Ереван. Часть 2: вокзалы и особенности (62 фото)

Но путешествуя по Армении, в столицу мы заезжали дважды, и вторым нашим "портом приписки" сделался весьма удалённый от центра и мало чем примечательный район у вокзала. Так что во второй части - про сам вокзал, его окрестности, автовокзалы по окраинам и общий колорит раскинувшегося между ними города из розового туфа.

...Но начнём всё же с Норкского плато - ведь примерно в километре от нашего дома по проспекту Комитаса в сторону окраин находилась станция Алмаст. Или Алмаз, если по-русски - по близлежащему заводу, с 1964 года выпускающему алмазные инструменты. Про эту станцию, или вернее платформу, я знал, что с неё по утрам отправляется поезд в Шоржу за Севаном, и в очередной день собравшись на озеро, мы решили доехать к нему красиво. Выйдя с автобуса там, где нам подсказали местные, мы даже не сразу поняли, где тут станция. Над остановкой - мост с характерным для Еревана рекламным щитом с торчащими за край элементами (не знаю почему, но здесь такое оформление любят!), а платформа... да вон же она, за мостом, куда ведёт лестница:

На платформе мы обнаружили пару глухонемых корейцев, один из которых чуть ли не плакал, и гида, не знающего, что делать со странными подопечными. Поезд курсирует лишь летом, но приехав в сентябре, я узнал об этом от охранников центрального вокзала, хотевших задержать меня за фотосъёмку - во всех расписаниях, хоть на яндексе, хоть на сайте Южно-Кавказской железной дороги электричка значилась на вполне конкретные дни, и расписаниям я поверил больше, решив что охранник говорит лишь про центральный вокзал. Корейцев тоже интересовала электричка на Севан, причём больше самого Севана, ну а в итоге гид первым разобрался в том, что туристам в конце сентября здесь ловить уже нечего.

А почему поезд до Севана отправляется с неприметного тупика посреди промзоны? Линия в индустриальный Раздан, позже продлённая до Севана, была пущена в 1960 году, и её начало представляло собой два параллельных "уса" - от ереванского вокзала через город и от товарной станции Масис (см. здесь) в его обход. В 2005 году городской "ус" был разобран, на месте рельсов проложены улицы и проспекты, а путь в Раздан от ставшего тупиковым вокзала превратился в спираль. Конечной для севанских электричек сделалась грузовая станция Канакер, уцелевшая на северной окраине, но добираться к ней было слишком далеко и неудобно. Неразобранный участок начинался у завода "Алмаз", и в 2011 году по просьбам трудящихся здесь была организована платформа. От неё же до вокзала бывший путь отмечают виадуки 1950-х годов, где-то ставшие автомобильными эстакадами:

А где-то просто заброшенные:

Над Монументом (см. прошлую часть) мы жили, только приехав в Армению, и ездили оттуда по Айраратской равнине да на Севан. Затем мы покинули столицу, описав круг по горам Сюника и Карабаха. Точной даты возвращения я не знал, но понимал, что после такого маршрута у меня будет острое желание несколько дней просто посидеть в тишине, а потому мы опять гостинице предпочли квартиру. Бронировал её я буквально накануне, предупредив хозяев, что приеду скорее всего на ночь глядя. Но в итоге с винного фестиваля в Арени мы приехали ещё до заката, а попутная машина высадила нас у вокзала. От вокзала до квартиры - минут 5 ходьбы, и "квартира" оказалась домом в частном секторе, а вернее - пристройкой с отдельным входом, состоящей из комнаты, кухни и ванной. Нас встретил подтянутый армянин средних лет, по-русски говоривший без акцента. Мы начали располагаться, но... что-то здесь было не так! Комната выглядела пыльной и захватанной, бельё - примятым и сальным, а последней каплей стали пользованные бумажки в ведре около унитаза! Мы сообщили об этом хозяину, тот сначала взялся отпираться, а после предложения "Давайте мы сами приберёмся, а вы нам скидку сделаете" и вовсе на стену полез, чуть не выгнав нас за ворота. Затем пришла его мама, интеллигентная женщина, хозяйка дома, и быстро всё разрулила: оказалось, весь сыр-бор получился лишь из-за того, что ждали нас поздно ночью, и она ушла раньше отъезда предыдущих жильцов. Прибиралась в комнате как правило тоже она, а кавказца обидеть куда легче, чем художника - вот сын и разгорячился, когда гости сказали, что им не нравится его дом! В следующие дни обстановка полностью разрядилась, Оля подружилась с хозяйкой, ходила к ней пользоваться духовкой и болтать за чайком, да и хозяин мной проникся: мы поселились у семьи музыкантов, а известнее бакинских нефтяников (в том же посте я рассказывал про бакинский вокзал) Буяновских в истории были ленинградские валторнисты Буяновские, которых хозяин очень уважал. В целом, вторая ереванская квартира оказалась, конечно, попроще первой, и вай-фай не всегда добивал до гостевой части, но в общем и здесь нам неплохо жилось, а хозяевами были хорошие люди. Ворота дома выводили в тихий переулочек, в перспективе которого стояла стена Норкского плато со знакомой нам стелой "Возрождённой Армении", а между нами и склоном - весь ереванский Кентрон (Центр).

Переулочек выводил на широкую улицу Давида Сасунского, перспективу которой, аки Адмиралтейство на Невском, замыкает вокзал. Не догадался я сходить в другую сторону - там улица привела бы нас в одноэтажный Сари-Такх, который друг армянского народа puerrtto назвал самым колоритным районом в Ереване. По сути дела это увеличенный аналог знаменитого Конда, а рядом там ещё и пара солёных озёр, в том числе благоустроенный Вардавар в "бублике" Лионского парка.

Но мы видели башню вокзала и неизменно шли к ней - на электричку, на станцию метро или хотя бы на остановку напротив. К тому же рано утром, иссякая ещё до полудня, на привокзальной площади возникает крестьянский базар, где продают самые дешёвые в городе и вполне приличные по качеству овощи и фрукты окрестных селений. Оля быстро там прижилась, торговки её узнавали в лицо и полюбили, а один раз даже бесплатно одарили чурчхелой - самой вкусной за всю эту поездку.

Железная дорога в губернскую Эривань пришла довольно поздно - в 1902 году, и вокзальчик на этой тупиковой линии поначалу был мелковат даже для пусть и небольшого (30 тыс. жителей), но всё-таки губернского города.

Столице ССР такие ворота не подобали никак, тем более когда в 1950-х сюда стали массово прибывать армянские репатрианты из Каира, Алеппо, Исфахан, Парижа... В 1956-62 годах индустриальный Ереван получил новый вокзал, кажущийся теперь, наоборот, непропорционально огромным. Что интересно, поначалу он попал под борьбу с архитектурными излишествами, и в 1960-70-х нелепо заканчивался на втором ярусе центральной части. Колоннаду и шпиль из первоначального проекта надстроили чуть ли не в 1980-х годах:

Частью вокзального ансамбля стал памятник Давиду Сасунскому (1959) - герою армянского эпоса "Сасна црер" ("Неистовые из Сасуна") из 4 книг "Санасар и Багдасар", "Мгер Старший", "Давид Сасунский" и "Мгер Младший". Воевали, впрочем, армянские богатыри не с мифическими чудищами, а с Багдадским Халифом и его войском. Ну а чрезвычайно экспрессивные конные монументы в архитектуре Советской Армении такая же "визитка", как розовый туф, и привокзальный памятник - почти официальный архитектурный символ Еревана.

Ещё один, не вполне понятный памятник - у вокзальной стены:

Самая же впечатляющая деталь ереванского вокзала - пара барельефов с локомотивами времён его постройки:

Внутри вокзал пугающе пуст и огромен:

В принципе, сама карта железных дорог Закавказья говорит о том, что он и раньше вряд ли был соразмерен своему трафику - транзитные поезда отсюда могли ходить разве что до Нахичевани, Капана или Цахкадзора, а конечной даже миллионный город мог быть не для такого уж большого количества маршрутов. Более того, главный удар по трафику нанесла война не Армении с Азербайджаном, а Грузии с Абхазией, перерубившая основной путь в Россию. Теперь единственный дальний поезд отсюда курсирует в Тбилиси, летом продлеваясь до курортного Батуми, однако в кассы дальнего следования исправно стоит народ - Южно-Кавказская железная дорога с 2008 года в концессии РЖД, а стало быть тут покупают билеты на поезда по России.

Немногим активнее с вокзала ходят электрички - несколько раз в день в Гюмри (в том числе, не ежедневно, ускоренная) и один раз в Ерасх у нахичеванской границы.

Сами поезда и электрички я показывал в обзоре армянского транспорта, но просто их увидеть у вокзальных платформ надо ещё постараться. Большую часть дня пути под длинными навесами пусты:

Перронный фасад вокзала абсолютно идентичен городскому, вплоть до локомотивных барельефов. Лишь у главного входа - постеры с дореволюционным пейзажем станции и её расписанием тех времён. Кстати говоря, хотя станция принадлежит РЖД, вход в вокзал абсолютно свободный, а прямо на дальнем конце перрона расположилось кафе с лучшими в Ереване кебабами, куда иногда даже всякие шишки не брезгуют заявиться обсудить свои дела:

За путями - наземная станция метро "Давид Сасунский", с которой открывается вот такой вид:

И одинокий грустный паровоз 1930 года постройки - то ли Эш (как написано у него на борту), то ли Эу (как пишут везде): эти машины ещё дореволюционной конструкции делались в эпоху первых пятилеток, но только Эу - на Путиловском заводе, а Эш - по советскому заказу в Швеции. Здесь, со специально проложенным путём длиной 50 метров, паровоз был установлен в 1996 году, а в вагоне его - небольшой музей Армянской железной дороги.

Более капитальный музей уже под эгидой ЮКЖД открылся в 2009 году в правом (если смотреть с площади) крыле вокзала:

Во дворике меж колоннад - несколько крупных экспонатов вроде тех, что стоят для внутреннего пользования в дальних концах многих станций. На заднем плане, к слову, не заводской цех и даже не бассейн, а самый что ни на есть ДКЖД:

В собственном музейном зале - макеты, документы и инсталляции, но осмотреть это всё я не успел: зайдя в открытую дверь, я увидел русскоязычную группу, и после пары кадров был довольно грубо изгнан гидом.

И в общем весь этот гигантский вокзал - он сам скорее музей былого величия. Путешественнику же полезнее перейти подземным переходом на другую сторону путей, где расположилась одна из ереванских автостанций. Пригородные бусики отсюда ездят в Айраратскую область, в том числе - в монастырь Хор-Вирап. Причём - по расписанию, но оно нигде не висит и вряд ли хоть одному человеку известно полностью: маршруты существуют независимо друг от друга, с оплатой непосредственно водителю. Касса на автостанции в теории тоже имеется - однако продают в ней лишь билеты до Москвы.

Отдельной достопримечательностью автостанции нам запомнилась разливная зука с неповторимым химическим вкусом детства - что ж делать, если выпало оно на 1990-е годы?

Обойдя заброшенные цеха, отсюда можно выйти к торговому центру "Ереван-Молл":

Левее него в переулочке у павильона с удивительным названием "Евростан" виднеется маленькая бетонная пирамида:

В плитках у которой намётанному глазу несложно признать урартийские клинописи. В 1984 году, когда "Ереван-Молл" был ещё новеньким заводом "Автоагрегат", при строительстве цеха рабочие наткнулись на древний склеп эпохи Урарту. Это место как раз на полпути от руин знаменитой крепости Эребуни к городищу последней урартийской столицы Тайшабаини, так что удивляться в Ереване нужно не тому, что строители здесь порой откапывают древности, а тому, что их не откапывают дети в дворовых песочницах.

Пирамида, конечно - лишь советский павильон, а сам склеп я смог увидеть лишь просунув объектив в дверь. По словам рабочих, разгружавших рядышком грузовик, ключ от павильона хранится лично у директора торгового центра.

"Ереван-Молл" смотрит фасадом на проспект Аршакунянц, который лишь розовый туф отличает от десятков подобных проспектов в промышленных районах на всех концах Необъятной. На углу - заброшенный кинотеатр "Айреник" ("Родина"):

Здания на проспекте ближе к центру:

Как я понимаю, это бывшие проходные небольших заводов - например, резинотехнического или станкостроительного:

На которые глядит Пантеон Комитаса - ереванский аналог московской Кремлёвской стены или бакинской Аллеи почётного захоронения:

До 1930-х годов тут располагалось старое кладбище на выселках Эривани, на месте которого Советы решили разбить парк. Однако в 1935 году в психбольнице под Парижем умер Согомон Геворк Согомонян, более известный как Комитас. Сирота из Западной Армении, ребёнком он попал в священный Эчмиадзин, до слёз растрогав католикоса своим пением духовных гимнов, в которых даже не знал слов - родным языком мальчика был турецкий... В семинарии язык и культуру предков Согомонян постиг быстро, а вскоре стал крупнейшим армянским композитором и фольклористом, то выступавшим с докладами в Берлине и Париже, то скитавшимся в поисках преданий и песен по глухим анатолийским деревням. В итоге он осел в Константинополе, и хотя уважаем был настолько, что геноцид армян лично его не касался, при виде гибели мира, который он так долго осмыслял, Комитас тронулся умом. Советские армяне, однако, помнили человека, "в чьих песнях армянский народ обрёл своё Я", и в 1936 году прах Согомоняна был торжественно перезахоронен в Ереване. Рядышком с могилой появился ещё и Институт Комитаса, похожий на простенький сталинский ДК, а вокруг могилы композитора вновь выросло кладбище:

Где покоится немало армян, известных в бывшем Союзе каждому. Вот тут, например, слева направо композитор Арам Хачатуярн, режиссёр Саркис Параджанян (более известный как Сергей Параджанов) и актёр Фрунзик Мкртчан (более известный как Рубен Хачикян). А вот на заднем плане, например, с "колосьями" на надгробии - Уильям Сароян, американский писатель армянского происхождения.

Слева, под самым внушительным надгробием - Андраник Маргарян, премьер-министр Армении в 2000-07 годах, а в рамке с каменной слезой - оперная певица Офелия Амбарцумян. И лишь исходную в Пантеоне могилу Комитаса я каким-то образом забыл заснять.

Однако на всю территорию старого кладбища Пантеон так и не распространился, и ныне как бы вклинивается в более обширный парк:

За парком начинается косогор над долиной Раздана, за которым трущобный район Норагюх красиво облепил круглый холм:

И в целом армянский Пантеон впечатляет полным отсутствием пафоса и непарадностью своей ближайшей округи. Вот ещё пара зарисовок с проспекта - базар на остатках промзоны:

Да редкий в Ереване колоритный, а не просто ветхий, южный двор:

И как говорилось в прошлой части, за все три недели в этом городе я так и не смог его полюбить. Ереван называют 12-й по счёту столицей Армении в её долгой-предолгой истории, вот только возвысился над окрестным плато он как центр тюркского ханства в годы Великого Сургуна, когда персидский шах выселил практически всех армян из тревожного пограничья в окрестности Исфахана. Россия, конечно, в 19 веке вновь созвала армян в эти края, но и тут Эривань осталась второстепенным городом, едва заметным на фоне Баку и Тифлиса. В ХХ веке Ереван стал очередной случайной столицей - не мощного государства, державшего щит меж двух сверхдержав, и даже не своевольного наместничества под их протекторатом, а крошечной и богом забытой республики. Ереван оказался обделён и одухотворённостью старины, и блеском современности - ни тянущихся километрами уютных закоулочков, как в Тбилиси, ни сверкающих небоскрёбов и пафосных бульваров, как в Баку. 9/10 Еревана - неухоженные розово-зелёные микрорайоны и полумёртвые промзоны, разбросанные на десятки километров вширь и на сотни метров ввысь. Ереван не оставляет ощущения целостного города - скорее, просто здесь пространство армянских плато уплотняется, а разбросанные по этим плато утлые однообразные городки срастаются в конгломерат. Добавьте к этому довольно нервный трафик (хотя и куда более цивилизованный, чем в Иране или Грузии!), смог от выхлопов подержанных машин с европейских автопомоек, безобразный общественный транспорт - и станет ясно, как сложно любить Ереван.

Во всём этом мелькают робкие попытки хоть как-то оживить город. Например, мне очень радовали глаз граффити в подворотнях:

Но и в них - не гармония, а эскапизм:

Тем более когда во дворах встречает такое:

Хотя тут, говорят, я попал в неудачный момент - ведь после революции 2018 года Армения находится в состоянии перманентного политического кризиса, и "мусорный апокалипсис"", как мне рассказывали местные, устроили сохранившие влияние на городские службы сторонники старой власти - чтобы новой власти, в прямом смысле слова, подгадить.

Но в целом мусор, исписанные стены, стихийная торговля, неоконченные стройки - это то, от чего в Ереване спрятаться негде:

Особенно впечатляют подземные переходы, превратившиеся в целые вещевые рынки:

А вот эту барахолочку я сперва и вовсе принял за "квартиру" поселившегося в переходе бомжа:

Нет, местами Ереван конечно вполне себе опрятен и даже уютен. Но именно что - местами:

А лучшим, что есть в этом городе помимо видов на Арарат мне запомнились питьевые фонтанчики, или по-армянски - пулпулаки. Вообще, с грязью улиц и воздуха тут здорово контрастирует чистая вода, даже из под крана приятная на вкус и для питья безопасная. Питьевые фонтанчики в принципе не были редкостью в европейских городах начала ХХ века, когда правители поняли, что дешевле обеспечить народ чистой водой, чем лечить от холеры. "Фонтанчиками Уоллеса" славился тогдашний Париж, опыт которого, видать, глянулся Александру Таманяну, строившему советский Ереван в 1920-30-е годы. По его проекту и начала создавать систему пулпулаков, исправно разраставшаяся последующие десятилетия, особенно активно - в 1960-х годах. Ныне в Ереване около 1600 питьевых фонтанчиков, от типовых, как на кадре ниже слева до внушительных "водопоев" с десятком струй на одном основании. Вода в фонтанчиках действительно чиста, местные сами пьют её охотно, и даже я старался из каждого увиденного пулпулака сделать хоть один глоток.

Что ещё радует глаз в Ереване - это "мерцающий" туф. Церкви средневековой Армении покрывали в основном розовым или оранжевым туфом, но под Россией, с развитием гражданской каменной архитектуры, его легкодоступные запасы быстро исчерпались, поэтому домики 19 века в Ереване и Гюмри по большей части в чёрной облицовке. Промышленная добыча ровозого туфа была развёрнута в 1928-30 годах в Артике, и ныне пиксельной облицовкой тёплых тонов от розового до оранжевого покрыто "на глаз" не менее половины всех зданий Армении. Само собой, заметнее всего это в "каменном джунглях" - в Ереване, в отличие от серых постсоветских городов, у них неповторимые цвет и текстура:

Помимо просто городских скульптур, Ереван удивляет и изобилием памятников - как уже не раз говорилось, история Армении длинная, яркими личностями богатая, да вдобавок как же не уважить своего? А потому концентрация памятников в Ереване потрясающая - я бы сказал, органично такое их количество смотрелось бы в городе масштабов Тегерана или Москвы, если их рассеять равномерно.

А антропоморфные манекены, как и дубляж вывесок вязью, говорят о близости Ирана. Армяне и персы ладят неплохо (даром что предки большинства нынешних обитателей Армении жили в Иране два с лишним века), а потому южные соседи охотно ездят сюда хоть развлекаться по выходным, хоть учиться в вузах. И самое часто заведение, где вывеска будет продублирована вязью в Ереване - это, конечно, ночной клуб, куда гости из страны "сухого закона" наведываются пить-гулять до утра.

Армения - самая централизованная из постсоветских стран, где на столицу приходится 40% населения, а город №2 меньше Еревана в 10 раз, однако столичный колорит тут почти не выделяется из общенационального. Если в Азербайджане самый нетипичный город - Баку, то вся Армения по сути дела лишь окрестности Еревана, с которыми он соотносится примерно как с районами своей области какая-нибудь Пенза или Рязань. Это не Ереван похож на глубинку Армении, это глубинка Армении не специфична после Еревана, а приметы инаковости искать надо скорее где-нибудь в Гюмри или Горисе.

Ну а соединят город со страной-округой автовокзалы: ведь электрички ходят приемлемо часто разве что в Гюмри, а основной транспорт Армении - маршрутки. По Еревану разбросано множество неофициальных автостанций, и например в Гарни мы ездили хоть и ПАЗиком, но с парковки за ТЦ на проспекте Гая, а в Ехегнадзор - и вовсе с безымянного места у автобусной остановки. При такой типично азиатской организации транспорта, однако, в Армении совершенно не популярны "коллективные такси", и пассажиров даже на безымянных "пятаках" будут набирать маршрутки. У которых ещё и расписание есть, фактически являющееся чем-то вроде квоты - не набрал пассажиров за час, следующих уступи коллеге. На общем фоне выделяется пара капитальных советских автостанций - в первую очередь расположенный недалеко от центра, за Разданом и коньячной фабрикой, Центральный автовокзал "Киликия":

Зал его велик и пуст, и кассы давно не работают. Однако на экране, подвешенном в середине, крутится расписание до городов со всех концов страны и за границу - в Карабах, Иран, Россию и (больше всего маршрутов) Грузию.

"Киликией" его называют, как я понимаю, просто по ближайшему району, видимо строившемуся как раз в период сталинской репатриации армян и массового выселения в "титульную" ССР азербайджанцев.

Со стороны перронов вид у здания почти конструктивистский:

Ещё есть Северный автовокзал на далёкой окраине, на Тбилисском шоссе - совсем как в Баку, с той разрицей лишь, что здесь Тбилисское шоссе ведёт на северо-восток, а у врагов на северо-запад.

Впрочем, Северный автовокзал выделяется среди простых маршруточных стоянок разве что наличием здания, красиво вписанного в склон:

От площади ещё ходят маршрутки в сторону Раздана и Севана с оплатой водителю, а внутри - ни малейших признаков автовокзальной активности. Судя же по машинам прямо в зале, когда-то автобусы отправлялись прямо из помещения:

Здаворки автовокзала упираются в забор отмеченной воротами со львом резиденции Гагика Цурукяна - богатейшего человека Армении. При этом среди самых богатых армян мира он дай бог замыкает пятёрку - после Самвела Карапетяна и Сергея Арутюняна (более известного как Галицкий) из России, Эдуардо Эрнекяна из Аргентины и Каролины Рафаэлян из США. Это не считая умершего пару лет назад армяно-американца Керка Керкоряна: к концу жизни с состоянием в 18 миллиардов долларов он не уступал богатейшим олигархам России и Украины и чуть-чуть превосходил богатейшего в мире азербайджанца Вагита Алекперова.

Ну а тему транспорта и колорита продолжим в следующей части - о Ереванском метро.

Автор VARANDEJ