Использование трофейных «Пантер» и «Тигров» на завершающем этапе Великой Отечественной войны (19 фото)

Хотя не всё было благополучно с качеством выпускаемой продукции, в численном отношении средних и тяжелых танков, а также самоходок было вполне достаточно для формирования новых подразделений и восполнения потерь.
В условиях насыщения частей Красной Армии советской бронетехникой значение трофейных танков и САУ резко снизилось. Определённую роль сыграло то, что к середине 1943 года произошло очень серьёзное качественное усиление германской противотанковой артиллерии.
Новые и модернизированные танки Панцерваффе получили длинноствольные 75–88-мм орудия увеличенной бронепробиваемости и более толстую броню. Это при том, что среди трофейной бронетехники была высока доля танков и САУ, захваченных РККА в повреждённом виде в 1941–1942 гг. И впоследствии восстановленных на ремонтных предприятиях, находящихся в глубоком тылу. Боевая ценность машин, защищённых 50-мм лобовой бронёй и вооруженных 50-мм или 75-мм короткоствольными орудиями, к лету 1943 года снизилась.
С учётом того, что после летних сражений 1943 года Германия на Восточном фронте перешла к стратегической обороне, и поле боя всё чаще оставалось за Красной Армией, количество захватываемой немецкой бронетехники увеличилось. Согласно архивным документам, трофейные команды собрали 24 615 немецких танков и самоходных артиллерийских установок.
Понятно, что значительная их часть подверглась воздействию пламенем или была уничтожена в результате внутреннего взрыва боеприпасов. Но даже подлежащие восстановлению немецкие танки в большинстве случаев отправлялись в металлолом.
После того, как РККА начала масштабные наступательные операции, отношение к трофейным танкам и самоходкам изменилось.

С середины 1943 года наши ремонтные подразделения и предприятия, находящиеся в тылу, в первую очередь были нацелены на восстановление отечественной бронетехники. А трофейные машины, требующие больших трудозатрат и использования нестандартных запасных частей и комплектующих, представляли гораздо меньший интерес.
Впрочем, если нашим войскам удавалось захватить исправную или требующую минимального ремонта бронетехнику, её зачастую вводили в строй.
С целью упорядочения использования трофейных танков 24 октября 1944 года начальник Главного бронетанкового управления Красной Армии (ГБТУ КА) маршал Я.Н. Федоренко издал распоряжение:
«Об использовании исправных трофейных и устаревших легких танков для несения службы охранения при железнодорожных станциях, штабах фронтов и крупных населенных пунктах».
Впрочем, и до выхода этого указания трофейная бронетехника очень часто привлекалась для прикрытия в прифронтовой полосе штабов полков и дивизий, складов, госпиталей, мостов и понтонных переправ. Иногда захваченные немецкие танки придавались комендатурам.

Как это ни странно, на завершающем этапе войны с нацисткой Германией в РККА продолжали использоваться, казалось бы, безнадёжно устаревшие трофейные танки Pz.Kpfw.II и Pz.Kpfw.III.
В случае с «двойками» – в основном это были Pz.Kpfw.II Ausf. C и Pz.Kpfw.II Ausf. F. Лёгкие танки данных модификаций в боевом положении весили около 9,5 т. Толщина лобовой брони корпуса и башни составляла 29–35 мм, бортовой брони – 15 мм. Имеется информация, что часть «двоек» перевооружили 20-мм автоматическими пушками ТНШ-20 и пулемётами ДТ-29.
Хотя в 1944–1945 гг. «двойки» не могли противостоять средним и тяжелым танкам, их вооружение было способно успешно действовать по не укрывшейся в окопах пехоте, грузовикам и бронетранспортёрам, а броня надёжно защищала от стрелкового оружия. С учётом того, что у трофейных танков Pz.Kpfw.II не было шансов выжить на поле боя, они в основном использовались для охраны объектов в тылу и для сопровождения колонн. Лёгкие танки могли бороться с диверсионными группами и прорывающейся из окружения пехотой противника.

По большей части трофейные «тройки» во второй половине войны использовались так же, как и «двойки». Однако с учётом того, что средних танков Pz.Kpfw.III Красная Армия захватила намного больше, чем Pz.Kpfw.II, спектр их применения был гораздо шире.
Хотя огневая мощь и защищённость последних модификаций Pz.Kpfw.III на завершающем этапе боевых действий уже не могли считаться удовлетворительными, помимо охранных функций в тылу трофейные Pz.Kpfw.III иногда действовали на передовой. Благодаря наличию командирской башенки, хорошим оптическим приборам и радиостанции, «тройки» нередко использовались в роли командирских танков и машин передовых артиллерийских наблюдателей.
Даже после капитуляции Германии некоторое количество Pz.Kpfw.II и Pz.Kpfw.III оставалось в РККА. Так, в частях Забайкальского фронта, участвовавших в августе 1945 года в боевых действиях против Японии, имелись танки Pz. Kpfw.II и Pz.Kpfw.III.

С учётом того, что ко второй половине 1942 года модернизационный потенциал танка Pz.Kpfw.III был практически исчерпан, основным средним немецким танком стал Pz.Kpfw.IV. Последовательное увеличение огневой мощи и защищённости позволило «четвёрке» оставаться дееспособной до окончания боевых действий и на равных противостоять наиболее совершенным средним советским и американским танкам.
Многие историки, специализирующиеся на бронетехнике Второй мировой войны, считают, что Pz.Kpfw.IV поздних модификаций с длинноствольным 75-мм орудием является наиболее удачным по критерию «стоимость-эффективность» типом немецкого танка. С 1943 года «четвёрка» стала «рабочей лошадкой» Панцерваффе. До апреля 1945 года на предприятиях Третьего рейха было построено 8575 танков этого типа.
В марте 1942 года началось производство танка Pz.KpfW.IV Ausf.F2, вооруженного 75-мм пушкой 7,5 cm Kw.K.40 L/43 и защищенного в лобовой проекции 50-мм бронёй.

Танк Pz.lV Ausf Н, захваченный советскими войсками западнее Орла. Июнь 1943 года

Бронебойный тупоголовый снаряд Pzgr.39 массой 6,8 кг, покинув ствол с начальной скоростью 750 м/с, на дистанции 1000 м по нормали мог пробить 78-мм броню, что позволяло уверенно бороться с «тридцатьчетвёрками». Средний танк модификации Pz.KpfW.IV Ausf.G, с 80-мм лобовой бронёй, с весны 1943 года стал вооружаться пушкой Kw.K.40 L/48. Бронебойный 75-мм снаряд этого орудия с начальной скоростью 790 м/с, на дистанции 1000 м насквозь пробивал 85-мм бронелист.
Достаточно толстая лобовая броня и высокая бронепробиваемость орудия в сочетании с хорошими прицелами и приборами наблюдения делали «четвёрку» очень серьёзным противником.
Советские 76,2-мм орудия Ф-32, Ф-34 и ЗИС-5, устанавливаемые на танки КВ и Т-34, при стрельбе бронебойным тупоголовым снарядом БР-350Б имели шансы пробить лобовую броню немецкой «четвёрки», построенной в 1943 году, на дистанции не более 400 м.
Отчасти борьба с поздними вариантами Pz.Kpfw.IV облегчалась тем, что рост огневой мощи и защищённости сопровождался увеличением боевой массы, и, как следствие, снижением подвижности и проходимости по слабым грунтам. Танк Pz.KpfW.IV Ausf.F1, весивший 22,3 т и вооруженный короткоствольной 75-мм пушкой KwK.37, имел удельную мощность 13,5 л. с./т и удельное давление на грунт 0,79 кг/см².

В свою очередь, Pz.Kpfw.IV Ausf.H с 75-мм орудием длиной 48 калибров, запущенный в серию в апреле 1943 года, весил 25,7 т. Его удельная мощность составляла 11,7 л. с./т, а давление на грунт – 0,89 кг/см².
Кроме того, толщина бортовой и лобовой брони башни поздних модификаций осталась такой же, как на Pz.KpfW.IV Ausf.F1, которая на реальных дистанциях боя легко пробивалась 45-мм бронебойным снарядом.
До появления средних танков Т-34-85 и тяжелых ИС-1/2 немецкие танки Pz.Kpfw.IV, вооруженные 75-мм орудиями с длиной ствола 43 и 48 калибров, являлись очень желанным трофеем. Трофейная «четвёрка», освоенная опытным экипажем, могла успешно бороться с однотипными машинами на дистанции почти вдвое большей, чем отечественные танки, вооруженные 76,2-мм пушками.
Даже после того, как в ходе наступательных операций 1944–1945 гг. советские войска стали достаточно часто захватывать тяжелые германские танки и самоходки с длинноствольными 75 и 88-мм орудиями, танки Pz.KpfW.IV продолжали использоваться в РККА. Во многом это объяснялось тем, что «четвёрка» была проще в ремонте, чем, например, «Пантеры» и «Тигры». В силу её высокой распространенности к ней было легче найти запчасти и выстрелы для 75-мм пушки.

Боевой дебют танка Pz.Kpfw.V Panther на Восточном фронте состоялся в июле 1943 года под Курском. Первый опыт боевого применения танков «Пантера» выявил как достоинства, так и недостатки танка.
В числе достоинств нового танка немецкие танкисты отмечали надёжную защиту лобовой проекции корпуса, мощную пушку, позволявшую поражать все советские танки и самоходки в лоб за пределами дальности их эффективного огня, хорошие прицельные приспособления.
Однако бортовая броня танка была уязвима для 76,2-мм и 45-мм бронебойных снарядов на основных дистанциях боя. Боевая ценность танка во многом снижалась его низкой технической надёжностью. Ходовая часть и трансмиссия часто выходили из строя, а двигатели «Пантер» первых модификаций были склонны к перегреву и иногда самовоспламенялись.
Хотя масса танка составляла около 45 т, по немецкой классификации он считался средним. Бронезащита «Пантеры» была дифференцированной и имела большие углы наклона. Верхний лобовой броневой лист толщиной 80 мм располагался под углом 57° от вертикали. Нижний лобовой лист толщиной 60 мм имел угол наклона 53°.

Верхние бортовые листы корпуса толщиной 40 мм (на поздних модификациях – 50 мм) наклонены к вертикали на угол 42°. Нижние бортовые листы устанавливались вертикально и имели толщину 40 мм. Сварная башня в лобовой проекции была защищена маской толщиной 100 мм. Кормовая и бортовая броня башни – 45 мм, наклон 25°.
На первых серийных «Пантерах» устанавливался карбюраторный двигатель мощностью 650 л. с., обеспечивавший скорость на шоссе до 45 км/ч. С мая 1943 года его сменил мотор мощностью 700 л. с. Максимальная скорость танка почти не изменилась, но рост удельной мощности позволял уверенней себя чувствовать на бездорожье.
Ходовая часть танка с шахматным расположением опорных катков обеспечивала хорошую плавность хода, что облегчало наведение орудия в движении. Но в то же время, такая конструкция ходовой части была сложна в производстве и ремонте, а также имела большую массу.
Танк Pz.Kpfw.V имел очень мощное вооружение. 75-мм танковая пушка KwK 42 с длиной ствола 70 калибров, бронебойным снарядом Pzgr 39/42, разогнанным до 925 м/с, на дистанции 1000 м при угле встречи 60° пробивала 110-мм броню. Подкалиберный снаряд Pzgr 40/42, покинувший ствол с начальной скоростью 1120 м/с, в тех же условиях пробивал 150-мм броню.

С учётом того, что хорошо обученный экипаж мог сделать 8 прицельных выстрелов в минуту, в распоряжении наводчика имелись очень неплохие прицельные приспособления, а само орудие обладало высокой точностью – всё это делало «Пантеру» смертельно опасной для любого танка Второй мировой. Помимо 75-мм орудия танк был вооружен двумя 7,92-мм пулемётами MG.34.
Появление танка Pz.Kpfw.V, который формально считался средним, во многом было связано с осмыслением опыта столкновения с советскими танками новых типов в начальный период войны.
Во многом «Пантера» соответствовала представлениям командования Вермахта об идеальном «противотанковом танке». И неплохо вписывалась в оборонительную военную доктрину Германии, принятую со второй половины 1943 года.
Прочная лобовая броня, очень высокая бронепробиваемость и точность орудия умеренного калибра, в котором использовались дорогостоящие выстрелы, и башня небольших размеров с толстой маской – всё это характерные черты именно оборонительного танка.
Лучше всего «Пантеры» проявили себя в активной обороне в виде засад, обстрела наступающих танков противника с больших дистанций и контратак, когда минимизируется влияние слабости бортовой брони. Серийное производство танков Pz.Kpfw.V продолжалось с января 1943 по апрель 1945 года. Всего было построено 5995 экземпляров.

Обладая хорошими возможностями по борьбе с бронетехникой, танки Pz.Kpfw.V были очень дорогими и сложным в производстве и обслуживании. Использование шахматной схемы расположения опорных катков, обеспечивавшей плавность хода, отрицательно сказывалось на надёжности и ремонтопригодности ходовой части. Замена повреждённых подрывами на минах или артиллерийским огнём внутренних опорных катков была трудоёмкой операцией. Жидкая грязь, набивавшаяся между опорными катками, зимой часто замерзала и полностью обездвиживала танк.
Нередко складывалась ситуация, когда экипажи «Пантер», выиграв огневую дуэль с советскими танками, были вынуждены бросать их, из-за поломок или невозможности заправить горючим. Достаточно часто обездвиженные немецкие танки вкапывались в землю по башню и использовались в качестве неподвижных огневых точек.
В последний год войны наши войска захватили значительное количество исправных и повреждённых, но пригодных к восстановлению танков Pz.Kpfw.V.
В то же время советские войска эксплуатировали трофейные «Пантеры» очень ограниченно. К середине 1943 года в РККА уже имелся опыт эксплуатации танков Pz.Kpfw.38(t), PzKpfw.II, Pz. Kpfw.III и Pz. Kpfw.IV, а также САУ на их базе. Однако использование Pz.Kpfw.V являлось очень непростым делом, требовавшим соответствующей подготовки экипажей и наличия ремонтной базы.
Советские танкисты, не обладавшие необходимым опытом эксплуатации сложной и специфически устроенной техники, зачастую выводили «Пантеры» из строя, проехав 15– 20 км, и не могли затем починить их из-за отсутствия необходимых запасных частей, инструмента и опыта ремонта подобных машин.

Трофейный танк «Пантера» рядом с тяжелым танком британского производства «Черчилль».

Вот что по этому поводу докладывал в ГБТУ КА штаб 4-й гвардейской танковой армии:
«Указанные танки (Pz.Kpfw.V ) являются сложными в эксплуатации и ремонте. Запасные части к ним отсутствуют, что не позволяет осуществлять их плановое обслуживание.
Для питания танков необходимо предусмотреть бесперебойную поставку в части авиабензина высокого качества.
Кроме того, имеются большие проблемы с боеприпасами для немецкой 75-мм танковой пушки обр. 1942 г. (Kw.K. 42), так как боеприпасы от пушки обр. 1940 г. (Kw.K.40) непригодны для использования их в танке «Пантера».
Считаем, что для проведения скрытых наступательных операций более пригодным является немецкий танк типа Pz.Kpfw.IV, имеющий более простое устройство, легкий в эксплуатации и ремонте, а также широко распространенный в немецкой армии».
Однако с учётом того, что танк Pz.Kpfw.V был вооружен орудием с очень высокими баллистическими характеристиками, это давало возможность бороться с бронетехникой противника на дистанциях, превышающих эффективную дальность стрельбы советских 76,2–85-мм танковых пушек.
В первой половине 1944 года в ГБТУ КА рассматривался вопрос об использовании исправных трофейных «Пантер» в качестве истребителей танков. В марте 1944 года было издано «Краткое руководство по использованию трофейного танка T-V («Пантера»)».

Ввод в строй и успешная эксплуатация трофейных танков Pz.Kpfw.V во многом зависели от личной позиции командиров советских танковых соединений.
Так, в январе 1944 года по распоряжению заместителя командующего 3-й гвардейской танковой армии генерал-майора Ю. Соловьева в 41 и 148-м отдельных ремонтно-восстановительных батальонах создали по одному взводу из наиболее опытных ремонтников, которых привлекли к починке и обслуживанию «Пантер».
В ряде случаев трофейные «Пантеры» весьма успешно выступали в роли истребителей танков. Вскоре после ввода в строй экипаж советской «Пантеры» в ходе боевых действий на северо-западе Украины в районе села Жеребки подбил танк «Тигр».
Больше всего в «Пантере» наших танкистов привлекало вооружение: баллистические данные 75-мм орудия KwK.42 позволяли подбивать немецкие танки на дистанциях, недоступных ни одной советской танковой (и противотанковой) пушке.
Кроме того, отличная по меркам того времени радиостанция и приборы наведения делали «Пантеру» неплохой командирской машиной.
Так, например, в составе 991-го САП (46-я армия 3-го Украинского фронта) имелось 16 СУ-76М и 3 «Пантеры», которые использовались в качестве командирских машин.
Весной 1945 года в 366-м ГСАП, воевавшем в составе 3-го Украинского фронта, помимо тяжелых самоходок ИСУ-152, нескольких трофейных СУ-150 («Хуммель») и СУ-88 («Насхорн») имелось 5 Pz.Kpfw.V и один Pz.KpfW.IV.
Впрочем, использовать трофейные танки в одних боевых порядках с танками и САУ советского производства было сложно. Механикам-водителям Pz.Kpfw.V приходилось очень тщательно выбирать маршрут движения. Там, где свободно проходила лёгкая САУ СУ-76М, тяжелая «Пантера» могла застрять.
Большие проблемы также возникали с преодолением водных преград. Далеко не все мосты могли выдержать танк весом 45 т, а при форсировании реки вброд, почти всегда возникали сложности с выходом Pz.Kpfw.V на крутой берег.
Кроме того, существовал риск обстрела трофейных «Пантер» своими танками и артиллерией. И большие звёзды, нарисованные на башнях помогали не всегда.

Широко известны фотографии «Пантер» танковой роты, которой командовал гвардии старший лейтенант М.Н. Сотников.
Три трофейных танка Pz.Kpfw.V числились в составе 62-го Гвардейского танкового полка прорыва 8-го Гвардейского танкового корпуса.
Эти танки Pz.Kpfw.V ранее входили в состав 5-й танковой дивизии СС «Викинг», и были захвачены в бою 18 августа 1944 года у города Ясеницы.
К сожалению, информации о боевом применении «Пантер» роты Сотникова найти не удалось. По всей видимости, эти машины использовались в роли противотанкового резерва.
Применять трофейные Pz.Kpfw.V вместе с тридцатьчетвёрками было затруднительно.
Проходимость «Пантеры» была намного хуже, а скорость движения на марше меньше. К тому же бензиновые двигатели «Майбах» отличались прожорливостью. На одной заправке по шоссе «Пантера» могла пройти около 200 км, а запас хода советского среднего танка Т-34-85 составлял 350 км.
Из-за низкой надёжности двигателя, трансмиссии и ходовой части часто случались поломки, и «Пантеры» приходилось буксировать к месту ремонта.
Но, несмотря на эксплуатационные проблемы, трудности с ремонтом, снабжением боекомплектом и ГСМ, трофейные танки Pz.Kpfw.V продолжали оставаться на вооружении РККА до капитуляции Германии.

Первый случай боевого применения тяжелого танка Pz.Kpfw.VI произошел в сентябре 1942 года под Ленинградом. Несколько «Тигров» пытались атаковать в условиях бездорожья под огнём советской артиллерии. При этом один танк был захвачен Красной Армией.
Гораздо более успешно тяжелые танки противник использовал в ходе операции «Цитадель».
«Тигры» применялись для прорыва советской обороны, часто возглавляя группы других танков. Мощное вооружение Pz.Kpfw.VI позволяло поражать любой советский танк, а броня защищала от 45–76,2-мм бронебойных снарядов.
Танковая 88-мм пушка Kw.K.36 была создана на основе зенитной пушки FlaK 18/36. Это орудие разгоняло бронебойный снаряд Pzgr. 39/43 массой 10,2 кг до 810 м/с, что на дистанции 1000 м обеспечивало пробитие 135-мм брони. С орудием был спарен 7,92-мм пулемёт MG.34, ещё один пулемёт имелся в распоряжении стрелка-радиста.
Толщина лобовой брони корпуса составляла 100 мм, борт и корма корпуса – 80 мм. Лоб башни – 100 мм, борт и корма башни – 80 мм. На первых 250 танках раннего выпуска устанавливали бензиновый двигатель мощностью 650 л. с., а на остальных – 700 л.с. Индивидуальная торсионная подвеска с шахматным расположением катков обеспечивала высокую плавность хода, но она была весьма уязвимой к боевым повреждениям и сложной в ремонте.

В 1942–1943 гг. по совокупности боевых качеств «Тигр» являлся сильнейшим танком в мире. К достоинствам машины следует отнести мощное вооружение и бронирование, продуманную эргономику, качественные приборы наблюдения и связи.
Впрочем, цена, которую пришлось заплатить за мощное вооружение и толстую броню, была очень высокой. Танк с боевой массой 57 т имел удельную мощность около 12 л. с./т и удельное давление на грунт 1,09 кг/см², что не позволяло уверенно чувствовать себя в глубоком снегу и на сыром грунте.
Высокие боевые характеристики во многом обесценивались высокой сложностью и стоимостью производства, низкой ремонтопригодностью. Повреждённый танк ввиду большой массы было трудно эвакуировать с поля боя.
В силу того, что танков Pz.Kpfw.VI было построено 1347 экземпляров, советские войска захватывали их гораздо реже, чем «Пантеры». Первый документально зафиксированный случай освоения трофейного «Тигра» советским экипажем имел место в конце декабря 1943 года.
27 декабря в ходе атаки 501-го тяжелого танкового батальона Вермахта одна из машин застряла в воронке и была брошена. Танкисты 28-й гвардейской танковой бригады (39-я армия, Белорусский фронт) сумели вытащить «Тигр» и отбуксировать его в свое расположение.

Танк удалось быстро ввести в строй, и командование бригады решило использовать его в боях. В «Журнале боевых действий 28-й гвардейской танковой бригады» об этом сказано следующее:
«28.12.43 г. С поля боя приведен в полной исправности захваченный танк «Тигр».
Командиром бригады назначен экипаж танка Т-6 в составе: командир танка трижды орденоносец гвардии лейтенант Ревякин, механик-водитель гвардии старшина Килевник, командир орудия гвардии старшина Илашевский, командир башни гвардии старшина Кодиков, стрелок-радист гвардии сержант Акулов.
Экипаж в течение двух суток освоил танк.
Кресты были закрашены, вместо них на башне нарисовали две звезды и написали «Тигр».
Позднее 28-й гвардейской танковой бригадой был захвачен еще один немецкий тяжелый танк.
По состоянию на 27 июля 1944 года в бригаде имелось 47 танков: 32 Т-34, 13 Т-70, 4 СУ-122, 4 СУ-76 и 2 Pz.Kpfw.VI».

По одному трофейному «Тигру» также имелось в 713-м самоходно-артиллерийском полку 48-й армии 1-го Белорусского фронта и в 5-й отдельной гвардейской танковой бригаде 38-й армии 4-го Украинского фронта.
Впрочем, по причине малочисленности и эксплуатационных проблем трофейные Pz.Kpfw.VI не оказали практически никакого влияния на ход боевых действий.
Во многом это было связано с плохой ремонтопригодностью. Если на советских танках многие неисправности можно было устранить силами экипажа, то для ремонта «Тигра» в большинстве случаев требовалось привлечение хорошо обученных специалистов и специальной техники.
Замена повреждённых катков внутреннего ряда могла занимать более 12 часов. А для доступа к неисправной трансмиссии требовалось демонтировать башню, что было невозможно без использования кранового оборудования грузоподъемностью не менее 12 т.
В итоге такие недостатки, как сложность ремонта, помноженные на эксплуатационные проблемы, необходимость заправки дефицитными ГСМ и использование нестандартных 88-мм выстрелов с электрозапалом, перевесили достоинства германского тяжелого танка.
На завершающем этапе войны Красная Армия в достаточном количестве получала средние и тяжелые танки, вооруженные 85–122-мм орудиями, и САУ с орудиями 100–152-мм, которые на реальных дистанциях боя могли успешно поражать любую бронетехнику противника. И трофейные «Тигры» в роли истребителей танков потеряли своё значение.
Рассказывая о тяжелых немецких танках в РККА, будет правильно упомянуть ещё одну машину, захваченную советскими войсками в конце войны. Серийное производство тяжелого танка Pz.Kpfw.VI Ausf. B Tiger II («Королевский тигр») началось в ноябре 1943 года и продолжалось до марта 1945 года. Всего удалось построить 490 экземпляров.

Тяжелый танк Pz.Kpfw.VI Ausf. B, захваченный РККА.

Несмотря на сходное с первым «Тигром» обозначение, фактически это была новая машина.
Основным назначением «Тигра II» являлась борьба с танками противника на максимально возможной дистанции. Для этого танк вооружили беспрецедентно мощной 88-мм пушкой Kw.K.43 с длиной ствола 71 калибр (такое же орудие устанавливали на ПТ САУ «Фердинанд»).
По дальности стрельбы и бронепробиваемости пушка 8.8 Kw.K.43 L/71 превосходила большинство танковых орудий, имевшихся в распоряжении антигитлеровской коалиции. Бронебойный 88-мм снаряд Pzgr. 39/43 покидал ствол со скоростью 1000 м/с. На дальности 1500 м при угле встречи 30° от нормали он мог пробить 175-мм броню.
Толщина верхнего лобового листа «Королевского тигра», установленного под углом 50°, составляла 150 мм. Нижний лобовой лист с наклоном 50° имел толщину 120 мм. Бортовая броня корпуса и корма – 80 мм. Маска орудия – 65–100 мм. Борт и корма башни – 80 мм.
На первых серийных машинах устанавливался двигатель мощностью 700 л. с. Некоторые танки позднего выпуска имели дизельные моторы мощностью 960 л. с. На испытаниях танк весом 68 т удалось разогнать на шоссе до 41 км/ч. Однако в реальных условиях даже на хорошей дороге скорость движения не превышала 20 км/ч.
Фактически Pz.Kpfw.VI Ausf. B Tiger II являлся истребителем танков, предназначенным для использования в оборонительных боевых действиях. В этой роли «Королевский тигр» был предельно опасен для всех без исключения советских танков и самоходок.
Хотя защищённость и мощь вооружения «Королевского тигра» существенно увеличились, по сбалансированности боевых характеристик он уступал предыдущей модели.
Из-за избыточного веса проходимость и маневренность машины была неудовлетворительной. Что сильно снижало тактические возможности тяжелого танка и одновременно делало его лёгкой целью для более подвижных советских танков и самоходок.
Перегруженность ходовой части отрицательно сказалась на надёжности. По этой причине примерно треть машин выходила из строя на марше. Бензиновый двигатель и бортовые передачи, изначально спроектированные для гораздо менее тяжелого танка, не выдерживали нагрузок при движении по раскисшему грунту.

В итоге «Королевский тигр» себя не оправдал. Он является одним из самых провальных проектов танковой промышленности Третьего рейха.
С точки зрения рационального расходования ресурсов, гораздо более оправданным было бы направить их на увеличение объёмов производства средних танков Pz.Kpfw.IV и САУ на их базе.
Малочисленность, низкая эксплуатационная надёжность и неудовлетворительная подвижность – стали причинами того, что «Королевский тигр» не смог оказать существенного влияния на ход войны.
Советские танкисты успешно уничтожали эти машины из засад. При прямом столкновении гораздо более подвижные тридцатьчетвёрки, управляемые опытными экипажами, успешно маневрируя, сближались, занимали выгодную позицию для стрельбы и поражали немецкие тяжелые танки в борт и корму.
Известно, что в августе-сентябре 1944 года в ходе боевых действий на территории Польши танкисты 53-й гвардейской танковой бригады 6-го гвардейского танкового корпуса и 1-й гвардейской танковой бригады 8-го гвардейского механизированного корпуса захватили несколько исправных и пригодных к восстановлению танков «Тигр II».
В ряде источников говорится, что как минимум для трёх машин были сформированы советские экипажи.
Но достоверных подробностей использования этих танков в РККА найти не удалось.

Продолжение следует…