Как лавина погубила 60 тысяч человек (25 фото)

Увы, катастрофа ничему не научила людей — деревню отстроили, а через восемь лет новая лавина опять уничтожила Ранраирку и несколько близлежащих поселений. Только на этот раз жертвами стихии стали больше 60 тысяч человек.

Самая страшная в истории человечества гляциологическая катастрофа произошла 31 мая 1970 года.

Юнгай — совсем небольшой по меркам Перу городок. Сегодня здесь проживает всего десять тысяч человек, что, однако, не мешает этому населенному пункту быть столицей одноименной провинции. Полвека назад здесь жило вдвое больше людей. Почти все они погибли за считанные минуты в последний день весны 1970 года.

Утопающий в зелени Юнгай был типичным, ничем не примечательным заштатным поселком. Но с присущими региону особенностями вроде потрясающей красоты видов. Во второй половине XX века здесь пробился слабенький туристический ручеек, своим появлением обязанный соседству городка с Уаскараном — четвертой по высоте горой в Южной Америке. Альпинисты со всего мира начали стекаться в Юнгай, чтобы подготовиться к покорению ледяной вершины высотой почти 6800 метров.

В 1962 году Юнгаю повезло — ледник прошел мимо, растерзав десяток деревень, но не тронув столицу провинции. Сразу после катастрофы Уаскаран посетили двое американских ученых: они сообщили о существовании еще одного огромного куска породы, падение которого могло бы привести к полному разрушению Юнгая.
Исследователи обратились в газету, чтобы предупредить горожан. Однако перуанские власти запретили американцам распространять сведения о возможной новой катастрофе под угрозой тюремного заключения. Ученые уехали из страны, а через восемь лет, несмотря на запреты правительства, природа взяла свое.

31 мая 1970 года, воскресенье. Большинство жителей Юнгая отдыхают, укрывшись от палящего дневного солнца в своих домах или на скамейках в тенистых аллеях. В 15 часов и 23 минуты окрестности Уаскарана содрогнулись от мощного землетрясения. Его эпицентр находился в акватории Тихого океана, в полутора сотнях километров от берега.
Но этого хватило, чтобы от северного пика Уаскарана откололся массивный кусок льда и горной породы длиной около полутора километров. Ринувшись вниз, ледяной поток объемом в десятки миллионов кубометров за несколько минут преодолел 16 километров, достиг реки Санта, перекрыл ее и даже заставил течь в обратном направлении.

В это время люди, жившие фактически у подножия горы, еще не понимали, какая беда надвигается на них. Жители Юнгая почувствовали подземные толчки, но ослабили бдительность, как только непродолжительное землетрясение прекратилось. Убийственная же катастрофа приближалась не снизу, а сверху.

«Мы услышали появившийся словно со всех сторон очень сильный шум, как будто мимо пролетает множество самолетов. Понять, откуда он доносится, было невозможно. Но вскоре мы увидели, как с Уаскарана надвигается черная завеса высотой больше 400 метров, которую то тут, то там прорезают разноцветные вспышки», — рассказывал впоследствии один из немногих переживших катаклизм.

Убивать людей лавина начала издалека. Достигавший скорости 450 км/ч поток из-за особенностей горного склона несколько раз резко менял направление движения. В эти моменты из языка лавины, словно пушечные ядра, на расстояние до полутора километров вылетали камни, льдины и грязевые комья.
Смертоносный «артобстрел» не щадил никого и ничего — валуны, вес которых мог достигать нескольких тонн, оставляли глубокие кратеры, разрушали каменные дома, убивали скот и людей.

Юнгай мог спастись благодаря хребту высотой 230 метров, который находился на пути лавины. Однако двигающийся на воздушной подушке поток набрал такую скорость и силу, что, столкнувшись с хребтом, гигантской волной взметнулся над ним, перелетел через препятствие и обрушился на несчастный город.

«Было видно, как сотни людей в Юнгае бегут в разные стороны. Я добежал до верхней площадки холма в тот момент, когда поток каменных обломков ударился об основание этого холма… Это было самое ужасное, что я когда-либо пережил, и я никогда этого не забуду», — приводится воспоминание очевидца в книге «Этюды о селевых потоках».

Через три минуты после начала схода лавины Юнгай почти со всеми своими жителями оказался погребен под десятиметровым слоем льда, камней и грязи. О том, что здесь когда-то жили люди, не напоминало ничего. Лишь редкие верхушки некоторых особо устойчивых пальм да стена храма выглядывали из серо-коричневой массы, мигом поглотившей целый город.

В мгновение ока погибли почти 20 тысяч юнгайцев. Спаслись менее 300 человек, которые, едва почувствовав подземные толчки, бросились к вершине кладбищенского холма, возвышавшегося над поселением. Также погибла группа чехословацких альпинистов, готовившихся к покорению андской вершины.

Помимо Юнгая пострадали десятки других поселений. Отстроенная после лавины восьмилетней давности деревня Ранраирка на этот раз окончательно была стерта с лица земли. Поток прошелся еще по нескольким сопредельным поселкам, уничтожил фермы и дороги, затопил аэродром, снес железнодорожный мост, на год вывел из строя гидроэлектростанцию, разрушил несколько портов.

Точное число жертв гляциологической Уаскаранской катастрофы до сих пор неизвестно. Согласно одним данным погибло 40 тысяч человек, тогда как еще 20 тысяч числятся пропавшими без вести. По другой информации, стоит говорить о 50 или 70 тысячах погибших. Примерно полмиллиона человек остались без крова, 150 тысяч получили ранения различной степени тяжести. Уаскаранская лавина стала самой чудовищной катастрофой во всей Южной Америке. Ни до, ни после нее здесь не гибло столько людей в результате природных стихий.

Это случилось в воскресенье, 31 мая 1970 года. Закончился первый футбольный матч чемпионата мира, где встречались команды Мексики и СССР. Болельщики еще обсуждали итоги этой игры. По традиции многие перуанцы легли отдохнуть после обеда, чтобы затем пойти в гости, кафе, приятно провести воскресный вечер.

Около 15 часов 20 минут жители услышали отдаленный гул. Вздрогнула и затряслась в бешенном припадке земля. Вертикальные и горизонтальные толчки разрушали дома, возникали и исчезали трещины. Десятилетиями накапливавшееся в земной коре напряжение вдруг нашло выход — 42 секунды перемешались подземные слои, — и все снова пришло в равновесие.

Но эти секунды изменили облик поверхности, уничтожили то, что миллионы людей создавали столетиями, принесли огромные муки, нужду и лишения сотням тысяч человек.
— Это ужасно! На нас падают горы… Всюду пыль… Люди задыхаются! — эти сигналы бедствия были последними словами, переданными в эфир перуанским радиолюбителем.

Началась паника. Оставшиеся в живых, обезумевшие от страха люди пытались найти, откопать из руин своих близких, родных, любимых. Никто не знал, что же произошло, что будет дальше. Связь с разрушенными городами и поселками прекратилась. Самолеты и вертолеты, попытавшиеся пробиться в зону землетрясения, вернулись — стояло огромное, плотное облако пыли. Пелайо Альдаве Торасона, 30-ти летний директор школы города Юнгая, так рассказывал о трагедии 31 мая 1970 года:

"За 7 дней до землетрясения в Перу прибыли 15 альпинистов-чехов, чтобы покорить пик Уандой 6000 м над уровнем моря. Лагерь разбили недалеко от Юнгая, в приюте для альпинистов у местного жителя Себа Орео.

Во время восхождения сорвался со скалы руководитель их группы — сын министра ЧССР и смертельно травмировался. Жители Юнгая два дня прощались с ним и собирались похоронить. Но тело отвезли в Лиму, предали кремации, и урну с прахом отправили в Чехословакию. В субботу 30 мая утром группа жителей Юнгая, и я с ними вышли в местечко Уан-конукс, где чехи выкладывали из камней монумент своему погибшему товарищу. На будущее заказали памятник из бронзы. В шестнадцать часов делегация наша ушла из лагеря чехов и в семнадцать тридцать была на Юнгае. 31 мая к тринадцати тридцати я поехал к своему другу Маоре Дегои в Юнгае. Вели разговоры о создании коммунистической ячейки в Уарасе, так как мой друг был членом Комитета защиты революции. Встреча была назначена в центре города. После этого вместе собирались навестить чехов и пригласить их на праздник. Дома в пятнадцать десять я почувствовал толчки, которые быстро нарастали…

Упали колонны дома, и потолок стал раскалываться. В это время почва уходила из-под ног, заметил огромное количество густой пыли впереди, стало трудно дышать. Ощущение, что Земля раскололась. Добежал до угла, где соседка плакала, стоя на коленях, и молилась. В это время на нее упал электрический столб, и женщина погибла на моих глазах. Земля продолжала трястись, количество пыли увеличивалось. Стало темно, и мы не могли разглядеть друг друга. Рядом оказался владелец лавки по продаже деревянных вещей. В руках он нес чемоданчик с денежными накоплениями. С его слов 90000 солей. Услышали нарастающий шум и подумали о взрыве атомной бомбы в Юнгае.

Решили спасаться бегом на восток к Христу-спасителю, что венчал наше кладбище. Бронзовая фигура Христа — девять метров высотой. Высота всего кладбища четыреста метров, состоит оно из трех платформ. На второй и третьей платформах были ниши для гробов, а между первой и второй платформами — портик из цемента с надписью "Войди в усыпальницу ". К фигуре Христа вела лестница, к которой мы и устремились.

Я помогал другу, тащил его за руку. Пошел сель. С огромной скоростью с горы спускалась масса из грязи, камней, льда, воды. Мы разулись и побежали босиком. Оставался один квартал до кладбища. Навстречу летели кирпичи, мы из последних сил рванули до "писты " (дорога в рай). Я растратил силы и упал на середине этой дорожки. Мне помогли подняться. Цель была рядом. Страх смерти гнал нас, и мы проскочили железную дверь у входа на кладбище к первой платформе. Лестница была еще целой, что позволило нескольким -жителям Юнгая спастись. А рядом сель смывал людей в реку. Я увидел огромные камни, летящие вперед в беспорядке, и мы стали быстрее карабкаться наверх, к Христу. Я опять упал меж камней, сель был совсем рядом. Я приготовился к смерти. Мне стало все безразлично. Я хотел смерти.

Мимо пробегала пятнадцатилетняя девушка из нашей школы. Она помогла мне подняться. Мы пошли дальше по лестнице. На первой платформе в это время находилось около восьмисот человек. Было тесно, все толкались, сбрасывая при этом друг друга в поток, и сель накрывал их. Огромные камни летели мимо, как ядра орудий, густой слой пыли накрыл нас. Кладбище продолжало трястись. Христос раскачивался из стороны в сторону. Все были уверены, что это атомная война, и высочайшая вершина — Уаскаран — падает на нас. Стало совсем темно. Многие искали убежища за кладбищем, боясь потока и падения на людей фигуры бронзового девятиметрового Христа.

Среди нас была женщина, сошедшая с ума. Она рвала на себе волосы и призывала всех к смерти. Постепенно тряска уменьшалась. Пронесся ураганный ветер, который более или менее очистил воздух. Мы увидели с высоты кладбища останки Юнгая. Это было ужасное зрелище. Красивейший город, где росло более тысячи пальм, полностью разрушен и накрыт восьми-двенадцатиметровым слоем селя. Меня окружили оставшиеся в живых ученики школы. Все плакали о погибших родных и разрушенных домах. Нам удалось спастись только потому, что в двухстах метрах от кладбища было ущелье двухсотметровой глубины — русло реки Каликанто. Селевой поток, ударившись в первую платформу кладбища, пошел по двум руслам, влево и вправо. Правый, самый большой, попал в это ущелье, заполнил старицу и не смог подняться выше.

Я стал успокаивать учеников. Говорил им, что главное теперь — выжить. Тут я увидел коллегу, учителя Глиссерио Флорес из местечка Ран-раирка. Он выбрался из подобной ситуации в 1962 году. Флорес помог мне успокоить людей. Было уже I8 часов. Толчки еще продолжались. Мимо проплывали потоки с кусками горного льда. Народ успокаивался. Не было никакой еды и запасной одежды, чем можно было бы укрыться. Недалеко от кладбища расположен поселок Уткус, который меньше пострадал от землетрясения. Жители его к восемнадцати часам поднялись к нам, чтобы помочь в беде. Нас выжило на лестнице кладбища всего тринадцать человек.

На кладбище находились две французские супружеские пары, члены Национального института геофизики, в сопровождении перуанского инженера. Они были проездом из Карруаса в Уарас. И так как Юнгай привлек их красотой, они остановились у кладбища на своем автомобиле и фотографировали платформы кладбища.

В девятнадцать часов все снова услышали большой нарастающий шум и подумали об очередном селевом потоке. Люди начали петь религиозную песню Санта-Росалия (слава святой Деве Марии), чтобы успокоиться. Учитель Глиссерио сказал, что второй селевой поток дошел до местечка Ранраирка и поселка Матакото, разрушив до 50 процентов домов, и далее пошел по реке Санта. Ширина потока — километра три, длина — около десяти. Это расстояние от Уаскарана до реки Санта. Кто был на кладбище с 15 часов до шести утра, не смогли уснуть, надеялись на помощь правительства и не знали еще, что страшное землетрясение охватило весь департамент Анкаш. Толчки в тот день дошли даже до Лимы, где было остановлено движение транспорта. По чудом спасенному радио узнали об истинных размерах разрушений в департаменте.

1 июня в Перу объявили восьмидневный траур. А через год у подножия Уаскарана вновь вырос Юнгай, однако отстроенный город расположился в километре от погребенного предшественника. Невероятно, но беспечные перуанцы вновь заселили землю у опаснейшей вершины. Спустя пять лет после бедствия правительство Перу объявило территорию Кордильера-Бланка заповедником — так появился Национальный парк «Уаскаран».

Почему остался Юнгай и десяток деревень? Ученые не сомневаются, что рано или поздно с вершины горы снова сойдет ледник. Причиной необязательно будет землетрясение. Например, во время катастрофы 1962 года никаких подземных толчков не понадобилось. За зиму гора набрала много снега, после чего обильные летние дожди ослабили сцепление ледяной массы с горной породой — в итоге под действием силы тяжести лавина поползла, набирая скорость по мере движения вниз.

В ходе изучения оказалось, что обвалы, подобные тем, что произошли в 1962 и 1970 годах, за последние десять тысяч лет случались десятки раз. В среднем Уаскаран избавляется от лишнего груза раз в сто лет. Более того, погребенный под лавиной город Юнгай сам оказался построен на конусе выноса древней гигантской лавины.

Первая документально зафиксированная Уаскаранская лавина похоронила людей в XVIII веке, причем дважды — с перерывом всего в пять лет. Потом еще раз — в XIX веке. Память, увы, порой слишком избирательна. Все это время у горы с поразительным упорством восстанавливались старые поселения или вырастали новые. Несколько десятков тысяч человек, проживающих сегодня в геологически неблагоприятном районе, по-прежнему подвергаются опасности, которая уже не раз собирала кровавый урожай.

Говорят, что сегодняшний Юнгай расположен в более защищенном от лавин месте. Кроме того, специалисты наблюдают за ледяными шапками Кордильера-Бланка и, наверное, в случае новой опасности смогут предупредить людей, у которых будет несколько минут на то, чтобы забраться на какой-нибудь высокий холм. А пока новый Юнгай пытается выживать за счет старого — погребенное под лавиной поселение стало туристической достопримечательностью, за посещение которой с приезжих берут деньги.

Землетрясение и сошедший вслед за ним оползень с горы Уаскаран унесли жизни еще по одним данным 66 794 человек, около миллиона жителей потеряли свои дома, 100 деревень было разрушено или получило серьезные повреждения. По подсчетам, 3 млн перуанцев в той или иной степени пострадали от землетрясения. Сотни школ, электростанции, как, например, в Канон-дель-Пато, требовали ремонта, оказались уничтоженными тысячи гектаров плодородных земель. Материальный ущерб от стихийного бедствия составил 500 млн долл.

Масштаб разрушений поверг правительство Перу в состояние шока. Оно оказалось неспособным ни координировать работу спасательных служб, ни решать вопросы распределения помощи, предложенной более чем 60 странами