История похоронного ритуала в Европе (3 фото)

В это время похороны являлись идеальной возможностью продемонстрировать богатство и положение в обществе. Родственники покойного могли улучшить свое положение в обществе тем, что заказывали дорогостоящую и впечатляющую похоронную церемонию и специальную одежду. Этот аспект похоронного ритуала затмил все остальное, на похороны тратили целые состояния, заказывая дорогие памятники, мавзолеи, поминальные пиршества и процессии, как, например, в случае похорон короля или аристократа.

ПОХОРОННЫЕ ПРОЦЕССИИ
Похороны в Европе эпохи Возрождения становились похожими на похороны в Китае и Египте. Правила похоронного этикета становились все более и более замысловатыми, с их помощью пытались превзойти всех, кто занимал низшее положение на социальной лестнице и не мог даже надеяться на то, чтобы соперничать с людьми, которые могли позволить себе большие траты. В Великобритании история развития похоронных обрядов как в королевских кругах, так и среди рабочего класса, заняла примерно 250 лет, начиная с конца 16 века и точно отражая изменяющуюся структуру общества и растущие запросы высшего, среднего и рабочего класса.

ПОХОРОНЫ ФРАНЦУЗСКИХ КОРОЛЕЙ - ОСНОВА ПОХОРОННОГО ЭТИКЕТА ЕВРОПЫ
В Европе пышные похоронные процессии стали возможны лишь тогда, когда наследник престола стал публично объявляться до смерти короля. До этого времени беспорядки и смятение царили в связи с тем, что многочисленные претенденты на корону пытались утвердить свои притязания. Королевская власть восторжествовала только после того, как королей стали рукополагать и короновать. До этого вероятные наследники должны были собрать сподвижников и организовать свою собственную коронацию. В связи с этим оставалось мало времени (и денег) для организации продуманных похорон предшественника. Когда в 1080 году умер Вильгельм Завоеватель, дворяне, покинув двор, разъехались по своим поместьям, оставив непохороненным тело короля и его серебро на разграбление слугам. Все расходы на простые похороны Вильгельма взял на себя Герлуин, один из рыцарей короля.

Как только была определена преемственность королей на троне, открылся путь к роскошным похоронам, которые символизировали власть и стабильность королевской власти, считалось, чем экстравагантнее были похороны, тем лучше. Пример был подан Филиппом III, который сопровождал тело своего отца домой во Францию из Крестового похода в 1270 - 1271 годах с тем, чтобы похоронить его подобающим образом. Похороны королевских особ во Франции постепенно превратились в чрезвычайно сложный и пышный ритуал, который стал основанием похоронного этикета в Европе.

ПОЯВЛЕНИЕ ПЕРВЫХ КОРОЛЕВСКИХ ПРОТОКОЛОВ ПОХОРОН
Процедура королевских похорон восходит к Франции 15 века. Ее тщательно скопировали в 19 веке и используют по сей день. Каждый, кто имеет хотя бы отдаленное отношение к королевской власти, принимает участие в шествии, более важные персоны следуют в непосредственной близости от гроба в качестве самых близких родственников усопшего.

Вплоть до позднего средневековья преемник покойного принимал участие в королевских похоронах, однако на похоронах Франциска I в 1547 году наследнику запретили участвовать в похоронной церемонии, и будущий король Генрих II был вынужден смотреть на процессию из окна на улице Сен Жак. Генеральный прокурор французского парламента, Жак де ля Гэзль объяснил это в 1594 году следующим образом: «Не приличествует их [королевским] божественным персонам ассоциироваться с похоронами». Впоследствии в качестве самых близких родственников на похоронах присутствовал не наследник, а другие члены королевской семьи - принцы и герцоги.

Женщины не играли большой роли на похоронах мужчин, хотя первоначально на похоронах женщин из аристократических семей главным скорбящим всегда выбиралась женщина. За гробом королевы Елизаветы I в 1603 году следовала маркиза, а принцесса Амелия была главной родственницей усопшей на похоронах королевы Каролины в Лондоне в 1737 году. Эта традиция была нарушена в 1817 году, когда в качестве ближайшего родственника несчастной принцессы Шарлотты, скончавшейся при родах первенца, присутствовал ее муж принц Леопольд.

До викторианской эпохи женщины среднего и высшего класса считались слишком утонченными и хрупкими, чтобы стоять у могилы до конца похоронной церемонии. Им вменялось ожидать в церкви до тех пор, пока не закончатся похороны на кладбище. «Светской даме не следует появляться на всеобщем обозрении», - предостерегал парижский дом траурных принадлежностей «Мэзон де Нуар» в 1880 году.

Порядок похорон королевских особ и аристократии был строго прописан. Сначала шли те, кто раздавал милостыню, а также друзья усопшего с домочадцами и слугами. Далее следовали представители судебной власти и мэры, за которыми шло духовенство. Герольды короля с мемориальными досками, на которых был изображен герб, шли или ехали верхом непосредственно перед гробом. Камзолы герольдов, расшитые гербами покойного, шлем, меч, щит, знамена, знаки отличия и ордена дополняли собой мемориальные доски.

Оружие покойного и его войск несли перевернутым, точно так же, как и в наше время их несут на похоронах государственных деятелей или военных. Это был символ перемирия на время похорон.

Далее следовал катафалк с людьми, несшими покров, придерживая его за углы. В действительности гроб несли носильщики, находившиеся под пологом. Сразу за гробом шли или ехали верхом самые близкие скорбящие - близкие родственники и послы.

Шествие замыкали траурные кареты, в которых сидели женщины, иногда встречались пустые кареты, присланные их владельцами в знак уважения. В похоронах государственного масштаба участвовало огромное количество военных, которые шли перед процессией и позади нее, а также выстраивались по бокам улиц, по которым проходило шествие.

Средний класс в викторианскую эпоху стал подражать таким шествиям, однако в несколько меньшем масштабе. Они добавили к процессии «людей, несших перья», которые шли перед катафалком, неся огромные, связанные проволокой пучки черных страусовых перьев, а герольдов заменили владельцы похоронного бюро.

Для траурного шествия заказывали специальные черные траурные одеяния для всех принимавших участие в процессии, также закупали черную драпировку, которой завешивали церковь, дом покойного и иногда весь маршрут, по которому шла процессия.

Список лиц, которым король Франции Генрих II раздал траурную одежду по поводу смерти его отца в 1547 году, включал 50 страниц формата инфолио.

Желание заполучить одежду, вероятно, было основополагающим для людей, просящих подаяние, которые присоединялись к процессии. Женщины из бедных слоев, в основном вдовы, которые принимали участие в похоронах Марии, королевы Шотландии, в Питерборо в 1587 году, вне всякого сомнения, грели душу мыслью о том, что «черные платья, а также метр белого холста, которым они покрывали голову, останется им за их труды, помимо девяти шиллингов деньгами».

На похоронах графа Нортумберленда в 1489 году было использовано около 2000 метров черной ткани для пошива одежды участников церемонии и для драпировки. Цена ткани составляла три четверти расходов на похороны в целом. Шерстяная ткань и шелковый бархат сами по себе были очень дорогими, а дорогостоящий черный краситель еще больше увеличивал их стоимость. Соответственно, великолепные похороны обходились в крупную сумму.

С конца 15 века похороны всех выходцев из английских аристократических семей, обладавших гербом, проводились под надзором геральдической палаты. Функция герольдов заключалась в том, чтобы отслеживать, что никакая семья выскочек не стала выставлять гербы или проводить пышные похороны, на которые она не имела права. Присутствие герольдов на похоронах было знаком королевского признания благородного положения семьи. Их отсутствие означало, что семья была в немилости у короля либо она не была достаточно благородных кровей, чтобы удостоиться присутствия герольдов.

В конце 16 - начале 17 века в Англии расходы на похороны иногда равнялись годовому доходу. Социальный престиж требовал, чтобы похороны были как можно более пышными. Королева Елизавета I, прекрасно понимавшая это, сама оплачивала похоронные счета своих друзей и родственников, чтобы быть абсолютно уверенной, что все будет сделано правильно. Жизнь при дворе в то время была нарочито неумеренна и полна роскоши. Классовые различия между модой при дворе, модой среднего класса и модой обычных людей были оговорены жесткими законами потребления предметов роскоши.

К концу 16 века появилось беспокойство, связанное с дорогостоящими похоронами. На это было две причины. Во-первых, стоимость похорон превосходила все мыслимые пределы, а во-вторых, социальный престиж больше не связывался с роскошными похоронами. Они оказались просто недостойными таких затрат. Процесс вторжения низших классов в аристократические круги уже стал необратимым, несмотря на все попытки пресечь его со стороны аристократии. Многие семьи (чьи гербы не признавались геральдической палатой) стали проводить роскошные похороны на свой лад, подражая геральдическим похоронам.

Герольды горько жаловались на новую моду похорон ночью при свете факелов: «Они хоронят своих покойников ночью без каких-либо разрешений, используя или выдуманные эмблемы, или эмблемы, принадлежащие другим». В 1618 году была даже разработана система штрафов для наказания семей, незаконно захватывающих права высшего класса, но все тщетно. Ничто не может сдержать амбиций, связанных с социальным положением.

То же самое происходило в Нидерландах, Бельгии и Люксембурге, где издававшиеся герольдмейстером эдикты, касающиеся мельчайших деталей похорон, постоянно нарушались.

Законы, изданные в 1616 и в 1696 годах, запрещали всем, за исключением самых знатных семей, одевать своих слуг в траурную ливрею.

Эжид Боэ предстал в суде перед Королевским Советом в Брабанте в марте 1714 года за нарушение этого распоряжения. Он яростно отрицал то, что нарушил закон, говоря, что его слуги были одеты «лишь в старую, поношенную темно-серую одежду». Он в свою очередь обвинил герольдмейстера в том, что его непрестанные придирки вызывают беспокойство среди общественности. В ответ герольдмейстер описал суду ту самую ливрею, в которую были одеты слуги, утверждая, что она могла бы соперничать с той одеждой, которую носят знатные люди. «Объяснения обвиняемого смехотворны. Как может он, зажиточный и самодовольный человек, раздать поношенную одежду своим слугам? Было бы невероятно, если бы он одел своих кучеров в отрепья». Неизвестно, чем закончилось это дело, но людей, которых заставали за нарушением этикета, штрафовали на значительные суммы денег.

Герольды в Нидерландах, Бельгии и Люксембурге продолжали борьбу с выскочками, претендующими на королевские привилегии вплоть до французской революции, в то время как в Англии они отказались от этой затеи еще в 17 веке. Мода на роскошные похороны среди аристократии прошла с приходом республики, когда ненависть пуритан к зажиточным людям и к чрезмерно роскошной демонстрации богатства пересилила ослабевший социальный престиж, которого можно было бы достичь с помощью очень дорогих похорон. Благородные семьи отказались от услуг герольдов, которых больше не приглашали для организации похорон, им был брошен вызов и со стороны зажиточных семей, не имевших гербов, которые безнаказанно преступали их правила и предписания. «Это был злой рок, - писал Джон Гиббон, служащий коллегии герольдов в 1671 году, - стать членом геральдической палаты, когда церемония похорон (сопровождавшаяся служащими нашей палаты) начала увядать... За 11 лет у меня было только 5 вызовов». Дела шли все хуже и хуже.

С конца 17 века, прорвавшись через преграды, ранее запрещавшие британскому среднему классу проводить пышные похороны, эта новая прослойка общества с энтузиазмом принялась пользоваться запретным плодом аристократического траурного этикета. В 18 веке было зарегистрировано только три церемонии похорон с присутствием герольдов. Их функция была в конце концов сведена до присутствия на королевских похоронах и похоронах государственного масштаба, каковой она и остается по сей день.