и не хотел воевать. Он сдался монголам. Его увезли в монгольскую столицу Каракорум, где имам бесследно пропал.

Аламут держался до 1256 года. Монголы подвели к нему войска и после четырёхдневного штурма неприступная крепость пала. Вместе с ней пала и держава ассасинов, навсегда уйдя в историю и оставив после себя лишь воспоминания о неуловимых и безжалостных убийцах. Последние убежища ассаинов двадцать лет спустя уничтожил египетский султан Бейбарс.

Нашему миру остались только предания, легенды и чрезмерно романтизированный, мистический образ — впрочем, сослуживший современному искусству неплохую службу.