«Это было самое худшее, что могло случиться со мной… я связался с железными дорогами, и с тех пор начались все мои несчастья», – заявил в конце жизни Джордж Хадсон (1800–1871), в прошлом мэр города Йорка и председатель совета директоров одной из крупнейших железных дорог York & North Midland Railway.
В 1840-е годы он контролировал 30% всех английских дорог, и потому его назвали «железнодорожным королём». Начинал Джордж, в общем-то, с нуля. В детстве он рано остался без родителей и его воспитывали два старших брата. Первый раз ему повезло, когда Хадсона взяли учеником торгового агента в текстильную компанию Белла и Николсона в Йорке. Но больше всего повезло в 1821 году – ему дали долю в бизнесе, и он женился на Элизабет Николсон, дочери одного из совладельцев компании. Вскоре другой совладелец, Белл, отошёл от дел – он уже был в возрасте. А Николсон и Хадсон стали руководить компанией, самой большой в Йорке.
В 1827 году, после смерти своего двоюродного деда, Хадсон получил в наследство 30 000 фунтов и правильно понял, как ими лучше распорядиться. Он вложил деньги в акции железной дороги в Лидсе и стал её крупнейшим акционером. Вскоре у Хадсона появились знакомые железнодорожные инженеры, и кто-то из них подал хорошую идею – сделать из Йорка центр железных дорог всей северо-восточной Англии. Вскоре основали компанию York & North Midland Railway. Хадсон вкладывал капиталы не только в постройку новых дорог, но и покупал уже работавшие линии, поглощая другие компании или приобретая крупные пакеты их акций. Он стал хозяином линий, идущих к Лондону, Бирмингему и Бристолю.
Чтобы поддерживать энтузиазм инвесторов, Хадсон не жалел денег на всякие торжественные церемонии и шоу при открытии дорог. На них он произносил долгие эмоциональные речи, расхваливавшие будущие перспективы железных дорог и их выгодность для инвесторов. Казалось, его бизнес весь на виду. Но это только казалось.
Правду о финансовых делах «короля железных дорог» мало кто знал. Фальсификация отчётности с целью скрыть реальные размеры прибыли стала обычным делом. А высокие дивиденды акционерам платили не из прибыли, а из основного капитала. В 1844–1847 годах компания Хадсона выдавала каждое полугодие максимальные дивиденды (10%), а ведь реальная прибыль не могла быть всё время одинаковой. Потом выяснилось, что в эти годы из прибыли выплатили меньше половины дивидендов (205 тысяч фунтов), остальное брали из основного капитала для привлечения инвесторов. К тому же максимально высокие дивиденды начали платить, когда дорога ещё не была полностью построена и заметную прибыль давать вообще не могла. Многие это понимали, но акции Хадсона быстро росли. Поэтому на то, из каких денег он платит дивиденды, просто закрывали глаза. Всё это продолжалось до 1845 года, когда Хадсона избрали членом парламента.
А вот финансовый кризис 1848 года Хадсона не пощадил – он разорился. Газеты соревновались друг с другом, публикуя разоблачающие статьи о мошенничествах железнодорожного короля. Его обвиняли уже не только в выплате завышенных дивидендов из основного капитала и фальсификации финансовой отчётности, но и в том, что он с корыстной целью продавал свои акции другой компании, где входил в состав совета директоров.
В 1849 году создали комиссию по расследованию злоупотреблений Хадсона. Кроме сокрытия доходов его обвиняли в том, что на деньги акционеров он купил себе дом в Лондоне, присвоив в общей сложности 600 тысяч фунтов. Когда «железнодорожный король» понял, что у него потребуют вернуть эти деньги, он скрылся и жил в разных странах континентальной Европы. По слухам – в самых дешёвых отелях. В 1864 году он вернулся в Англию на похороны брата Чарльза.
Вскоре его арестовали, и все капиталы Хадсона пошли на уплату долгов. Несколько раз он попадал в тюрьму как должник, и только в 1870 году, после принятия закона об отмене тюремного заключения за долги, он смог спокойно вернуться в Лондон. Но жить ему оставалось недолго, и в декабре 1871 года Джордж Хадсон умер. От былого богатства к тому времени ничего не осталось.
В 1840-е годы он контролировал 30% всех английских дорог, и потому его назвали «железнодорожным королём». Начинал Джордж, в общем-то, с нуля. В детстве он рано остался без родителей и его воспитывали два старших брата. Первый раз ему повезло, когда Хадсона взяли учеником торгового агента в текстильную компанию Белла и Николсона в Йорке. Но больше всего повезло в 1821 году – ему дали долю в бизнесе, и он женился на Элизабет Николсон, дочери одного из совладельцев компании. Вскоре другой совладелец, Белл, отошёл от дел – он уже был в возрасте. А Николсон и Хадсон стали руководить компанией, самой большой в Йорке.
В 1827 году, после смерти своего двоюродного деда, Хадсон получил в наследство 30 000 фунтов и правильно понял, как ими лучше распорядиться. Он вложил деньги в акции железной дороги в Лидсе и стал её крупнейшим акционером. Вскоре у Хадсона появились знакомые железнодорожные инженеры, и кто-то из них подал хорошую идею – сделать из Йорка центр железных дорог всей северо-восточной Англии. Вскоре основали компанию York & North Midland Railway. Хадсон вкладывал капиталы не только в постройку новых дорог, но и покупал уже работавшие линии, поглощая другие компании или приобретая крупные пакеты их акций. Он стал хозяином линий, идущих к Лондону, Бирмингему и Бристолю.
Чтобы поддерживать энтузиазм инвесторов, Хадсон не жалел денег на всякие торжественные церемонии и шоу при открытии дорог. На них он произносил долгие эмоциональные речи, расхваливавшие будущие перспективы железных дорог и их выгодность для инвесторов. Казалось, его бизнес весь на виду. Но это только казалось.
Правду о финансовых делах «короля железных дорог» мало кто знал. Фальсификация отчётности с целью скрыть реальные размеры прибыли стала обычным делом. А высокие дивиденды акционерам платили не из прибыли, а из основного капитала. В 1844–1847 годах компания Хадсона выдавала каждое полугодие максимальные дивиденды (10%), а ведь реальная прибыль не могла быть всё время одинаковой. Потом выяснилось, что в эти годы из прибыли выплатили меньше половины дивидендов (205 тысяч фунтов), остальное брали из основного капитала для привлечения инвесторов. К тому же максимально высокие дивиденды начали платить, когда дорога ещё не была полностью построена и заметную прибыль давать вообще не могла. Многие это понимали, но акции Хадсона быстро росли. Поэтому на то, из каких денег он платит дивиденды, просто закрывали глаза. Всё это продолжалось до 1845 года, когда Хадсона избрали членом парламента.
А вот финансовый кризис 1848 года Хадсона не пощадил – он разорился. Газеты соревновались друг с другом, публикуя разоблачающие статьи о мошенничествах железнодорожного короля. Его обвиняли уже не только в выплате завышенных дивидендов из основного капитала и фальсификации финансовой отчётности, но и в том, что он с корыстной целью продавал свои акции другой компании, где входил в состав совета директоров.
В 1849 году создали комиссию по расследованию злоупотреблений Хадсона. Кроме сокрытия доходов его обвиняли в том, что на деньги акционеров он купил себе дом в Лондоне, присвоив в общей сложности 600 тысяч фунтов. Когда «железнодорожный король» понял, что у него потребуют вернуть эти деньги, он скрылся и жил в разных странах континентальной Европы. По слухам – в самых дешёвых отелях. В 1864 году он вернулся в Англию на похороны брата Чарльза.
Вскоре его арестовали, и все капиталы Хадсона пошли на уплату долгов. Несколько раз он попадал в тюрьму как должник, и только в 1870 году, после принятия закона об отмене тюремного заключения за долги, он смог спокойно вернуться в Лондон. Но жить ему оставалось недолго, и в декабре 1871 года Джордж Хадсон умер. От былого богатства к тому времени ничего не осталось.
