Катастрофа МИГ-23 в Бельгии. 1989 год (7 фото)

Поднявшись с аэродрома «Колобжек», расположенного неподалёку от польского города с таким же названием, расположенным на Балтийском побережье, Николай Егорович на 41-й секунде полёта услышал громкий хлопок, после чего произошло резкое уменьшение оборотов двигателя и падение тяги. В это время самолёт находился на высоте 300 метров, двигаясь со скоростью около 300 км/ч. Самолёт начал снижаться, и пилот, посчитав, что произошла остановка двигателя, катапультировался на высоте 150 метров.

« ... Это был второй мой полет в тот день, ─ рассказывал летчик. ─ Все шло нормально до высоты метров девяносто. Потом я услышал и ощутил хлопок в левом воздухозаборнике, скорость сразу упала с 550 до 350 километров в час, упали резко и обороты двигателя. Я передал, что принял решение катапультироваться, так как все говорило об остановке двигателя ─ даже шума его не было! С земли получил команду: "сто тридцать второй, к..." ─ то есть катапультируйтесь. Уже в воздухе, опускаясь на парашюте, я увидел, что за турбиной снижающегося самолета тянется черный дым. Сел я благополучно, только руку повредил. Перед катапультированием повернул истребитель в сторону моря. Но кто знал, что он продолжит полет ... »

Тем временем локаторщики выдали информацию о потере объекта где-то в районе прибрежных вод. Вылетевшая вслед аварийному МиГу пара истребителей его не обнаружила. Командование начало успокаиваться, рассудив, что серьезное летное происшествие закончилось довольно благополучно — без человеческих жертв. В том, что МиГ-23 упал в море, никто не сомневался.

Между тем, уже через 6 секунд после катапультирования летчика, двигатель самолёта начал набирать обороты и МиГ-23 ...продолжил полёт в заданном направлении, постепенно набирая высоту.Впоследствии выяснилось, что от падения МиГ-23 уберег автопилот. В полку было принято включать его на земле и не выключать в течение всего полета.
Истребитель вылетел за пределы Польши, пересёк территорию Восточной Германии и примерно через 25 минут после взлёта был обнаружен радарами НАТО. При пересечении границы между ГДР и ФРГ он находился на высоте 12 километров, двигаясь на запад со скоростью около 740 км/ч.
С авиабазы Сустерберг в Нидерландах на перехват нарушителя были подняты два американских истребителя F15 "Игл" 32-й тактической истребительной эскадрильи ВВС США. Поскольку полёт МиГ-23 проходил над густонаселёнными районами Германии, Нидерландов и Бельгии, американские лётчики получили инструкции сбить советский истребитель только тогда, когда он окажется над морем.

Однако неуправляемый Миг-23 медленно забирал южнее. Истребители Mirage 2000 ВВС Франции готовились перехватить и уничтожить МиГ в случае пересечения «советским беспилотником» бельгийско-французской границы. Но, не долетев до неё всего нескольких километров, МиГ-23 упал на территории Бельгии – после 900-километрового полёта у него закончилось топливо. После остановки двигателя истребитель стал планировать и приземлился в бельгийской деревне Беллегем в Западной Фландрии. Самолет разрушил забор одного из домов и крылом разбил веранду, на которой находился 18 летний юноша Вим де Ларе (Wim Delaere) Он и стал единственной жертвой приземлившегося МиГа.
Истребитель находился в воздухе без пилота чуть больше часа.

Спустя несколько дней после случившегося в Бельгии побывала группа представителей министерства обороны СССР. Какой-либо вины пилота не нашли. Тяжба разгорелась между министерством авиационной промышленности и инженерной авиационной службой. Дело в том, что двигатель, как оказалось, в течение года 5 раз был в ремонте. Однако причину его нестабильной работы комиссия так и не обнаружила.

Комментируя инцидент, тогдашний первый заместитель командующего ВВС генерал-лейтенант Е.Шапошников сказал «Случай в истории авиации уникальный. Еще не было такого, чтобы боевая машина, покинутая пилотом, совершила столь продолжительный неуправляемый полет.Такой это самолет - МиГ-23».

4 июля в одной из авиачастей Северной группы войск при выполнении учебного полета над территорией Польской Народной Республики из-за неисправности авиационной техники на малой высоте советский военный летчик вынужден был катапультироваться с самолета-истребителя МИГ-23. Летчик жив.
Самолет продолжал неуправляемый полет в западном направлении и упал на бельгийской территории. Советская сторона вступает в контакт с правительствами государств, через воздушное пространство которых прошел этот летательный аппарат.
(газета «Красная звезда», 5 июля 1989 год)

В связи с этим заместитель главнокомандующего Военно-Воздушными Силами генерал-полковник авиации А.Борсук рассказал корреспонденту ТАСС: "Самолет пилотировал военный летчик 1-го класса полковник Н.Скуридин. Я разговаривал с ним по телефону. Он уже прошел медицинское обследование после катапультирования, признан здоровым. Летчик опытный. Для полковника Скуридина это был первый летный день после отпуска. Как и положено, с целью восстановления навыков техники пилотирования он сначала совершил контрольный полет на учебно-боевом самолете-"спарке".

В 11.18 вылетел самостоятельно для отработки упражнения на пилотаж. На борту имелся боекомплект снарядов для 28-миллиметровой пушки. Других боеприпасов не было. По докладу летчика, после взлета при работе двигателя на форсажном режиме на высоте около 130 метров он услышал хлопок в районе воздухозаборника, ощутил падение тяги двигателя, снижение самолета. Определил также уменьшение оборотов двигателя и скорости. Летчик доложил руководителю полетов об отказе двигателя и на высоте около 100 метров катапультировался.

Подполковник Балыкин после доклада летчика наблюдал погасание пламени форсажа и дымление за двигателем, а также проседание самолета. После катапультирования самолет прекратил снижение и на предельно малой высоте на удалении 4-6 километров скрылся из его поля зрения. Развитие аварийной ситуации на взлет предположительно можно объяснить так: самопроизвольное выключение форсажа привело к резкому уменьшению тяги, скорости, высоты полета и было воспринято летчиком как отказ двигателя. В дальнейшем самолет, находясь в положении "стабилизации" на бесфорсажном режиме работы двигателя, продолжал полет до полной выработки топлива, пролетев около 900 километров".
(газета «Красная звезда», 6 июля 1989 года)

В 12.00 исполняющий обязанности командующего авиацией Северной группы войск генерал-майор авиации В.Огнев доложил в Москву командованию ВВС о летном происшествии, о том, что катапультировавшийся летчик жив, что принимаются меры к расследованию случившегося. "А где упал самолет?" - спросила Москва. «Упал в море, никакого ущерба при этом не причинил». Имелось в виду, что не угодил, мол, ни на корабль, ни на рыбацкую лодку. А спустя некоторое время как гром среди ясного, погожего неба, пришла весть о падении советского военного самолета в Бельгии.

Как сообщил из Брюсселя наш корреспондент Ю.Харланов, в 10.55 по местному времени жители деревни Койгем, расположенной между бельгийскими городами Кортрейком и Турне, услышали грохот взрыва, а затем еще несколько детонаций. Прибежавшие на место свидетели с изумлением увидели, что на ферму, принадлежащую семье Деларе, обрушился самолет. Из развалин торчал его хвост с опознавательным знаком советских военно-воздушных сил.

В доме в тот момент находился 18-летний сын хозяина Вид Деларе (Wim Delaere) Он погиб. И еще одна подробность. Два американских истребителя, взлетевшие с базы Сустерберг, что в Голландии, обнаружили и сопровождали наш МиГ на высоте более 10 тысяч метров. Увидев, что кабина летчика пуста, фонарь сброшен, оба F-15 удалились...
(газета «Правда», 6 июля 1989 года)

Все закончилось без крупных дипломатических скандалов. Николай Скуридин выразил соболезнования семье погибшего, а Советский Союз выплатил Бельгии 685 000 долларов за доставленные неудобства (что любопытно, часть этой суммы ушла близлежащим барам в качестве компенсации за снижение продаж в результате самолетного дождя), а беглеца, едва успевшего вкусить воздух свободы, депортировали обратно.
Советские техномаги поколдовали над взбесившейся машиной, но причину восстания установить так и не смогли.