«Замбога Бородуля» - малоизвестная утопия Корнея Чуковского (3 фото)

За это он получает звание «заместитель Бога». Техницизм, демиург, иностранные разведки, светлое будущее – Чуковский хорошо отразил социально-культурное наполнение той эпохи.
В сентябре 1925 года Чуковский занёс в дневник: «Пишу свой идиотский роман». В итоге у него вышло самое незаметное произведение. А напрасно. Этот роман – одна из интереснейших Утопий советских 1920-х. В книге Ирины Лукьяновой из серии ЖЗЛ «Корней Чуковский» приводится сюжет об этом романе. В ознакомительных целях мы в сокращении даём рассказ о «Бородуле».
«Бородулю» — так назывался роман — в мае 1926 года начала печатать «Вечерняя Красная газета». Роман выходил в ней крохотными выпусками на протяжении нескольких номеров. Уже после смерти К.И. роман разыскала Ирина Андрианова и опубликовала в журнале «Природа и человек» (№1, 1987). Во вступительной статье она приводит предисловие Чуковского к «Бородуле». В нём К.И. уверяет, что рукопись принёс ему «курчавый брюнет», который зарабатывал на жизнь сочинением стихотворных реклам; отмечает, что повесть дикая, но в ней есть вдохновение. Редакция в своём предисловии доказывает, что автор на самом деле — Чуковский: «его стиль, его язык», а Чуковский отвечает, что «имя подлинного автора – Ермолай Натощак». Ещё в двух номерах редакция препиралась по этом поводу с Чуковским, а затем началась публикация «Бородули» — но под именем «Аркадий Такисяк»!
Суть киноромана (он был так назван) такова.
В СССР появляется загадочный волшебник по имени Иван Бородуля, который умеет управлять погодой. Он вызывает дождь в Ленинграде, затем избавляет от затяжного дождя жителей деревни в Новгородской губернии (деревня называется «Перегуды»), устраивает Ходынку на сестрорецком пляже, заставляя одежду убегать от хозяев (брюки, удирающие от хозяина — просто фирменная марка автора), спасает Кубань от саранчи, фруктовые сады Черноморья от урагана, крымский виноград – от северного ветра. При этом сам Бородуля прячется. Его ищут несколько загадочных иностранцев и советский сыщик Лейтес. Тот где-то перехватил письма Бородули, но в них написан полный бред. Затем девушка Екатерина Малявина, чемпионка по гребле, приносит сыщику ещё пачку писем, которые выудила из воды, занимаясь спортом. Из писем сыщик заключает, что учёный Бородуля – страшный антисоветчик, и хочет его арестовать. Но чемпионка Малявина собирается спасти гения.

Убежище Бородули обнаруживается в склепе на Новодевичьем кладбище, но когда туда приезжает сыщик — Бородули уже и след простыл. Его бумаги конфискуют, но их тут же уничтожает шаровая молния, а потом пожар заливает туча.
Сам Бородуля скрывается в Лахте, куда к нему приезжают Малявина и загадочные иностранцы, которые чего-то от него хотят. Девушка, вооружённая помойным ведром, и сам учёный с установкой персонального града дают им отпор. Бородуля рассказывает девушке свою биографию: самоучка, в Первую мировую попал в плен, подружился со знаменитым австрийским учёным, стал изобретать. А потом угодил в лапы мерзавца-фашиста. Фашисты подчинили себе Бородулю — и заслали его в Россию, чтобы устроить засуху и уморить всю страну. Однако он, вернувшись на родину, так проникся происходящим в стране, что стал не вредить, а помогать, спрятавшись от иностранцев в склепе, а те взялись его искать, чтобы принудить к злодейству.
Наконец Бородулю арестовали и стали судить. (В декабре 1925 года Чуковский записал в дневнике, что ему осталась последняя часть романа — суд. Видимо, никак ему эта часть не давалась: 24 января он начал ходить в самый настоящий суд, где слушалось дело о растратчиках. В дневнике написал, что «для преодоления уныний». Дело растратчиков так взволновало его, что он продолжал ходить на заседания суда даже после того, как сдал роман в «Красную»).
Суд Бородулю оправдал, он передал свои разработки государству, и государство открыло Гутивы – главное и губернские управления туч и ветров. И климат решено было установить такой, чтобы сельское хозяйство процветало: «Погоду — деревне!» Бородулю все чествуют, называют его именем центральный Гутив, академик С.Ф.Ольденбург говорит речь, Бородуле вручают золотую медаль и величают «замбогом» — заместителем Бога, и сам он чувствует себя новым Саваофом. Конец романа.

Роман незаметный, не сделавший чести и имени Чуковскому. Но было понятно, что эта поделка почему-то дорога писателю. Чуковский почти пятнадцать лет пытался «пристроить» Бородулю в театре или кино. Есть воспоминания, что в 1932 году он звал Алексея Толстого в качестве протеже, советовался с Горьким (Горький обстоятельно рекомендовал «побеседовать с гелиотехниками – в Слуцке, Самарканде, с полярниками», почитать «Геохимию» Вернадского, поговорить с ленинградскими химиками-электриками). В 1939-м Чуковский всерьёз сотрудничал с десятилетним Комой Ивановым, часами обсуждая с ним, как разгонять тучи – стреляя по ним или распыляя специальное вещество, вызывающее дождь. Начавшаяся война прекратила эти планы по «продожению» романа.

(Иллюстрации – агит-текстиль 1920-30-х)