Корпоративная история

Я- человек добрый. Местами. И даже креативный, но уже другими местами. И так исторически сложилось, что проведение корпоративов повесили на меня, как на самую творческую личность. Ну, а х"ля - картинку нарисовать все равно что ресторан арендовать, меню согласовать, программу прописать. Тоже творчество. И еще у нас обязательно должна быть самодеятельность – сотрудникам предлагалось спеть, сплясать, показать миниатюру, одним словом, что-нибудь отчебучить, дабы коллегам в следующем году было над чем поржать. Как правило, желающих было немного, а отдувались за всех мы с Зайцем. Заяц хорошо пел и играл на гитаре. Я – автор песенок и бэк-вокал. Мы с ним задорно переписали несколько хитов, как говорится - музыка народная, слова идиотские. Ну и зарядили в два голоса в микрофон-

Постой, атаман! Не гнои ты нас в поле!

Позволь посмотреть судьбе в глаза!

Мы ж на валидоле, мы сдохнем в неволе,

Начальник, нажми на тормоза!

Директор Яков ржал так, что водку опрокинул. Причем на стол, а не в себя. Потом нас с Зайцем позвал, руки пожал и предложил выпитить за наше творчество. Чуть позже Заяц пил за наше творчество с заместителем начальника, старшим менеджером, младшим специалистом, шофером, уборщицей… Короче – со всеми, кто предложит.

А я пить не люблю. Меня после двух стаканов вина рвать начинает. Никакого удовольствия. Испортила здоровье в институте медицинским спиртом.





А Заяц чем дальше, тем веселее становился. К одиннадцати часам уже был совсем косой. И когда он заиграл, по струнам не попадая, частушки, и зарядил: «Девки в озере купались…» я поняла, что пора его спасать.

Жил на тот момент коллега в Подольске, в съемной квартире. Можно было дотащить его до электрички и закинуть в вагон, но был риск, что он вывалится на рельсы при попытки выйти. И я потащила его к себе. Как санитарка раненного бойца. Гуманизм – наше все!

Ночь, зима, моя дочка дома одна, ждет маму. В дверь звонят. На пороге – я, согнувшись в три погибели, пру на себе какого-то мужика. На мужике висит гитара в чехле, аки ручной пулемет. Я в дверь заваливаюсь, хриплю дочке - «Сними гитару!» Девочка инструмент снимает, ставит в угол. Я скидываю Зайца, ставлю у стенки. Заяц улыбается дочке безумной улыбкой, говорит - «Привет!» и сползает вниз. Пал смертью храбрых в битве с зеленым змием.

- Мам, это что? – охуевает мой ребенок.

- Это бонус. На работе выдали. Нынче время тяжелое, премии мужиками выдают.

- А папа как же?

- А что папа? Папа рад будет. Мы ремонт пять лет сделать никак не соберемся, а тут целый белорус. Ремонт будет делать, ебеноть!

Зай хохочет с пола. Я поднимаю его пинками и тащу на кухню. Отпаиваю кофе с мексидолом. Кладу спать в гостиной.




Потом приходит муж. Тоже с корпоратива. Дочь его встречает воплем:

- Папа! А мама с работы мужика притащила! В качестве бонуса. Чтоб ремонт делать!

Алик у меня мужик закаленный. После пьяной Верки, которую я тоже с работы притащила, его ничем не испугаешь. Заглядывает в гостиную, оценивающе смотрит на Зайца, и излагает:

- Ну, хоть что-то хорошее с работы приперла. Строителя!

Утром Заяц испытывает жуткий похмел и не менее жуткие угрызения совести. Сто раз извиняется передо мной и Аликом. Алик его хлопает по плечу и говорит:

- Ты орел! Вот Верка весь сортир заблевала. Ты приходи, если что.

А дочка добавляет:

- Ремонт делать!

П.С. Ремонт Заяц делать не стал. Подарил бутылку коньяка для Алика и шоколадку для меня. А я вот думаю – кто его на себе всю дорогу пер, в лифт запихивал, от ментов прятал? Я! Мне - шоколадку. А Алик, зараза, только по плечу стукнул и комплимент сказал. Ему- коньяк.

Несправедливо.