Забавно, но даже сейчас ревизионистская точка зрения, согласно которой «Сталин сам хотел напасть на фюрера, но фюрер — начал раньше» — все еще встречается. «Мода» на такое трактование событий в среде некоторых публицистов еще не прошла.

Почему забавно? Да потому что позиции Солонина или Суворова-Резуна бьются элементарно. Позиции эти бьются словами немецких генералов: Гудериана, Манштейна, Типпельскирха и многих других.
У Типпельскирха вообще много интересного, в его «Истории Второй Мировой войны» (да, после 1945 года он пошел в историки): он вроде не так много пишет про СССР, да. Но то, что он пишет, способно «сломать шаблон» современных «развенчивателей».

Вот, например: «Противоположность мировоззрений, которая отделяла оба государства друг от друга, не уменьшилась в результате заключения ими договора в 1939 году...» (с) Курт фон Типпельскирх. История Второй мировой войны.
Вот это да. Сразу как-то неловко становится за любителей назвать пакт 1939 года «союзом Гитлера и Сталина».

Так почему же Гитлер решился на нападение, притом, именно в 1941 году?

Прежде всего, СССР остался в глазах фюрера главным идеологическим врагом Рейха. Но и политические сиюминутные выгоды требовали от Адольфа действий: ресурсная зависимость от Советского Союза представлялась ему крайне опасной. Тем более, в условиях войны с Великобританией.