Ванк и Гандзасар. Албанская святыня и философ-олигарх (56 фото)

Но пришло время покидать этот затерянный мир - в следующих двух частях проедем по новой дороге в Армению через Севан, которая не только живописна, но и весьма богата древностями. Чуть от неё в стороне, в полусотне километров от Степанакерта, над неожиданно колоритным своей современностью селом Ванк (1,2 тыс. жителей) стоит монастырь Гандзасар - духовный центр Арцаха, который мог быть при другом раскладе и главной христианской святыней Азербайджана: в его стенах Кавказская Албания дожила до 19 века, когда небольшая обитель была центром отдельного католикосата и соперничала с Эчмиадзином за армян России.

В десяти километрах к северу от Степанакерта лежит весьма парадоксальная развилка дорог. Когда-то здесь от шумной трассы Ереван-Баку ответвлялась налево тихая просёлка к горным селениям. Затем дороги в обе стороны были равноценны, упираясь одна во фронт, другая в горы. Ну а после 2017 года на том же самом месте от новой трассы Степанакерт-Варденис-Ереван отходит направо тупиковая дорога в тревожное малолюдное пограничье, показанные в прошлых частях Ходжалы, Аскеран и Агдам. Прежде мы проезжали здесь направо, но сегодня будет левый поворот. Таксист, с которым мы сперва заехали к руинам степанакертского вокзала, настойчиво предлагал отвезти нас сразу в Гандзасар, но мы так же настойчиво отнекивались. Хотя и не слишком уверенно: дорога до монастыря не то чтобы дальняя, однако прямой её не назвать: 40 километров по трассе до поворота, оттуда десяток - до Ванка, а от села до обители в гору ещё пяток.

Но в итоге нам повезло: первая же машина шла прямиком в Гандзасар, да и дальнейшие пункты программы у нас совпадали. На пассажирском сидении ехала бойкая женщина с выразительными глазами, оказавшаяся туристкой то ли из Северодонецка, то ли из Славянска. Немолодой угрюмый водитель-армянин был видимо из тех, кого находят через увешанные фотографиями достопримечательностей машины на главной площади Еревана. Вырвавшись в короткий отпуск, украинка отправился в стандартный кольцевой блиц-маршрут по Армении и Карабаху через Татев и озеро Севан. На наши северные восторги закавказской природой она смотрела скептически: у них на терриконах, дескать, абрикосы не хуже растут. Между ней и водителем, однако, лежала роскошная гроздь винограда, и периодически украинка красиво угощала армянина виноградинами, а тот, кажется, сам ещё не вполне верил в удачу, пославшую ему чуть больше чем просто туристку. В какой-то момент у украинки зазвонил телефон, и после короткого разговора она посетовала, что дети у неё телевизор разбили и всё теперь валят на младшую. Детей оказался не двое, не трое и даже не пятеро, а десять, и лишь вдоволь насладившись нашими вытянувшимися лицами, украинка пояснила, что лишь двух из них она родила, а остальные попали к ней, по сути, в семейный приют для сирот. И я не спрашивал, в каком году и как осиротели дети Славянска, а она виртуозно обходила эти темы - из России ведь и не догадаешься, что большинство украинцев от Закарпатья до Донбасса аполитичны настолько, словно в мире вовсе нет стран и наций.

Из долины Каркара, на котором стоят Аскеран, Степанакерт и Шуша с её бездонным каньоном, мы понемногу перебирались через водораздел к долине следующей реки Хачен. Именно она дала название образовавшемуся в 821 году Хаченскому княжеству, на без малого тысячу лет ставшему последним оплотом армянской государственности. Когда же в 1590 году Хачен распался на Хамс, союз пяти меликств, долины Каркара и Хачен-реки достались крупнейшему из них - "малому" Хачену, где продолжал править княживший с 13 века род Гасан-Джалалянов. Немудрено, что замок их стоял именно на водоразделе, со стороны Каркара прикрытый Сорочьей крепостью - так можно перевести на русский её почти непроизносимое название Качакагаберд. Впрочем, в историю она вошла в 18 веке, став главной в Нагорном Карабахе базой фидаев-соратников Давид-бека (см. Зангезур), где-то тут вырезавших турецкую армию и за это прощённых и признанных шахом. Впрочем, руины самой крепости издали не разглядеть, но на кадре выше из шкуры горных лесов торчит острая скала, к которой и были пристроены укрепления.

Обогнув её по подножью, мы свернули с трассы на боковую дорогу, встретившую нас, натурально, Аллеей Котэ:

И это было только начало! Чуть поодаль - странная стена из автомобильных номеров:

За которой, в приречное низинке, скрывается отель, облик которого лучше всего описывает название - "Эклектика":

Напротив - строгий советский Неизвестный Солдат, дополненный трагическими фотографиями солдат известных и павших на не столь давней войне. За ними видна и наша цель на вершине горы, куда ведёт отдельная дорога, но сперва водитель повёз нас дальше по низине Хачена.

За очередным поворотом дороги - странный авто-ретро-музей, показывающий драндулеты с самой необычной стороны:

Колоннада с крутобёдрыми эллинками да типично закавказскими каменными конями:

На скале у речки - орёл:

А лев - в скале чуть выше! Гигантская морда-обрыв, когда-то ещё и испускавшая громогласные рыки, за внимание туристов вполне может потягаться с седым Гандзасаром.

Здание перед ней - ещё один отель "Цовин-Кар", то есть "Морской камень":

И у подножья его мальки русалки так хотели в Брюссель аж не вытерпели, а фронтоне кариатида обнимает атланта:

А на шезлонге напротив бронзовая девочка явно перестаралась загорать:

Рядышком пара ослопегасов (!) со стрекозьими (!!) крыльями из деталей машин (!!!):

А весёлый пиратский корабль, за неимением в Республике Арцах моря, пришвартовался на камнях тщедушной речки:

Сейчас это ещё и корабль-призрак, к которому не подойти. Вид наверх с площадки напротив:

А на камнях вокруг какие-то зверюги, и даже "самый лучший в мире крокодил":

Словом, это всё как минимум достойно "Сонькиной лагуны" и "Орлиного дупла" в уральской Сатке, и как нетрудно догадаться, за подобным зоопарком абсурда должен стоять вполне конкретный дядька-бизнесмен. Перекрасить истерзанный Нагорный Карабах из привычного цвета хаки в яркие тона пытался уроженец Ванка Левон Айрапетян. Выпускник философского факультета МГУ, при Советах - скромный журналист, а в постсоветской России - успешный предприниматель, к концу жизни он вошёл на издательском бизнесе и экспорте нефти в десятку богатейших армян. В непризнанной Республике Арцах его знали как инвестора №1 - он строил здесь дороги, водохранилища, лесопилки, спонсировал реставрацию святынь, ну а как минимум в двух местах ещё и занимался украшательством - на главной площади Степанакерта да в родном селе. Ванк, судя по всему, оброс странными сущностями в 2008 году, когда Айрапетян устроил Большую Арцахскую Свадьбу - за один день в Гандзасаре и шушинском соборе Казанчецоц обвенчалось 687 пар, каждой из которых бизнесмен подарил 2000 долларов и корову. Демография Нагорного Карабаха вообще была для Айрапетян важной темой: так, он призывал каждого крупного бизнесмена из Спюрка (диаспоры) становиться крёстным для новорождённых детей непризнанной республики и брать на себя роль того самого "дяди-миллионера из Австралии". Как философ по образованию, Левон Гургеныч пришёл к заключению, что родина дала каждому армянину особые гены, позволяющие преуспеть в любой стране мира, а потому преуспевший армянин обязан вернуть долг земле предков - например, спонсируя Арцах. И в общем, не знаю, как относились ко всем этим инициативам сами карабахцы, но финал креативного благодетеля оказался печальным: в 2014 году Айрапетян был арестован в России по делу "Башнефти" и 3 года спустя умер в тюрьме..

Родному Ванку Левон Гургенович оставил хорошую дорогу, оборудованный по последнему слову техники лесозавод, туристическую инфраструктуру, отреставрированный в 2002-05 годах монастырь и новую школу. Но в целом смерть "инвестора №1" не стала для непризнанной республики фатальной - ту же дорогу на Севан закончили уже без него, да и в принципе по словам знакомых путешественников, Нагорный Карабах оправился от войны и стремительно меняется именно в последние годы.

На кадре выше - вид Ванка из Гандзасара: монастырь стоит от села на соседней горе, куда ведёт довольно крутой серпантин. Вернее, в переводе Гандзасар сам есть Гора Сокровищ. Аллегорический это образ, на духовные сокровища обители намекающий, или же когда-то здесь были серебряные рудники - я точно не знаю, но если вторая версия и верна, то теперь от рудников даже следа не осталось. Однако не они ли способствовали становлению Хаченского княжества? Лесистый склон высящейся напротив горы Тарханасар скрывает руины Хоханаберда, замка хаченских князей, фактической столицы Нагорного Карабаха до вторжения Джеванширов и появления ханской Шуши:

И хотя зародилось Хаченское княжество ещё под арабами, по-настоящему возвысил его 13 век. Многочисленные местные князьки, слагавшие три ветви в Нижнем Хачене, Верхнем Хачене и Атерке, но не имевшие даже единой фамилии, тогда породнились с величайшими домами Армении, разгромленной за три сотни лет тюрками и монголами - многие её аристократы нашли убежище в затерянном мире Арцаха... Главным из трёх ветвей тогда считались правители Атерка, но князь Вахтанг Тангик из Нижнего Хачена, родич дома Сюни из соседнего Зангезура, нашёл себе поистине благородную супругу Хоришах, дочь Арцруни (богатейший дом Западной Армении) и Закарянов (вассалов царицы Тамары, на рубеже 12-13 веков на полвека освободивших Армению от тюрок). И когда в 1214 году умер без наследников последний князь Атерка Вахтанг Тагаворазн, правителем всего Хаченского княжества сделался сын Тангика и Хоришах со звучным именем Гасан-Джалал Дола. На горе у истоков Хачена, Каркара и Тертера он построил свой замок, заложил серебряный рудник и над ним воздвиг роскошный собор на месте небольшой старинной церкви. Его потомки Гасан-Джалаляны правили здесь ещё несколько веков, сначала как князья, а после распада Хаченского княжества - как мелики. Но замок с тех пор был разрушен и ныне даже подобраться к его руинам сквозь чащу - непростая задача. Монастырь же остался стоять, а род Гасан-Джалалянов из князей переквалифицировался в католикосы.

Как православная церковь делится на несколько патриархатов, пусть и не всегда дружественных друг другу, но признающих своё каноническое единство, так и католикосатов в Армянской Апостольской церкви во все времена было больше одного. Старшим всегда считался Католикос Всех Армян из Эчмиадзина, в 9-15 веках успевший сменить пяток резиденций и через Киликию вернуться в Вагаршпат. Но самым долговечным после него был Агванский, иначе - Албанский католикосат, возникший более 1500 лет назад как отдельная церковь Кавказской Албании. Об этом весьма рыхлом, и всё же полноценном государстве из 26 племён, большинство из которых по языку были близки к народам Дагестана, я прежде рассказывал уже не раз. Образовавшаяся в 1 веке нашей эры, Албания стабильно оставалась в орбите Армении на правах "младшего брата", и с крещением армян многие албаны начали следовать их примеру. В первую очередь - в Утике и Арцахе, тогда находившихся в составе Великой Армении, где Святой Григорий в 313 году рукоположил первым албанским епископом своего внука Григориса. Где-то в 370-х годах крестился и арраншах (албанский царь) Урнайр, а вскоре и Арцах был передан Албании персидским шахиншахом, разделившим Армению с Римом. Сто лет спустя, при Вачагане Благочестивом, построившем "столько церквей, сколько дней в году", Албанская Апостольская церковь уже имела сотни приходов и 8 епархий с центрами в городах Партав (Барда), Кабалак (Габала), Шеки, Гирдымын (Шамкир), Пайтакаран в низовьях Куры и Амарас в Карабахе, а Месроп Маштоци разработал для неё свой алфавит на основе гаргарского - важнейшего из 26 албанских языков. И в общем церковь Кавказской Албании имела шансы развиваться самостоятельно, и тогда скорее всего сейчас на месте Азербайджана лежала бы мечтающая о вступлении в НАТО и вполне дружественная к Армении Кавказская республика Албания с кафедральным собором Святого Григориса, построенным в 1990-х над центром Баку... Однако в 451 году обе закавказские ААЦ не признали Халкидонский собор, тем самым размежевавшись с православием Византии. Оппозиция сблизила их, армянский язык вытеснил гаргарский из богослужений, и вот в 551 году одна ААЦ вошла в состав другой как Албанский католикосат во главе с владыкой Абасом. Ещё через полторы сотни лет в степи Аррана вторглись мусульмане, и большая часть албан перешла в ислам, оказавшись в числе потомков нынешних азербайджанцев, албано-христиане же в горах Арцаха полностью слились с армянами.

Кавказская Албания исчезла с карты мира и как государство под таким названием не возрождалась уже никогда, разве что фигурируя в титулах князей Хачена. Но остался Албанский католикосат, и саму Албанию он пережил на тысячу с лишним лет. Среди его прихожан были удины из Ниджа - последнее албанское племя, в степях Азербайджана так и не перешедшие ни в ислам, ни на тюркскую речь. Но в основном албанскому католикосу подчинялись вполне себе армянские приходы Восточного Кавказа, нынешних Азербайджана и Дагестана. И на канонической территории паства агванских католикосов неуклонно сжималась век за веком, однако Великий Сургун, депортация армян в Исфахан в 1604 году, порядком изменил расклад. Теперь Эчмиадзин окормлял армянские приходы в Персии, Индии и Европе, Ахтамару на озере Ван подчинялись армянские церкви в Османской империи, ну а агванские католикосы, чьей резиденцией при Гасан-Джалалянах и стал Гандзасар, обратили свои взоры на перспективное направление - Россию, где армянские общины росли не по дням и по часам. Католикос Есаи Гасан-Джалалян в 1701 году стал первым из армянских официальных лиц, публично попросивших русского царя о военной помощи. В 1751 году в управлении его преемнику перешли григорианские приходы Астрахани, процветавшей в те годы именно благодаря армянским купцам. В итоге того, чтобы Россия обратила на армян внимание, агванские католикосы добились, но в делах религиозных белый царь сделал ставку на Эчмиадзин. В конце 18 века ему вернулись армянские приходы России, а приход России в Закавказье положил конец Албанскому католикосату - в 1815 году его подчинили Эчмиадзину как митрополию, а в 1836 году и вовсе разделили на Шемаханскую и Карабахскую епархии. Своеобразным зёрнышком возрождения Албанской Апостольской церкви можно считать Албано-Удинскую общину Азербайджана с единственным храмом в Нидже, чей лидер со звучным именем Роберт Мобили наверняка уже приглядывается к Гандзасару как будущей лавре удин... Не случись Карабахского конфликта, здесь был бы духовный центр армянской общины Азербайджана.

Храм на Горе Сокровищ построил в годы своего правления сам Гасан-Джалал Дола - 1216-38 годах. Гавит чуть моложе - начат в 1261-м году, когда князя казнили по надуманному обвинению сюзерены-монголы, и закончен в 1268 году его сыном Атабеком. По местной легенде, под собором покоится долго скитавшаяся по христианским реликвариям и наконец погребённая в горной глуши голова Иоанна Крестителя, от которой и его посвящение - Сурб-Ованнес:

Неуловимо похожий на собор в Эчмиадзине, своей красотой Гандзасарский храм вполне достоин сопоставимой с ним роли. Парижский историк-византиист Шарль Диль упоминал эту церковь в числе 5 важнейших шедевров армянского зодчества, а советский археолог Анатолий Якобсон и вовсе назвал "энциклопедией армянской архитектуры". При виде скульптур и орнаментов на барабане 16-гранного купола с этим сложно не согласиться:

Со стен, как водится, взирают библейские святые и армянские цари:

Справа в скульптурах Адама и Евы не забыт даже коварный Змей. Слева, видимо, сам Гасан-Джалал Дола с макетом собора:

На желтоватых стенах (розового туфа в Карабахе нет) - хачкары и надписи, застывшая речь людей, умерших столетия назад:

Здесь же - тонкая резьба:

И деревянные двери....

...в фантастически изящных порталах:

На двух из них - странные символы в виде комбинаций колец, но вход - под третьим, с надписью:

Под стеной собора - могилы митрополитов и карабахских епископов, чьей резиденцией Гандзасар оставался и после ликвидации католикосата:

Но ещё больше, чем снаружи, собор Сурб-Ованнес впечатляет внутри. В гавите - арочные своды, примета армянского "серебряного века": их секрет был найден в Анийском царстве на рубеже 10-11 веков, а под мусульманским игом позабыт, так что снова так строить в Армении начали лишь при Советах.

На потолке - сталактиты как в мечетях и крест:

Пол скрещенными арками гавита - и главный некрополь Кавказской Албании, где покоятся агванские католикосы:

А так же правивший в 15 веке князь Гасан-Джалал III, плиту над могилой которого (1431) украшают необычные знаки - Звезда Давида, вписанная в Колесо Вечности, и 14-лучевая сфера, значение которой наука не разгладала до сих пор. Зато по-своему разгадал её седой смотритель с выразительным глубоким взглядом, здесь объяснявший нам на примере этих символов, почему армяне - не монофизиты...

А вот про каменного голубя, при виде которого я могу вспомнить лишь свинцовую птичку с Новгородской Софии, мы так и не смогли ничего узнать. Как я понимаю, именно Гасан-Джалал III в начале 15 века сделал Гандзасар резиденцией Агванского католикоса. Первоначально таковая размещалась в Барде, столице независимой Кавказской Албании, на рубеже тысячелетий престол сметился в монастырь Хамши в Утике, и лишь с его аннексией Ташир-Дзорагетским царством католикосы перебрались в Арцах, где в разное время жили в монастырях Дадиванк, Амарас и Хатраванк (от последнего почти ничего не осталось). В 15 веке у Гасан-Джалалянов и вовсе была идея пригласить сюда Католикоса Всех Армян, таким образом объединив две иерархии с центром в последнем островке армянской государственности.

В зале собора - надписи Гасан-Джалал Долы о его основании:

Карабахский ковёр с христианскими сюжетами на полу и роскошная резная солея:

Собор - это по сути дела почти весь монастырь. Ещё в комплекс Гандзасара входит невысокая стена, скорее всего построенная на рубеже 17-18 веков, во время восстания Давид-бека и призванных им персо-турецких войн, и семинария (1898).

Вид монастырских зданий довольно новодельный: в Карабахскую войну, в октябре 1992 и январе 1993 года, ансамбль Гандзасара серьёзно пострадал от обстрелов, в том числе с самолётов ракетами "воздух-земля". В википедии есть даже фотография снаряда, подобно турецким ядрам на польских церквях, повешенного на стену, но то ли его с тех пор убрали, то ли я плохо смотрел. Сквозь семинарию можно пройти на "балкон", с которого открывается панорама Ванка:

В целом, монастырские постройки кажутся лишь оправой, в которую вставлен собор. Ещё одно здание появилось в 2015 году за оградой, фасадом на переполненную машинами туристов парковку:

Это ни что иное, как Матендаран - на самом деле всего лишь филиал главного Матендарана в Ереване, и вместе с тем дань памяти о том, что когда Гандзасар стоял наравне с Эчмиадзином.

Здесь стоят такие же шкафы с поддержанием внутри правильного микроклимата, а потому и хранятся в них подлинники древних манускриптов.

Вот например евангелие из Ахпата (1211), созданное писцом Акопом и художником Маргаре:

Рукопись писца Тирацу и художника Григора (1232):

Это евангелие помоложе - написано в 1498 году:

А требники так и вовсе современная литература из 16-17 веков:

Вот документ и вовсе из другой эпохи - прошение представителей Гандзасарской епархии к Католикосу Всех Армян назначить митрополитом епископа Багдасара Джалаляна (1828):

На самом видном месте - пара тысячелетних Евангелий рубежа 10-11 веков:

А вот евангелие 6 века, написанное может быть ещё на гаргарском языке в алфавите Месропа, истлело давно и бесследно. Но остался его переплёт из слоновой кости - старейшая реликвия Гандзасара:

...Ну а ереванский шофёр с украинской туристкой ехали в следующий монастырь Дадиванк, до которого и нас с собой взяли. В следующей части покинем Карабах.

Автор VARANDEJ