Как снимали киноэпопею «Освобождение» (Часть 1)

Кто не помнит киноэпопею «Освобождение». Особенно первые фильмы: «Огненная дуга» и «Прорыв». Все советские мальчишки с упоением и замиранием сердца смотрели на масштабные батальные сцены, на колонны вражеских танков, на наших солдат героически останавливающих эти армады. На мудрых полководцев, на Сталина, которого многие первый раз увидели на большом экране. Такую грандиозную и масштабную кинокартину о прошедшей войне мы тоже видели впервые.

Толчком к созданию эпопеи послужил американский фильм «Самый длинный день», рассказывающий о высадке союзников в Нормандии. Как полагается Голливуд представил Нормандскую операцию, главным сражением Второй Мировой войны. И тогда было решено создать свою эпопею о Второй мировой, способную дать отпор потоку западных военных картин. Ее курированием занимался непосредственно ЦК КПСС, а в качестве постановщика был утвержден Юрий Николаевич Озеров — фронтовик и режиссер, в активе которого уже были фильмы и о Второй мировой («Фуртуна» об албанских партизанах), и о Гражданской войне («Кочубей»).

Ему удалось собрать отличную и талантливую команду, причем все ее главные лица были ветеранами войны. Сам Юрий Озеров, служил с 1939 года, начинал солдатом, демобилизован был майором. Оператор Игорь Слабневич — бывший танкист, в 1944 году его Т-34 был подожжен немецким снарядом. Сценарист Юрий Бондарев прошел путь от солдата до командира артиллерийской батареи. Воевали и сценарист Оскар Курганов, художник Александр Мягков, режиссер Юлий Кун, редактор Григорий Марьямов…

По замыслу Озерова будущая картина должна была отразить не только военные действия, но и события, которые разворачивались в штабах и высоких властных кабинетах по обе стороны фронта. Поэтому сценаристов взяли двоих — по одному на каждый из планов эпопеи. Окопными сценами занялся классик «лейтенантской прозы» Юрий Бондарев, который использовал в сценарии эпизоды из своих литературных произведений (в том числе из повести «Батальоны просят огня», экранизированной почти двадцатью годами позже).

За исторические сцены взялся еще один писатель-фронтовик — Оскар Курганов. Перед началом работы режиссер и сценаристы получили строжайшее указание из ЦК — ни в коем случае не касаться в картине первых лет войны. Эпопея должна была начинаться с переломного момента Великой Отечественной — битвы на Курской дуге, после которой советские войска перешли в наступление и освободили Европу.

После того как сценарий, после многочисленных переделок утвердили, Озерову дали своего рода карт-бланш: большое финансирование, возможность привлекать к работе любых киношников и актеров, доступ в любые архивы, свободный выбор места съемок. Тогдашний министр обороны Родион Малиновский приказал выделить три тысячи солдат и 150 танков для массовки, разрешил использовать всю наличную технику.

Озеров и его команда максимально использовала все данные возможности. В районе города Переяслав-Хмельницкого выстроили для боевых эпизодов гигантские декорации с проложенной связью и полевыми штабами, обустроенными предельно близко к реальности. В этих эпизодах действуют немногие персонажи, придуманные сценаристами и связывающие эпопею воедино: капитан Цветаев (Николай Олялин) и его возлюбленная, медсестра Зоя (Лариса Голубкина), полковник Лукин (Всеволод Санаев) и адъютант Сашка (Сергей Никоненко). Над полем битвы кружили вертолёты (на одном из которых постоянно находился Юрий Озеров). Увязать действия всех родов войск во время боя — это непростая задача, но она была решена.

Техника, оружие и снаряжение. Значительную часть затрат составляли костюмы и вооружение: режиссёр требовал максимальной достоверности (главным художником по костюмам была жена Озерова Диляра). Мундир И. В. Сталина изготовил портной, который шил мундиры самому вождю. Немецкие мундиры, за неимением оригинальных, также были сшиты. Каски, для экономии веса, изготовленные из пластмассы, были произведены на подсобном производстве «Мосфильма». Там же сделали и немецкие ордена. Советское обмундирование было взято со складов, где оно сохранилось со времён Великой Отечественной войны.

Проблемы возникли с военной техникой, особенно немецкой. Ни в СССР, ни в ГДР не имелось исправных танков «Тигр», «Пантера» или «Фердинанд». В итоге, на шасси советских танков Т-34-85 и послевоенных Т-44, декораторы установили бутафорские башни с крестами – вот вам и «Тигры» с «Пантерами». А на заднем плане снимали советские танки Т-55 выделенные по приказу Малиновского. Их просто перекрасили под германские.

Некоторые образцы бронетехники времен войны, задействованные в съёмках, в реальности не могли участвовать в показываемых боях, так как стали выпускаться гораздо позднее — например, средний танк Т-34-85 с длинноствольным орудием физически не мог участвовать в Курской битве, так как стал поступать в войска только весной следующего 1944 года. Но, что поделать, за неимением исправных машин более раннего образца, Т-34-85 — практически постоянный участник любых советских фильмов о войне, в том числе и о начальном её периоде 1941—1942 годов.

Подобным образом обзавелись и самолётами. Як-18 выступал в роли всех советских истребителей, а чешские Zlin Z-526 — в роли немецких «Мессершмиттов». Автомобилей времен Великой Отечественной войны тоже было недостаточно для массовых сцен. Поэтому широко использовались послевоенные машины: ГАЗ-63, ЗиЛ-157 и даже Урал-375. В сцене с участием Днепровской флотилии задействованы катера послевоенного выпуска типа «Ярославец» проекта 376, которые конструктивно и внешне схожи с катерами серии Я, применявшимися в годы войны.

Но, несмотря на все ухищрения декораторов, послевоенная техника во многих эпизодах вылезала и опознавалась. Лучше всех к подбору технике подошли итальянцы, тоже входившие в проект. Они подобрали исторически достоверный автопарк. На съемках происходивших непосредственно в Риме, Муссолини разъезжает на автомобиле FIAT 2800 Ministeriale. А в колонне, которая его сопровождает: Lancia Astura и Fiat 1500 1935 года, реальные автомобили того времени.

Консультанты. Для такого масштабного и почти документального фильма требовалось большое количество знающих военных консультантов. Первоначально Юрий Озеров твёрдо намеревался сделать главным консультантом картины Георгия Константиновича Жукова. Однако это ему не удалось.

Хотя хрущевская опала маршала пошла на убыль, все равно отставной маршал раздражал как военное, так и партийное руководство страны , и Жукова консультантом не утвердили, им стал предложенный маршалом Сергей Матвеевич Штеменко, в помощь которому определили генералов Гречко и Епишева. Тем не менее, Жуков передал Юрию Озерову только что законченную первую часть своих мемуаров и активно продолжал сотрудничать с ним во время съёмок.

С немецкой стороны одним из консультантов выступал полковник армии ГДР Дитрих фон Вицлебен, участник войны и внучатый племянник фельдмаршала Эрвина фон Вицлебена — одного из участников «заговора генералов» 20 июля1944 года. Польскую сторону консультировал полковник и писатель Збигнев Залуский. Это только главные консультанты. Кроме них картину консультировали сотни специалистов и участников тех событий. Но если иностранные консультанты в основном обращали внимание на детали одежды, техники и вооружения, то советские пытались повлиять на съемки, считали что создатели фильма «чрезмерно преувеличивают» роль Жукова. На Сталина не бухтели, зато Михаил Ульянов в роли «Маршала Победы» вызывал явное раздражение.

О непростом подборе актеров для исторических персонажей, о съемках. О том как "Освобождение" положили на полку и как она все же вышла на экраны, расскажем во второй части статьи.