Аскеран, Агдам, Тигранакерт. Прифронтовой Карабах (63 фото)

Именно эта дорога, спускающаяся по Хаченской долине к краю степи была основным местом действия Карабахского конфликта. Недавно я уже показывал её начало - памятник "Мы - наши горы!", руины вокзала и печально известные Ходжалы. Сегодня отправимся дальше - в городок Аскеран (2,4 тыс. жителей) с огромной крепостью и стоящий за руинами Агдама старинный Тигранакерт, музей которого даёт путешественнику возможность легально подъехать к самой линии фронта.

От Хождалов до Аскерана нет и трёх километров, и именно под Аскераном в конце февраля 1992 года развернулась Ходжалинская резня. Азербайджанские мирные жители, копившиеся в Ходжалах с начала войны, после взятия городка армянской армией начали прорываться к Агдаму. И хотя по долине речки Каркар (вдоль которой и мы спускаемся от самой Шуши) для них был оставлен коридор, сами беженцы об этом коридоре не знали. На горах вокруг Аскерана сотни людей в ту ночь погибли под огнём с армянским блокпостов или заблудились да замёрзли. А обойти Аскеран без потерь - задача не для перепуганных толп: Хаченская долина здесь сужается до одного километра.

Такое расположение ещё в 1740-50-х годах оценил Панах-Али-хан из хорасанского племени Джеванширов, опальный полководец неистового Надир-шаха, в Закавказье скрывавшийся от его гнева. После гибели Надира в 1747 году сюда перекочевало из Хорасана остальное племя. В 1749 году Панах-Али основал новое ханство в степях Равнинного Карабаха, а в 1752 году по сговору с одним из армянских князьков (меликов) взял и Нагорный Карабах. Центром ханства в "равнинные" годы были Баят (ныне на "подконтрольной" территории Азербайджана), Агдам и Шахбулаг (к которым мы едем), а с 1750-х - "царь горы" Шуша. В самом узком месте долины, у армянского села Майраберд (где корень "берд" намекает на более древнюю крепость, к тому времени исчезнувшую без следа) Панах-Али выставил гарнизон. К нему восходит и нынешнее название города: "аскер" в переводе "военный". Следующий хан Ибрагим-Халил, видя, что Персия оправилась от смуты и её шах вновь точит саблю на Кавказ, в 1778-79 годах усилил этот гарнизон крепостной стеной от края до края долины:

Таким образом, Аскеранская крепость защищала дальние подступы к Шуше, и персидская армия не раз появлялась под её стенами. Последний бой Аскерана случился в 1826 году, когда 40-тысячное шахское войско пыталось выбить из Шуши уже не азербайджанского хана, а русского генерала Иосифа Реутта. И если Шушу оборонял вооружённый по последнему слову техники русский гарнизон, то здесь врага встречали армянские ополченцы. Аскеран тогда пал, Шуша выстояла, но средневековые укрепления обеих крепостей к тому времени уже безвозвратно устарели.

Аскеранские ворота, как ещё называли крепость, в низине размыл Каркар, а вот выше по склонам с обеих сторон стены и башни сохранились отлично. И если правобережным участком обычно любуются издалека, то прямо сквозь левобережный проходит когда-то бакинская трасса:

Над которой нависает Верхний замок - цитадель Аскеранских ворот:

И в общем, если не брать во внимание рельеф, я бы сказал, что Аскеранская крепость даже зрелищнее Шушинской. Вот только удивительно, что эти средневековые стены, сверху заставляющие вспомнить Ивангород или Копорье, на самом деле моложе наших Петропавловской или Новодвинской крепостей:

Замок представляет собой квадратный двор:

Усыпанный следами реставрации, вяло идущей здесь с 2005 года. На сваленных в крепости досках - какой-то вензель или очертания герба:

А вот кто-то культурно отдыхал в одной из башен:

С башен открываются интересные виды. Поперёк долины - трасса, поля и сады в низине Каркара, восточные укрепления на той стороне да холмы, впитавшие кровь ходжалинцев:

Стены нависают над городком:

Разросшимся явно уже под Россией - ибо стоит Аскеран с внешней стороны стен, где в эпоху шахов и ханов первая же война оставила бы от него пепелище. Хаченская долина спускается в необозримый горизонт:

В 1967 году Аскеран стал ПГТ, а в Республике Арцах, не использующей этот статус - городом. Не знаю точно, сколько в нём народу жило до войны, но скорее всего не сильно больше нынешних 2,5 тысяч - с самого её начала мононациональный Аскеран был в Карабахе армянским оплотом.

С крепостных стен видна церковь Сурб-Аствацацин (2002), куда-то в направлении которой мы, покинув замок, и побрели по сельского вида улочкам:

Ближе к центру в Аскеране есть мрачного вида пятиэтажки и пара симпатичных новостроек, видать взамен разрушенных войной:

Выше на одной лужайке монументы Великой Отечественной и Карабахской войн:

Попетляв по склону, мы спустились к главной улице Шаумяна, которой городок пересекает всё та же трасса. Как видите, Аскеран смотрится довольно ухоженным и в этом смысле больше похож на Степанакерт, чем на глубинку Арцаха:

Где-то здесь безупречно говорившая по-русски местная жительница зазвала нас на чай - как оказалось, в семейное кафе "Майрик", как-то хитро сплетающееся с районным ведомством по туризму. Во дворике рос виноград и сушился кизил, а хозяйка накрыла нам стол, за которым немало успела рассказать о жизни в Арцахе. Но и про своё дело не забыла - кафе её в не слишком туристическом городке работает больше для местных по предзаказу, зато здесь всегда можно купить фруктов или горных трав, рецепты чая из которых хозяйка привезла со старого места жительства своей семьи где-то в Азербайджане. Накормила Майрик нас хорошо и бесплатно

Внепланово пообедав, мы направились к выезду из Аскерана. В приречной низине я надеялся увидеть заброшенный вокзал или какие-то ещё пристанционные постройки этой странной линии, из Евлаха в Степанакерт на колее 914мм проложенной в 1930-е годы, но лишь в 1978-м реконструированной под общесоветские стандарты. И что-то путейское тут можно разглядеть в десятке домиков ниже трассы, но ни в одном из них - наверняка:

С другой стороны, на фоне церкви - миниатюрный ДК с артефактом ушедшей эпохи. "Искусство принадлежит народу" - добрый лозунг, но КАКОМУ народу - в Закавказье вовсе не теоретический вопрос.

На выезде из Аскерана с равнины веет горячей враждой и тревогой. Где-то на этой дороге 22 февраля 1988 года пролилась первая достоверно известная кровь Карабахской войны. Тогда армяне из Аскерана и азербайджанцы из Агдама пошли драться стенка на стену, но такими огромными толпами, что драка переросла в битву, а в этой битве пали двое азербайджанцев - один от армянского ножа, а другой от пули соплеменника-милиционера. Первая кровь - это снятие табу, и считанные дни спустя уже азербайджанцы убивали армян в Сумгаите. На выезде из Аскерана в сторону фронта, пускай и с постамента, смотрит танк:

Но затаившийся страх манил, и вот, поймав очередную попутку, мы продолжили двигаться к фронту. По полям мелькали какие-то руины, в которых мне очень хотелось увидеть остатки железной дороги. На карте линия проходит по низине у Каркара справа от трассы, этот вид же - выше по склону слева... но может быть, узкоколейка проходила не там, где полноценная линия, и это её остатки?

Карабах вокруг, меж тем, неуклонно переставал быть Нагорным, и лесистые хребты с каждым километром разглаживались в знойную пыльную степь, опалённую солнцем и ненавистью. Фотографировать становилось всё более раскованно - то ли здесь постоянно идут манёвры, то ли мы попали на учения, но военные вдоль дороги буквально кишели, и я ловил на себе их пристальные взгляды сквозь стекло. В 5 километрах от Аскерана мы пересекли старую границу "коренной" Нагорно-Карабахской области, и въехали в самый маленький и вместе с тем самый важный фрагмент её "пояса безопасности" - восточный: в 1993 году линия фронта была отброшена армянами на несколько километров от границ НКАО. Справа от трассы в низине и поныне валяется труп одной из жертв той войны. Точнее - голый скелет с остатками истлевших лохмотьев:

В который войны превратила Агдам - некогда весёлый город из советских анекдотов да удалых панковских песен. Но портвейн "Агдам" появился лишь в позднесоветское время, в то время как город Агдам старше на пару сотен лет. Как Аскеран или Шуша, он тоже детище Панаха-Али, обосновавшегося в этих предгорьях в 1738 году, с началом закавказского изгнания. И судя по всему, даже обзаведясь замками в Баяте и Шахбулаге и огромной крепостью в Шуше, хан продолжал любить свою ставку на стыке просторных степей и неприступных гор. Сами Джаванширы называли её Имарет, то есть Имение, окрестным народам же она была известна как Белая Крыша - Аг-Дам. Руины дворца наверное можно различить на кадре выше, но останавливаться, чтобы я пошарил по скелету города ультразумом, водитель оказался наотрез. Так что вот фото то ли с википедии, то ли с викимапии:

По внешнему виду Беловерхий дворец напоминал не столько дворцы азербайджанских ханов, сколько апаранаки армянских меликов. В этой резиденции, совершенно не защищённой от вражеских ударов, хан отдыхал в годы мира, при первых подозрениях на войну уходя за стены Шахбулага или на высоты Шуши. В Имарете не было даже зала приёмов - это была в чистом виде государева дача, и очень показательно, что степные ветра казались сыну Хорасан милее, чем свежесть горных лесов. А потому Имарет - это ещё и фамильное кладбище Джаванширов, ставшее последним приютом для их 4 поколений. Панах-Али в 1763 году поехал в Шираз на переговоры с коллегой и соперником Фатали-ханом из Губы, и был там отравлен на пиру. По преданию, он выжил от яда, и решил притвориться мёртвым, чтобы с траурной процессией покинуть дворец... однако враги оказались проворнее друзей, и хана забальзамировали живьём. Ибрагим-Халил, его наследник, сблизился с Россией против Персии, и в 1805 году вместе с семьёй был расстрелян в своём шатре по приказу шушинского коменданта Дмитрия Лисаневича, заподозрившего предательство. Следующий хан Мехтикули вскоре бежал в Персию, но после поражения шахских войск у Шуши - попросился в подданство России, спокойно его получил и вскоре тихо умер в постели своего дворца. Ну а единственная его наследница Хуршидбану Натаван, на которой род Джеванширов пресёкся, прославился как азербайджанская поэтесса и меценат. Вот так кладбище Имарет выглядело ещё при Советах - ханские дюрбе (мавзолеи) и бюст на могиле поэтессы:

Практически любой текст с историей Агдама, даже в Большой Советской Энциклопедия, гласит, что в 1828 году он получил статус города. Да и альтернативных дат я так и не нашёл, но всё же в переписи 1897 года Агдам даже заштатным городом в Шушинском уезде не значился. Судя по всему, тут правда было село, но большое и богатое, как Ордубад или Горис. Агдамскую мечеть построил в 1868-70 годах архитектор Кербалаи Сефихан, две другие мечети которого с такими же парными изукрашенными минаретами я уже показывал в Шуше.

Куда-то в те же времена тянется и алкогольная слава: первый винзавод близ Агдама основали в 1853 году братья Согомоняны, а в самом городе виноделие наладили в 1860 году Хубларовы. С 1890-х в Агдаме освоили производство коньяка, ну а в 1948 году основной местной специализацией было решено сделать потрвейн из винограда сортов "баян-шира" и "ркацетели", доведённый до 19 градусов добавлением спирта. Привычный в Закавказье шёлк здесь не прижился, но зато на агдамских полях впервые в Азербайджане в конце 19 века стали выращивать хлопок. В 1947-49 годах здесь же был устроен конезавод, ставший основным центром селекции кёглянов - карабахских коней, выведенных джаванширами на основе туркменской, арабской и персидской пород.

В 1908 году в Агдаме появилась ещё и театральная труппа под руководством Абдуррегима Ахвердиева, а в 1937 открылся и полноценный Агдамский драмтеатр имени Ахвердиева, действовавший с перерывами в 1937-47 и 1959-69 годах. Ко второму открытию, видимо, было построено его здание, позже служившее городским ДК. А вот экспрессивный "трудящийся" памятник - скорее ещё довоенный:

Не знаю точно, когда Агдам получил статус города на самом деле, но к концу 1980-х он крепко стоял на ногах. Тут жило 28 тысяч. человек, то есть немногим меньше, чем в Степанакерте, и гораздо больше, чем в Шуше. К необычному для райцентра автовокзалу-сталинке с позапрошлого кадра примыкал Пассаж - фактически крытый рынок:

Судя по всему, Агдам был действительно интересным городом, на фоне прочего Азербайджана отличаясь особой самобытностью:

Бормотуха же сделала его, пожалуй, известнейшим местом всего Закавказья - думается, от Калининграда до Чукотки легче было найти человека, который не слышал про Баку и Тбилиси, чем про этот Портвейноград. Слава да удачное расположение на ереванской трассе способствовали развитию Агдама как центра туризма. Напротив мечети в 1980-е годы появилась удивительная многоярусная чайхана:

Мечеть и дворец дополнила ещё одна достопримечательность - основанный в 1983 году Музей Хлеба, где среди зёрен, жерновов и плакатов было немало уникальных вещей. Так, селекционер Имам Мустафаев подарил музею обуглившиеся зёрна из древних степных городищ. Ленинградка Галина Канаева привезла сюда хлеб, который пекла в блокаду и видимо сохранила кусок после освобождения города. Ну а старый крестьянин Исмаил Мамедов принёс в музей свою домашнюю реликвию - зернотёрку 17 века в память о том, каким трудом хлеб доставался людям.

Всё это погибло: здание музея несколько лет назад было таким, и с тех пор могло лишь развалиться ещё глубже. Не уцелели и другие постройки с прошлых кадров - от театра остался лишь портал, от Дома Чая - комок арматуры, от автовокзала и пассажа - коробки стен, и разве что целы пока что дворец и мечеть.

Не входивший в Нагорно-Карабахскую автономную область, Агдам был занят Армией обороны Нагорного Карабаха в июне 1993 года - для предотвращения обстрелов Степанакерта и спрямления линии фронта. Взят - но не заселён, потому что кто захочет жить в перекрестье прицела? С годами пара сотен человек, в большинстве своём из тех, кому идти совсем уж некуда, всё же обосновались в этих руинах, так что в 2010 году Агдам даже официально вошёл в составе Аскерана как удалённый район Акна. Среди руин бегают одичавшие лошади с разрушенного конезавода, большую часть, которого, впрочем, Азербайджан успел эвакуировать в соседний Агджабеди, ну а по факту хозяева здесь - солдаты. Среди путешественников посещение Агдама - это базовый карабахский экстрим, и происходит всё как правило по одному сценарию: просочился в город на такси или попутке, сфотографировал мечеть да поснимал чуть-чуть с её минарета, у подножья был задержан, вежливо досмотрен (иногда на месте, иногда в Аскеране) и после удаления неблагонадёжных фотографий (а это как правило всё кроме фасада мечети) благополучно отпущен на все четыре стороны. Я планировал попасть сюда, но при виде руин в низине и военных у обочин крепко задумался, стоит ли оно того? Прифронтовой жути я насмотрелся в Донбассе, городов-призраков хватает и на северах, и мысленно наложив друг на друга Донецкий аэропорт и Хальмер-Ю, я решил, что вряд ли увижу в "городе-скелете" что-то новое.

У руин Агдама дорога поворачивает под прямым углом. Теперь мы ехали между фронтом, за которым по правую руку уходила вдаль плоская степь, и горами на краю Карабаха. Среди них выделяется удивительно геометричный Ванкасар (Монастырская гора), или Чобандаг (Пастушья гора) смешной по армянским меркам высоты 681 метр:

На его уступе - миниатюрная церковка 6-7 веков, местным известная как Левонаберд. Мы увидели её в слегка контровом свете, но под прямым лучами солнца она кажется ярко-белой, сверкая над позициями армянских солдат.

У подножья Ванкасара, близ села Суренаван, одиноко стоит замок Шахбулаг - вторая резиденция Панах-Али-хана, где он укрывался от врагов, пока строилась Шуша. Выглядит замок от начала до конца новоделом, хотя присмотревшись к его стенам, можно различить участки старой и современной кладок:

Внутри ныне музей, в котором, конечно, о хане ни слова. Замок стоит на огромном (50га) городище, которое из-за очевидно христианских находок Советский Азербайджан не очень-то стремился изучать. В 2005 году городище обследовала армянская экспедиция Гамлета Петросяна, по итогам объявившая о том, что обнаружила Тигранакерт Арцахский.

Тигран II, или Тигран Мец (Великий), внук основателя Великой Армении Арташеса I, продолжил дело своего предка. Он и ныне считается самым могущественным из армянских царей, так как в 80-70-х годах 1 века до нашей эры построил огромную армянскую империю, доходившую до Каспийского, Чёрного и Средиземного морей. На каждом витке своей экспансии он закладывал очередной Тигранакерт как город-символ его величия - но вскоре шёл дальше, старые победы начинали казаться мелкими на фоне новых, и вот царь снова вписывал своё имя на карту. Венцом его завоеваний стал в 77 году до нашей эры Тигранакерт в Малой Азии - его название ещё можно различить в турецкой Диярбакыре. Но там Тигран Великий встретил превосходящую силу - римлян. Поначалу, вместе с греческим царём Митридатом Тигран даже воевал с Империей на равных, но в конце концов Митридат был разбит и покончил с собой в далёкой северной Керчи, а следом Гней Помпей разгромил и армянское войско. Стать империей Армении меж двух других империй не довелось, а со временем и все четыре Тигранакерта скрылись в культурном слое. О том, что первым из них, в походах на восток, был заложен Тигранакерт Арцахский, историки знали со Средних веков, вот только никто не мог понять, где именно он находился. Не было точно известно и когда он был разрушен, но последней войной, в контексте которой упоминался этот город, был поход византийского императора Ираклия I в Закавказье в 627 году, а старейшие из найденных Петросяном хачкары и надписи на стенах относятся к 10 веку. Примерный район поисков в округе городка Мардакерта археологи обозначили ещё в советское время, ну а Шахбулаг-Суренаван оказался просто самым крупным и богатым из здешних городищ. Открытие тут же пошло в дело - ведь по сути Гамлет Петросян откопал очень веский аргумент в споре об исторических правах на Карабах. По такому случаю уже 2008 в прямой видимости линии фронта был создан музей-заповедник.

С рыжей армянской керамикой в его экспозиции соседствуют и чёрные горшки куро-араксинской культуры, но куда как интереснее фрагменты зданий и скульптур. На другие армянские города Тигранакерт Арцахский был не похож из-за своей белокаменности.

На стены замка Панаха-Али можно подняться, и с них открываются отличные виды на городище, Ванкасар и фронт:

Южнее замка - раскопки городской площади, застроенной на рубеже 5-6 столетий:

В первую очередь это пара церквей - более скромная Северная базилика:

И некогда роскошнейшая в пределах будущего Азербайджана южная, к которой пристроен раннехристианский мавзолей:

Самые впечатляющие экспонаты музея - капители её колон с крестами и виноградом:

Здесь же - остатки домов и колодцев:

Особенно ценной для армян находкой считается глиняный диск с бородатым лицом и надписью "Я Вачаган, раб Господень"... Но не стоит забывать, что имя Вачаган носили и некоторые цари Кавказской Албании.

К северу от замка - зарастающая круглая площадь с остатками сувенирных ларьков и лимонадных киосков, видимо закрывшихся на зиму.

Здесь встречает собственно Шахбулаг, Царь-родник, когда-то питавший водой Тигранакерт, позже - Панах-Али-ханову резиденцию, ну а ныне - весьма симпатичный парк. Там, где ровное место начинает переходить в склон Ванксара - целый каскад каменных бассейнов:

Среди которых - трёхарочнй павильон 12 века, у армян обозначенный надколодезной часовней:

Хотя в его тесном зале трудно отделаться от сходства с мечетью:

Ванкасар же стоит над древним городом грозной стеной:

И в его пустошах мирно уживаются советские карьеры, археологические раскопы и остатки древних построек, крепостных стен, ирригационного канала (сохранился участок длиной 300 метров) и даже культовая пещера с крестами на валунах.

Здесь же - руины азербайджанского села: Суренаван из Шахбулага не очень-то получился.

Кажется, будто за эти холмы кипел бой, а техника в траве словно так и валяется, покорёженная обстрелом:

В ту сторону по дороге километров 15 до Мардакерта (Агдере) - немаленького по меркам Арцаха (4,2 тыс. жителей) городка, ужавшегося с изгнанием азербайджанцев всего вдвое. Там сохранилась церковка Сурб-Ованнес (1881), но интереснее окрестности - тюркские мавзолеи 14 века в сёлах Поправенд и Хачин-Дорбатлы. Последний, построенный в 1314 году зодчим Шахензи для некогое Катава-Ходжи (он же Гутлу-Муса) в Азербайджане считается одним из символов Карабаха, фигурируя даже на почтовых марках. Пожалуй, он достоин знаменитых мавзолеев Нахичевани, но в отличие от нахичеванских церквей, пока не разрушен. А здесь, близ замка Панаха-Али - видимо, остатки караван-сарай джеванширской эпохи:

Прямо напротив Тигранакертского музея в пыли тихо лежит азербайджанской кладбище с лесом каменных стел:

Степные некрополи всегда живописны, хотя могилки тут явно ХХ века:

Но мы не рискнули даже пытаться к ним подходить, увидев рыхлённую землю наподобие контрольно-следовой полосы:

Вдаль, к Каспийскому морю, спускается необозримая степь, и в далёкой дымке белеют среди тёмной зелени азербайджанские сёла.

Ещё несколько сёл поближе разрушены войной:

Пустое пространство - это и есть фронт. Мирных армян от мирных азербайджанцев отделяет порядка 5 километров глубоко эшелонированной обороны, которую вряд ли кто-то отважится атаковать в лоб, особенно - со стороны степи под перекрёстным огнём с горных позиций. За мрачными сюжетами жизни под обстрелом надо ехать в материковую Армению, здесь же впечатляет скорее граница миров, разделённых не только языком и верой, но и даже ландшафтом. Памятник у начала этой дороги не случайно зовётся "Мы - наши горы!", ибо там, где кончаются горы, кончается и земля под контролем армян.

Но в общем этот тревожный угол, продуваемый ветрами и простреливаемый врагами совсем не похож на остальной Нагорный Карабах. Настоящий Арцах - он тих, уютен и вечен. Об этом, на примере меликского села Тох, я расскажу в следующей части.

Автор VARANDEJ