Тухачевский. Мифы. Полководческий "гений" (7 фото)

Лев Троцкий называл Тухачевского «демоном революции». Чтобы заслужить такое «почетное» звание от самого Льва Давидовича, надо было постараться. Тухачевский старался на славу, но, конечно, не для Троцкого, а для себя. Тухачевский физически не мог терпеть над собой никакого авторитета.

Приехав в Россию после побега из немецкого плена в октябре 1917 года, Тухачевский в марте 1918 года встретился с ведущими лидерами партии большевиков: Свердловым, Куйбышевым, а затем с Лениным и Троцким. Чем объясняется такая популярность в высших большевистских кругах некому неизвестного подпоручика, объяснить сложно.
Дворянина и бывшего офицера-гвардейца, то есть трижды классового врага, в марте 1918 года принимают в ВКП(б) без всякого испытательного срока. И Троцкий уже в августе 1918 года доверяет ему целую армию! Это при том, что к середине 1918 года недостатка в военспецах Красная армия не испытывала. На ее стороне воевала элита бывшей русской армии, от Брусилова и Шапошникова до Бонч-Бруевича (брата известного большевика-ленинца и начальника военной разведки Российской Империи). Генералов и полковников с академическим образованием хватало по три-четыре штуки на каждую армию. Но 1-ю армию Восточного фронта почему-то доверяют именно Тухачевскому, прослужившему в общей сложности менее года.

Правда в его способностях командование сомневалось и послало командовать Вацетиса. И затем обычно упоминают первую гениальную операцию по взятию Симбирска. Упомянем и мы. Имевший численное превосходство Тухачевский, был жестоко бит Каппелем и армия драпала десятки километров! За десять дней, пока к месту назначения ехал новый комфронта И. И. Вацетис, белые захватили Сызрань, Бугульму, Мелекесс, Сенгилей и Симбирск. Первая армия, во главе которой Михаил Николаевич собирался стяжать лавры на полях сражений, отступала весьма «непланомерно». Лишь благодаря действиям Вацетиса, фронт не рухнул.

«Бросали орудия, броневой поезд, войсковое имущество, – писал позднее Вацетис, – несмотря на то, что никакой особенной опасности не было, за исключением появления конницы противника на наших флангах и в тылу» (Советские полководцы и военачальники. М., 1988. С. 82).

Попытки комфронта разыскать Тухачевского оказались безрезультатными, и он в крайнем раздражении потребовал, чтобы Михаил Николаевич побольше находился на месте в штабе армии, «а не болтался по тылам».

В начале августа под напором Вацетиса Тухачевский попытался отбить у белых Симбирск с помощью новоизобретенного им «концентрического наступления». И поначалу все развивалось как нельзя лучше: к 14 августа ударная группа 1-ой армии на правом фланге перехватила Волгу, а на левом позиции белых начала охватывать Курская бригада.

«И вдруг неожиданно все рухнуло, – пишет биограф Тухачевского В. Иванов. – Противник контратакой офицерского батальона прорвал фронт Курской бригады, разбил ее и стал развивать прорыв…» (В. Иванов. Маршал Тухачевский. С. 69).

Удачное взятие Симбирска (вторая попытка) планировал не Тухачевский, план спустили из штаба фронта. И восторженные панегирики военному таланту будущего маршала тут неуместны.

Главный удар наносился по 1-ой белогвардейской дивизии, ослабленной выделением части своих сил под Казань. Усилив действующую в направлении главного удара Симбирскую дивизию пехотными и кавалерийскими частями, Тухачевский достиг двойного превосходства над противником в полосе главного удара, и 12 сентября Симбирск был взят. Ворвавшись в Симбирск, Тухачевский сразу отбивает телеграмму Ленину, где обещает взять ещё и Самару.

«Дорогой Владимир Ильич! Взятие Вашего родного города – это ответ на Вашу одну рану, а за вторую – будет Самара!»

После этого усиленная бригада Симбирской дивизии форсировала Волгу и стала успешно продвигаться на восток. И вдруг опять произошло неожиданное…

18 сентября трехтысячный отряд полковника В. О. Каппеля нанес удар и, отбросив бригаду назад за Волгу, начал штурмовать Симбирск. Тухачевский запросил у командующего экстренной помощи со стороны Правобережной группировки 5-й армии, действовавшей в это время против Казани. Вовремя подоспевшие части 5-й армии П. А. Славена и спасли Тухачевского от серьезных осложнений.

Тухачевского отправляют на Южный фронт. Верующие в гениальность уверены, что это назначение Ленина, в связи с угрозой на юге. Несколько непонятно, чему мог научить вчерашний поручик многоопытных генералов. Ничего выдающегося он на Восточном фронте не показал, скорее едва не стал причиной краха! Очевидно, что его назначение можно связать лишь с Вацетисом, который сильно конфликтовал с командованием Южного фронта, во главе с Гиттисом. Тухачевского Вацетис знал отлично и тому наверняка льстило доверие главкома. Во всяком случае известно, что Михаил активно продавливал линию Вацетиса. Наступление успешно шло уже два месяца и без «гения». Такой «помощник» был даром не нужен и Тухачевского быстро сплавили командовать армией.

И тут следует остановиться на одном моменте. Штаб Тухачевского укомплектовали лучшими офицерами и так было всегда. Любители «гения» считают это мудрейшей кадровой политикой своего кумира. Хотелось бы узнать, как он это осуществлял на практике? Переманивал обещанием повышения зарплаты и премиальными?! Как оценивал, интуитивно?! Чушь конечно. Офицеров мог направить только фронтовой штаб. И такие действия более чем логичны. Нивелировать действия бездарного на тот момент командарма отличным штабом. А вот когда лично «кадровый гений» комплектовал Первую армию, способности ему отказали и армия бегала, как кролик.

Существует мнение, что Тухачевский в тайне от штаба, лично готовил каждый документ и вручал лишь для исполнения. Тяжело поверить в такое. Человек, никогда и близко не знавший штабной работы, вдруг начинает поучать лучших профессионалов фронта. Возможно, он и правда гений, но штаб не столько стрелочки на карте рисует, сколько обеспечивает движение войск по этим стрелочкам! Зачем и откуда знать командарму, сколько понадобится подвод, фуража, патронов, снарядов, где все это взять, куда собирать и тд.?! А рядом сидят люди, которые всю карьеру этим занимаются… И налицо парадокс. Тухачевский отбирает самых талантливых штабистов, но занимается всем сам.

Так или иначе, военный гений или лучший на фронте штаб помогли, но хоть лавров особых Тухачевский и не снискал, провалов, как под Симбирском, не было. Однако, с фронта его выжили. И отправили командовать 5-ой армией, где командиром 25-ой дивизии был легендарный Чапаев. Ни шатко ни валко, армия вела позиционное наступление в составе всего фронта. Причём, всё то «гениальное», что приписывают Тухачевскому, обычно входит в обязанности ротных, комбатов и комполков, а не командарма. Оценить вклад Михаила в общие успехи трудновато. Некоторые злые языки наговаривали, что именно злопамятный Тухачевский сдал Чапая белякам за оказанное «неуважение». Версия крайне сомнительная, но сам факт того, что в армии шли такие разговоры, говорит о многом.

Некоторые биографы и мемуаристы стали приписывать именно Михаилу Николаевичу всю славу как разработки, так и исполнения этих операций Восточного фронта. Хотя в действительности они, по словам Тодорского:

«не были голым самотворчеством его талантливой головы, а вытекали из установок ЦК партии и приказов высшего командования и решались в тесном взаимодействии с другими армиями в обстановке общей целеустремленной борьбы с интервентами и белогвардейцами. Однако в каждой операции, безусловно, был его личный полководческий почерк» (А. И. Тодорский. Маршал Тухачевский. С. 40).

Прежде всего обилием пресловутых «вдруг» Так, во время Бугурусланской операции усиленной 5-й армии было приказано окружить и уничтожить два корпуса белых. Войска Тухачевского пошли в наступление и вдруг… были остановлены контратакой белых на реке Сок. Командованию пришлось усиливать 5-ю армию дополнительными дивизиями с других участков фронта. И хотя белые отступили, окружить и уничтожить их корпуса Тухачевскому не удалось, несмотря на тройное превосходство в силах.

Спустя два месяца, в ходе Златоустовской операции (той самой, в которой, по словам Краснопольского, будто бы «в полном блеске раскрылся талант Тухачевского») командарму-5 было поручено окружить и уничтожить белогвардейскую Западную армию. Но ударная группировка из-за плохо организованной разведки вдруг напоролась на 12-ю пехотную дивизию белых. В результате замысел операции на окружение был сорван, бои свелись к фронтальным ударам и, хотя Златоуст был взят, белые не были разгромлены и организованно отступили к Челябинску.

В Петропавловской операции, по замыслу командования, 5-я армия успешно форсировала Тобол и, продвинувшись на 130–180 км на восток, завязала бои на дальних подступах к Петропавловску. Но вдруг… белые нанесли контрудар по всему фронту, и войска Тухачевского оказались прижатыми к Тоболу.

Спеша спасти Тухачевского, командующий фронтом В. А. Ольдерогге изменил задачу соседней 3-й армии и приказал ей атаковать левый фланг белых. Это позволило отвести остатки 5-армии за реку и получить передышку и подкрепление для нового наступления. И снова операция на окружение и разгром белых не удалась, более или менее организованно они отошли к Омску.

Говоря об этом паническом бегстве за Тобол, даже Тодорский в своей в целом панегирической биографии Тухачевского признавал, что эта неудача была вызвана просчетами самого Михаила Николаевича, который, имея минимальный опыт вождения войск, усвоил манеру действовать наскоком.

Операции, разработанные в штабе армии, нередко заканчивались огромными потерями и фланговыми ударами белых. Если Михаил и отрабатывал некие свои гениальные теории, то выходило плохо. Выручало лишь численное превосходство и помощь фронта. То дивизии пришлют, то прямым приказом заставят действовать правильно. И вот пришло время первого ордена для «гения».

Ситуация анекдотичная! Белые составили план ловушки: заманить большие силы красных, окружить и уничтожить. «Гений» рванул на всех порах! На этом бы и кончилась история Тухачевского, но командование фронтом (Фрунзе и его штаб) не подкачало, оперативно перебросило резервы и нанесло ряд отвлекающих и фланговых ударов, белые откатились. Вот так, «величайший военный талант» получил орден за то, что угодил в ловушку для дураков под Челябинском…

Армия Тухачевского начинает наступление на Колчака, разбивается в лобовых атаках и снова бежит. Но об этом апологеты умалчивают, лишь воспевают последующее наступление, которое не назовешь иначе, чем преследование беглецов. Ни патронов, ни снаряжения у белых уже не было. Вот тут Тухачевский оттянулся на всю катушку! Нагнать обоз, порубить всех, это же гениально… За это и получил именное оружие наш герой, за разгром Колчака. Хотя, если посмотреть объективно, ВСЕ самостоятельные операции армии Тухачевского были если не провальным (с угрозой всему фронту), то скажем так, сильно не успешными. Мало того, Тухачевский не всегда справлялся с поставленными задачами выделенными ему силами и склонен был требовать себе подкреплений за счет соседних армий. Выявилось и неумение командарма организовать разведку, надежную связь и управление войсками. Чрезмерно уповая на моральное превосходство своих войск, Тухачевский нередко пренебрегал пополнением материальных запасов и подтягиванием тылов, бросал в бой сразу всю массу своих войск, не оставляя резервов. Поэтому испытываемые им время от времени поражения отличались стремительностью и полной дезорганизацией войск, требовавших от фронтового командования больших усилий для восстановления положения.

Справедливости ради отметим: во многих случаях в действиях на Восточном фронте «наскоки» Тухачевского достигали успеха. 5-й армии здесь часто не приходилось даже штурмовать занятых белыми городов; их освобождали и удерживали до подхода красных партизаны или восставшие рабочие. И похоже, что «размягчение» вражеского тыла перед подходом его войск казалось Михаилу Николаевичу естественным, само собой разумеющимся.

Как бы там ни наговаривали, но Тухачевскому решили доверить фронт. Можно подчеркнуть для чего: ОКОНЧАТЕЛЬНОГО разгрома Деникина. Войска белых на юге уже утратили боевой потенциал, но ещё держались. Начал красный Бонапарт, уж так повелось в его военной карьере, с тяжкого поражения. Белые не просто отбили попытку наступления красных, но и перешли в своё… Где уж тут был военный гений Тухачевского, который наплевал на советы штаба, история умалчивает.

Поправили дела обычным образом - массовым пополнением. Сам же Деникин утверждал, что ни на какие действия армия белых не способна. Но действия красных были настолько авантюрны, что грех было не воспользоваться… Злые языки утверждают, что если бы не Первая конная армия, белые разнесли бы к едреней фене весь фронт Тухачевского! Но конармия Буденного Семена Михайловича была и южный оплот белых перестал существовать. Каменев дал лестную характеристику Тухачевскому за этот разгром. Правда он не упоминает о военных талантах, а все больше упирает на решительность и преданность делу революции. По тем временам - более чем весомо!

Тухачевского впервые отправляют на действительно важный участок, Западный фронт. Его задача, организовать атаки на Польшу. Началось, уже привычно - с поражения. Опять, глупое и неподготовленное наступление превратилось в контрудар противника и бегство Красной армии. О котором никто не упоминает, кроме специалистов. Снова пополнение, усиление и следующая попытка. Это же военный гений, чего же еще требовать?!

Польские войска 30 мая контратаковали и с помощью подошедших резервов восстановили положение. Только 15-я армия А. И. Корка смогла удержать небольшой плацдарм в районе Полоцка. Резервов у Тухачевского не оказалось. Он вложил все силы в первый удар, рассчитывая резервы создать позднее, из новых дивизий, перебрасываемых с Кавказского и Восточного фронтов, от Петрограда и внутренних округов. Но эти дивизии опоздали к началу польского контрнаступления.

2 июня 1920 года советское правительство издало декрет «Об освобождении от ответственности всех белогвардейских офицеров, которые помогут в войне с Польшей». В итоге тысячи русских людей добровольцами вступили в Красную армию и пошли воевать на польский фронт.

Пользуясь тем, что много польских сил оттянулось на Украину, 4 июля  перешел в наступление главный советский, Западный фронт Тухачевского. Пять его армий сломили оборону противника и стали быстро продвигаться вглубь Белоруссии и Литвы. Польский фронт здесь продержался дольше, чем на Украине, но и крушение его стало намного катастрофичнее. Войска охватила паника. Отступление превратилось в повальное бегство. И едва поляки побежали, население стало отыгрываться – портили паровозы, стреляли из леса по обозам и колоннам. 11 июля поляки бросили Минск, 14 июля – Вильно. С их отступающими войсками двинулись множество беженцев. По дорогам катились лавины частей и обозов. Солдаты занимались грабежами.

Успех Тухачевского выглядел уже неоспоримым. Движение двух армий на Брест для удара с юга по отступающей группировке поляков казалось лишним. Наступление катилось, как в хмельном угаре. Далеко отстали вторые эшелоны, тылы, резервы, застрявшие из-за взорванных мостов и дорожных пробок. К началу штурма у Тухачевского оставалось всего 50 тыс. человек. Однако этим пренебрегли. Около 30 тыс. выделялось для обхода Варшавы с севера, 11 тыс. наступали на нее в лоб, около 8 тыс. – обходили с юга.

Но «начальник Польши» Юзеф Пилсудский не зря командовал войсками в Первой мировой. Пользуясь тем, что разведки у красных почти не было, он незаметно накопил мощный кулак: 50 тысяч человек с 30 танками, 250 артиллерийскими стволами, десятью бронепоездами.

16 августа могучий польский кулак совершенно внезапно нанес контрудар по флангам Тухачевского. 70 самолетов, поднимаясь с аэродромов под Люблином и Варшавой, беспрерывно бомбили и поливали пулеметным огнем красноармейские колонны и конницу. Плотная масса красноармейцев рассеивалась артиллерийским огнем. Люди разбивались на мелкие отряды, прижимались к земле, разбегались по лесам. Но польские солдаты не давали убежать далеко. Пленных оказалось до 100 тысяч человек.

Михаил Николаевич всю вину свалил на Юго-Западный фронт (Сталина и Буденного в том числе) и самое удивительное-НА ПОЛЯКОВ!!! Последние поступили безусловно подло, отведя войска с направления главного удара «гения», не известили его о таком предательском маневре и разбили его незащищённый фланг, о котором «военный гений» и не подумал позаботиться. Подонки… А проклятый Сталин не прислал подкрепления!

Хотя, знающие люди говорят, что действия Тухачевского противоречили всем канонам военной науки и Первая конная, если бы даже прибыла вовремя, скорее разделила бы участь остальных войск, нежели произвела какой-то перелом в ситуации. Действия Тухачевского называют блестящими, но откуда тогда такой разгром?! Ах, если бы поляки действовали так, как предполагал Михаил Николаевич… С точки зрения тактики и стратегии, если бы поляки действовали по предположениям будущего маршала, они были бы идиотами и профанами в военном деле!!! Кем был командующий Западным фронтом, решайте сами.

Поляки очень наглядно объяснили Тухачевскому, что резервы для решающего момента сражения все-таки желательно иметь, и даже самый революционный энтузиазм их не заменит.