Граф Сен-Жермен из “Ордена Вечных” (13 фото)

Практически каждого человека, оставившего след в истории, окружают некие тайны. И одним из самых загадочных людей всех времен была личность, которую современники знали под именем графа Сен-Жермена.

XVIII столетие — эпоха великих событий и драматических сюжетов, оставшаяся в памяти человечества как «век Просвещения». Ньютон, Гарвей и Левенгук, Сведенборг и Шастанье, д’Аламбер, Дидро и Вольтер —естествоиспытатели, мистики и философы — своими деяниями расшатали привычные представления о Боге и окружающем человека мире. Европейское общество охватило могучее стремление познать тайны физического и духовного бытия.

Брожение умов стало питательной средой для авантюристов. Самозваные пророки и целители, политические проходимцы, алчные уголовники, хитрые мошенники, половые извращенцы, мистики, масоны и революционеры… Потемкин и Пугачев, княжна Тараканова и Картуш, маркиз де Сад и Казанова, и многие-многие другие.

Наконец, две самые прославленные личности, чьи имена стали фирменным знаком столетия — два лжеграфа, «великие волшебники», якобы постигшие все тайны Вселенной, Калиостро и Сен-Жермен. Секрет последнего так и остался неразгаданным. До сих пор…


Калиостро: мнимый маг и разоблаченный мошенник
С Калиостро все ясно. Его настоящее имя — Джузеппе Бальзамо, родился он около 1743 г. в Палермо в семье торговца сукном. Сызмальства он отличался пристрастием к мошенничеству.

Проведя юность на Востоке, где он освоил искусство врачевателя, обрел познания в химии и нахватался магико-алхимического жаргона, Бальзамо под именем графа Калиостро стал демонстрировать свои таланты в высшем европейском обществе.

Особенный успех он имел в Париже, удачно окучивал Лондон, германские княжества, побывал даже в России, где ему, впрочем, не слишком свезло. По легенде, мнимый граф владел секретом философского камня, субстанции, с помощью которой можно было превращать неблагородные металлы в золото и готовить эликсир бессмертия.

Впрочем, в золоте ловкий авантюрист нуждался постоянно, и его деятельность закончилась участием в краже королевского ожерелья. Да и бессмертия ему также снискать не удалось. Попав в лапы инквизиции, Бальзамо умер в 1795 г. в подземелье замка святого Льва, куда его заточили как еретика и обманщика.

Сен-Жермен — совсем другое дело.

Сен-Жермен: международный человек-загадка
“Вы слышали о графе Сен-Жермене, о котором рассказывают так много чудесного. Вы знаете, что он выдавал себя за вечного жида, за изобретателя жизненного эликсира и философского камня, и прочая. Над ним смеялись, как над шарлатаном, а Казанова в своих «Записках» говорит, что он был шпион; впрочем, Сен-Жермен, несмотря на свою таинственность, имел очень почтенную наружность и был в обществе очень любезный”.

Так написано в пушкинской «Пиковой даме» — ведь именно Сен-Жермен поведал Наталье Голицыной, послужившей прототипом для старухи-графини, роковую тайну трех карт.

Он объявился внезапно, не имея, казалось, никакого прошлого. На прямые вопросы о своем происхождении обычно молча и загадочно улыбался. Он путешествовал под разными именами, но чаще всего называл себя графом де Сен-Жермен, не имея, правда, никаких законных прав на этот титул, под которым его знали в Берлине, Лондоне, Гааге, Санкт-Петербурге и Париже.

Несмотря на темное происхождение и загадочное прошлое, он быстро стал своим человеком в высшем парижском обществе и при дворе короля Людовика XV. Впрочем, это не так уж удивительно — путешествовать инкогнито в те дни было весьма модно (вспомните хотя бы бомбардира «Петра Михайлова» или Павла Петровича, «графа Северного»).

На вид это был довольно изящный мужчина среднего роста и возраста, где-то между 40 и 50 годами, причем на протяжении нескольких десятилетий, пока он колесил по Европе, внешний облик его не менялся. Смуглое, с правильными чертами, лицо его носило отпечаток незаурядного интеллекта. Сен-Жермен абсолютно не походил на типичного авантюриста того времени, каким был Калиостро.

Во-первых, Сен-Жермен не нуждался в деньгах и вел роскошный образ жизни. Он питал явную слабость к драгоценным камням и, хотя одевался очень просто, во все темное, его туалет всегда был украшен большим количеством бриллиантов.

Кроме того, граф носил с собой небольшую шкатулку, битком набитую прекрасными драгоценностями, которые с охотой демонстрировал (хотя, возможно, это были искусно изготовленные стразы). Источник его богатства оставался неизвестным.

Во-вторых, Сен-Жермен отличался прекрасными манерами и был безупречно воспитан. Калиостро, выдававший себя за аристократа, в обществе вел себя невоспитанно и выглядел, как выскочка. А Сен-Жермен был явно человеком светским. Он с одинаковым достоинством держал себя и с королями, и с представителями аристократии, и с людьми науки, и, наконец, с простонародьем.

В-третьих, Сен-Жермен был блестяще образован и в совершенстве владел всеми основными европейскими языками. С французами, англичанами, итальянцами, немцами, испанцами, португальцами, голландцами он говорил на их наречиях, причем так, что они принимали его за соотечественника.

Калиостро, на всех языках, которыми владел, говорил одинаково скверно, с чудовищным сицилийским акцентом. А Сен-Жермен, кроме вышеупомянутых, прекрасно знал также венгерский, турецкий, арабский, китайский и русский языки.

Он был великолепным музыкантом, отлично играл на скрипке, арфе и гитаре, очень неплохо пел. Известно, что он написал несколько небольших опер и музыкальных пьес. Он вообще был поклонником многих искусств, особенно живописи, довольно прилично рисовал (причем его картины светились в темноте).

Сен-Жермен интересовался и естественными науками, например, химией. Впрочем, алхимики в ней всегда неплохо разбирались. Поговаривали, что Сен-Жермен владел секретом «ращения» драгоценных камней.

Так, в 1757 г. граф взял у Людовика XV большой алмаз с трещиной, значительно снижавшей его ценность, а через пару дней вернул камень уже безо всякого изъяна, от чего его стоимость увеличилась вдвое. Впрочем, возможно, что Сен-Жермен просто подменил алмаз похожим камнем, чтобы войти в милость к французскому монарху. Хотя этот трюк он повторял несколько раз и с разными людьми, а ведь на всех алмазов не напасешься…

Истинным коньком Сен-Жермена была история. Он повествовал о царствовании какого-нибудь Франциска I или Людовика XIV, скрупулезно описывая внешность королей и придворных, имитируя голоса, акценты, манеры, потчуя присутствующих яркими описаниями действий, мест и лиц. Он никогда не утверждал, что являлся очевидцем давних событий, но у слушателей создавалось именно такое впечатление.

Хотя о себе граф предпочитал не говорить, иногда, словно случайно, он «проговаривался», что ему якобы приходилось беседовать с древними философами или правителями. «Я всегда говорил Христу, что он плохо кончит», — самая известная из таких обмолвок. Сказав нечто подобное, он затем спохватывался как человек, сболтнувший лишнее.

Порой появление графа приводило в растерянность пожилых аристократов, припоминавших вдруг, что они уже встречали этого человека — давно, еще в детстве или юности, в светских салонах времен Короля-Солнце. Причем с тех пор он совершенно не изменился.

Легенды о Сен-Жермене
О нем ходили всякие небылицы. Поговаривали, что ему 500 лет, что он познал секрет философского камня. Расхожим определением стало «зеркало Сен-Жермена» — некий магический артефакт, в котором можно увидеть события будущего. В нем якобы граф показал Людовику XV судьбу его потомства, и король едва не потерял сознание от ужаса, когда узрел обезглавленным внука-дофина.

В архивах инквизиции сохранился записанный со слов Калиостро рассказ о посещении им Сен-Жермена. Авантюрист встретился с Сен-Жерменом в Гольштейне, где якобы был посвящен графом в высшие мистические степени ордена тамплиеров. Во время посвящения гость и заметил пресловутое зеркало. Он также утверждал, будто видел и сосуд, в котором граф хранил свой эликсир бессмертия.

Казанова в мемуарах описывает встречу с Сен-Жерменом, которого он посетил во французском Турне. По его словам, граф выглядел как истинный колдун — в странном платье восточного покроя, с длинной, до пояса, бородой и жезлом из слоновой кости в руке, в окружении батареи тиглей и сосудов загадочного вида.

Взяв у Казановы медную монету в 12 су, Сен-Жермен положил ее в специальный очаг и совершил над ней некие манипуляции. Монета расплавилась, и после того, как она охладилась, граф вернул ее гостю.

«Но это же чистейшее золото!» — изумленно вскричал Казанова, который, тем не менее, заподозрил в этом действе некий трюк. Однако он положил монету в карман и впоследствии подарил ее голландскому маршалу Кейту.

Широкое распространение получил рассказ о слуге Сен-Жермена, которого стали расспрашивать о том, правда ли, что его хозяин встречался с Юлием Цезарем (вариант — Христом), на что лакей якобы ответил: «Извините, но я состою на службе у господина графа всего только триста лет». Впоследствии те же шутки откалывал и Калиостро.

Правда, ряд невероятных историй, связанных с именем Сен-Жермена, могут быть плодом «коллективного творчества», так как известны случаи существования нескольких двойников графа, судя по всему — обычных мошенников. Наиболее прославленным из них был тип, именовавший себя лордом Гоуэром в Париже в 1760-х годах. Этот авантюрист очень любил рассказывать о своих встречах с разными христианскими святыми.

Фигаро здесь, Фигаро там
Часто Сен-Жермен покидал Францию, ставшую его штаб-квартирой, и мелькал в различных европейских столицах под разными именами.

Италия, Голландия, Англия, германские княжества — то тут, то там появлялись и исчезали итальянец маркиз ди Монферра, испанец граф Белламар, португалец маркиз д’Аймар, немец кавалер фон Шенинг, англичанин лорд Уэлдон, русский граф Салтыков, венгр граф Цароки, француз де Сен-Ноэль…

Не будь свидетельств тех, кто лично знал этого человека, и впрямь можно было бы подумать, что вся эта аристократическая толпа — отдельные люди.

Многие считали Сен-Жермена шпионом, точнее, «вольным агентом», выполнявшим за деньги щекотливые поручения европейских монархов. Граф мог быть неофициальным дипломатическим курьером или посредником в тайных переговорах — отсюда, дескать, и непонятные, но явно солидные доходы.

Что ж, эта версия вполне разумна, хоть и не объясняет многие загадки, связанные с именем Сен-Жермена. Иногда графа арестовывали (например, в 1743 г. в Англии как якобитского лазутчика), но всегда отпускали с извинениями.

В 1755 г. Сен-Жермен, похоже, побывал в Индии, куда он сопровождал еще одного знаменитого авантюриста, генерала Роберта Клайва, заложившего основу британской гегемонии в этом регионе. Затем граф возвращается в Париж, где настолько входит в милость к Людовику XV, что тот предоставляет новому любимцу замок Шамбор для занятия алхимическими опытами.

Однако в 1760 г. граф надолго покидает Францию, поссорившись с королем. Его даже хотели бросить в Бастилию, то ли из-за истории с королевским алмазом, который Сен-Жермен якобы должен был продать в Гааге, а тот оказался фальшивым, то ли из-за интриг, связанных с тайной дипломатией (шла Семилетняя война и, возможно, наш герой был посредником в секретных переговорах с Пруссией).

Весной этого же года Сен-Жермен объявляется в английской столице, о чем в крайне почтительных выражениях сообщает «Лондон Кроникл».

Через некоторое время граф вновь исчезает из поля зрения. Согласно одной из версий, Сен-Жермен побывал в России, где принял самое активное участие в подготовке переворота 1762 года, приведшего к власти Екатерину II. Правда, никаких документальных свидетельств русского вояжа графа участники этих событий не оставили, — есть лишь косвенные данные.

Так, сохранился рассказ маркграфа Брандербург-Ансбахского, у которого Сен-Жермен гостил некоторое время. Немец был свидетелем очень теплой встречи своего гостя с графом Алексеем Орловым-Чесменским в Нюрнберге в 1774 г. Причем Орлов горячо обнял Сен-Жермена, прибывшего на встречу одетым в форму русского генерала (!), называл его caro padre («дорогой отец»), а после совместного обеда надолго уединился с ним в кабинете для важного разговора.

Есть и свидетельство еще одного немца, служившего некоторое время в русской гвардии, а затем написавшего мемуары (тогда была такая полезная для современных историков мода — по любому поводу кропать воспоминания).

Однажды этот ландскнехт играл в бильярд с другим Орловым, царским фаворитом Григорием, который, рассказывая о перевороте 1762 г., будто бы упомянул о роли Сен-Жермена в следующих выражениях: «Кабы не он, то и ничего бы не было».

Сен-Жермен долго кружил по Европе, а около 1770 г. вновь оказался в Париже, однако через четыре года, после смерти Людовика XV, граф покидает Францию и уезжает в Германию.

А вот дальше он как бы раздвоился. Один Сен-Жермен живет у ландграфа Карла Гессен-Кассельского, страстного поклонника алхимии и тайных наук, ставшего преданным почитателем нашего героя со времен их знакомства в Италии. Затем он едет в Эккернфорн, в Гольштейне, где и умирает, согласно записи в церковной книге, 27 февраля 1784 г. Похороны состоялись 2 марта, впрочем, место погребения неизвестно.

А другой Сен-Жермен сначала удаляется в Шлезвиг-Гольштейн, в полном одиночестве проводит там несколько лет в принадлежавшем ему замке, и только затем едет в Кассель, где тоже умирает, но якобы уже в 1795 г. (могилы также не существует). А может, он вообще не умер?

Посмертная жизнь Сен-Жермена
Странная кончина этого любопытного субъекта не могла не вызвать толков. В качестве года смерти Сен-Жермена чаще называется 1784-й. Однако имеются свидетельства людей, встречавших Сен-Жермена уже после его официальной кончины.

Правда, определенную роль здесь может играть существенная путаница в датах смерти: более 10 лет — срок немалый… И если человек, лично знавший Сен-Жермена, узнавал из газет о его смерти, а затем встречал графа здоровехоньким — это не могло не породить новых легенд.

Так, в 1785 году в Париже состоялась встреча масонов. Сохранился список участников, среди которых значится и имя Сен-Жермена. Есть косвенные слухи, что он якобы виделся с Екатериной II в Петербурге в 1785 или 1786 годах. В 1788 году французский посланник в Венеции граф де Шалон столкнулся с мнимым покойником на площади св. Марка и недолго беседовал с ним…

В 1793 году в Париже, незадолго до своей смерти, графа якобы видели принцесса де Ламбаль и Жанна Дюбарри (правда, эти «свидетельства» особо сомнительны — на зверски убитых во время якобинского террора жертв можно списать любые бредни).

В 1814 г. престарелая аристократка мадам де Жанлисс, в молодости хорошо знавшая Сен-Жермена, встретила его в австрийской столице, где в это время проходил знаменитый Венский конгресс (по другой версии, это свидание случилось там еще позже — в 1821 г.).

Граф, по своему обыкновению, ничуть не изменился, но, когда пожилая дама бросилась к нему с объятиями и расспросами, он, сохраняя неизменную учтивость, через несколько минут ретировался. Конечно, это мог быть просто похожий на Сен-Жермена человек, из вежливости не пожелавший расстроить дряхлую даму.

Когда уже никого из свидетелей деяний Сен-Жермена не осталось в живых, таинственного графа якобы встретил в Париже британец Альберт Вандам — на это раз под именем английского майора Фрэзера (тот, дескать, был очень похож на сохранившиеся портреты нашего героя и также отличался многими талантами).

Имеются «свидетельства» о появлениях Сен-Жермена во французской столице в 1934 и 1939 годах. Правда, эти утверждения уже сложно воспринимать всерьез.

Следствие по делу Сен-Жермена
Оценки личности Сен-Жермена полярны. Большинство историков считают его мошенником — этаким талантливым Остапом Бендером 18 века, удачно спекулировавшим на людском невежестве и легковерии.

Другая крайность — точка зрения приверженцев теософии, а также мистически настроенных масонов ирозенкрейцеров. Некоторые из них называют Сен-Жермена обладателем эликсира бессмертия, мудрецом, познавшим секрет философского камня. Другие же считают его Великим Учителем, основателем теософического движения, который многократно перерождался.

Отголоски Парижской коммуны
Сен-Жермену посвящено много книг, как восторженно-идеалистических панегириков, так и относительно объективных исследований. Сохранилось много мемуарной литературы, авторы которой либо лично встречались с Сен-Жерменом, либо контактировали с другими людьми, знавшими его.

Однако подлинных документов, принадлежавших человеку-загадке или впрямую связанных с его именем, до наших дней уцелело крайне мало. Свое мрачную роль тут сыграли события бурной французской истории.

В 1871 году, в дни Парижской Коммуны, в здании городской полицейской префектуры вспыхнул пожар. Самое печальное, что сгорела библиотека, в которой целый зал был отведен под вещи и документы, связанные с именем Сен-Жермена.

Более 20 лет эта коллекция собиралась по личному указанию императора Наполеона III, там хранился ряд уникальных источников, имевшихся в единственном экземпляре: документальные свидетельства и дневники современников лжеграфа, его письма и личные вещи. Большинство из них, увы, так и не попали в руки историков.

Крайне «надежные» источники
Но остались же разные мемуары? К сожалению, многие из них больше смахивают на фантастические романы, чем на свидетельства очевидцев.

Одним из главных источников о французском периоде являются «Воспоминания» графини д’Адемар, которая долгое время была фрейлиной королевы Марии-Антуанетты. После революции она эмигрировала и, поскитавшись по Европе, очутилась в России.

Там, в Одессе, летом 1822 г. она и умерла, будучи уже в весьма преклонном возрасте. Среди немногих вещей покойной была и засаленная рукопись ее воспоминаний, которые увидели свет в 1836 г. под редакцией барона де Ламот-Лангона.

В этой книге имеется много любопытных сведений о Сен-Жермене, причем там есть информация, которая не находит подтверждения в каких-либо иных источниках.

Например, о тайном свидании Сен-Жермена с Марией-Антунеттой, во время которой граф якобы предупреждал об опасностях грядущей революции за 12 лет до взятия Бастилии! Д’Адемар также пишет о своей встрече с Сен-Жерменом в 1788 году, через 4 года после его официальной смерти.

Можно было бы восхититься таким уникальным документом, если бы не существенное «но»… В поздних записях дневника встречаются пассажи, которые иначе, чем старческим маразмом бедной эмигрантки, объяснить практически невозможно.

Так, д’Адемар утверждает, что видела Сен-Жермена в разные драматические моменты французской истории — в день казни Марии-Антуанетты, накануне переворота 18 брюмера, на следующий день после расстрела герцога Энгиенского и в канун убийства герцога Беррийского (а это, между прочим, уже 1820 году).

Подобная мистика слишком попахивает готическим романом… К тому же, ряд историков вообще сомневаются в подлинности дневников графини д’Адемар, приписывая их авторство редактору книги Ламот -Лангону.

К беспочвенным фантазиям легко можно причислить и рассказ мадам де Жанлисс — мало ли чего могло почудиться старушке! Про россказни о появлении Сен-Жермена в середине 19-го или в 30-х годах прошлого века я уж и не говорю…

К тому же, почему не предположить, что речь идет просто об очередных авантюристах, решивших погреть руки на славе своего великого предшественника?

Маски-шоу
Одна из самых главных загадок, связанных с Сен-Жерменом, — это тайна его подлинного имени и происхождения. Мнимый граф так часто менял свои личины, что историки до сих пор не могут окончательно определить, кто скрывался под многочисленными масками, которые можно разделить на две группы — фантастические и реалистические.

Маска первая. Великий учитель
Теософы и мистики всех мастей считают Сен-Жермена неким пророком — мудрецом из Шамбалы, Великим Восточным Адептом, основателем Храма Новой Эпохи. Например, Елена Блаватская называла графа «тайным властителем Тибета». А Елена Рерих утверждала: «Сен-Жермен руководил революцией, чтобы посредством ее обновить умы и создать единение Европы».

Теософы искренне полагают, что Сен-Жермен, вместе с двумя другими Великими Гималайскими Учителями, стоит у истоков Международного Теософского Общества. Есть известная картина американца Пола Когана, на которой Блаватская изображена в окружении этих самых Учителей.

Известный теософ Чарльз Ледбитер в своей книге «Жизнь, скрытая в масонстве» утверждает, что Сен-Жермен многократно перерождался. Впервые он якобы родился еще в III веке в британском Веруламе под именем Албануса, казненного во время гонений на христиан при императоре Диоклетиане и причисленного впоследствии к лику святых.

Среди реинкарнаций Албануса — монах-ученый Роджер Бэкон, основатель тайного ордена Христиан Розенкрейц, великий венгерский полководец Янош Хуньяди, ученый и государственный деятель Фрэнсис Бэкон, и, наконец, трансильванский князь Ференц II Ракоци. А там уже и до Сен-Жермена рукой подать.

Как бы то ни было, Сен-Жермен, возможно, достиг высших масонских степеней посвящения в ряде лож Франции, Англии, Германии и России. Быть может, именно из масонских закромов и черпал свои финансовые запасы непоседливый граф?

Впрочем, были и иные мнения. Так, великий мастер прусской ложи князь Фридрих-Август Брауншвейгский, как и еще один видный вольный каменщик прусский король Фридрих II, не признавал Сен-Жермена масоном, именуя его шарлатаном и самозванцем.

Наследники Сен-Жермена
Теософы считают Сен-Жермена своим наставником. Теософия (от греч. theos, «бог», и sophia, «мудрость»), нечто среднее между наукой и религиозным учением, пытается найти объяснение истоков и смысла жизни. Теософские идеи можно обнаружить в сочинениях античных философов (например, Платона), у христианских гностиков и в священной литературе Египта, Китая и Индии.

Возрождение древних теософских идей в наше время было связано с учреждением в 1875 году Теософского общества. Поначалу немногочисленное, общество сегодня насчитывает десятки тысяч членов в более чем 50 странах мира, со штаб-квартирой в Адьяре (штат Мадрас, Индия).

Главным теософским сочинением считается «Тайная доктрина» Елены Блаватской (1888 год). Объявленные цели общества: создать ядро всемирного братства людей без различия расы, веры, пола, касты или цвета кожи; поощрять исследования в области сравнительного религиоведения, философии и естествознания; изучать непознанные законы природы и скрытые способности человека.

Маска вторая. Вечный жид
В памфлете, опубликованном в 1602 г. в Лейдене, епископ Шлезвига Пауль фон Эйзен заявил, что встретил еврея по имени Агасфер, который считал себя Вечным Жидом.

Этот загадочный человек открыл епископу свое предназначение: он должен до второго пришествия Христа напоминать людям об их грехах. История прочно закрепилась в европейском фольклоре.

Века шли, а миф о Вечном Жиде обрастал новыми подробностями. Якобы Агасфер грубо поносил Христа, когда тот тащил свой крест на Голгофу, за что, дескать, Сын Божий и обрек злоречивого иудея на вечные скитания в поисках покаяния. И многие вполне серьезно считали Сен-Жермена либо самим Агасфером, либо его инкарнацией.

Понятно, что фантастические объяснения тайны Сен-Жермена не имеют никаких реальных доказательств. Да они, в принципе, и не нужны. Все дело в вере… Впрочем, и так называемые реалистические версии, как правило, не могут похвастать документальными подтверждениями.

Маска третья. Венгерский князь
Самая серьезная версия о происхождении Сен-Жермена основывается на его личном признании, сделанном в разговоре с Карлом Гессен-Кассельским.Сен-Жермен будто бы заявил, что он первенец трансильванского князя Ференца II Ракоци и его жены графини Текели.

Будучи еще младенцем, он якобы был отдан на попечение последнего из рода Медичи. А когда он подрос и узнал, что два его брата получили титулы с приставкой «Сен-», то решил взять себе имя Сен-Жермен (от названия итальянского городка San Germano, где он рос).

«Венгерская» версия объясняет многие загадки Сен-Жермена — его светский лоск, образованность, богатство. Однако при изучении генеалогического древа семьи Ракоци оказывается, что Ференц II никогда не был женат на графине Текели, а его старший сын от принцессы Гессен-Рейнфельдской Леопольд-Георг, родившийся 16 мая 1696 г., умер в возрасте четырех лет.

Хотя смерть малыша могла быть и мнимой. Допустим, ребенка, потенциального наследника рода, специально вывезли за границу из династических соображений (и не зря, ведь двое других сыновей Ференца II в итоге оказались заложниками Габсбургов).

Возможно, ландграф просто перепутал имена или неправильно понял Сен-Жермена. Вряд ли тот бегал по пятам за Гессен-Касселем, ежеминутно приговаривая: «А вы знаете, я сын Ференца Ракоци!». Разговор был только один, и немец вполне мог запутаться в сложных венгерских именах. Но это лишь предположение…

Есть и другие версии происхождения Сен-Жермена, но все они не подымаются выше гадания на кофейной гуще.

* * *

Прошли столетия, а Сен-Жермен еще и сейчас живее многих живых. В 30-х годах прошлого века в США возникла существующая и поныне секта баллардистов, которые почитают его наравне с Христом. А многие мистики искренне верят, что бессмертный граф до сих пор бродит по грешной Земле, среди нас.