Блеск и нищета Елисеевского магазина. Воспоминания коренных москвичей (9 фото)

В конце XIX века семья петербуржцев Елисеевых занималась поставками из-за границы в Российскую империю колониальных товаров: чая, кофе, а также вин, сыров, фруктов и других. В 1896 году семейный торговый дом возглавил Григорий Григорьевич Елисеев, который и решил открыть магазин в Москве – к тому времени у него уже было несколько магазинов в Петербурге. Помещение подбиралось долго, в итоге выбор пал на роскошный особняк на Тверской улице, построенный в конце XVIII века архитектором Матвеем Казаковым для богатой дамы Екатерины Козицкой. В 1820-х годах здесь устраивала известные литературно-музыкальные вечера княгиня Зинаида Волконская – в гостях у светской львицы бывали и Александр Пушкин, и Федор Тютчев, и Иван Тургенев.

Перестройка здания длилась почти три года: под руководством архитектора Гавриила Барановского за это время объединили цокольный этаж и бельэтаж, создали интерьер в духе «необарокко» с массивными колоннами с позолотой и большими хрустальными люстрами. И вот 5 февраля 1901 года распахнул свои двери «Магазин Елисеева и погреба русских и иностранных вин».

Благодаря Владимиру Гиляровскому сохранилось довольно красочное описание торжественного открытия магазина: «С утра толпы народа запрудили улицу, любуясь на щегольской фасад «нового стиля» с фронтоном, на котором вместо княжеского герба белелось что-то из мифологии, какие-то классические фигуры. На тротуаре была толчея людей, жадно рассматривавших сквозь зеркальные стекла причудливые постройки из разных неведомых доселе Москве товаров. Горами поднимаются заморские фрукты; как груда ядер, высится пирамида кокосовых орехов, с голову ребенка каждый; необъятными, пудовыми кистями висят тропические бананы; перламутром отливают разноцветные обитатели морского царства — жители неведомых океанских глубин, а над всем этим блещут электрические звезды на батареях винных бутылок, сверкают и переливаются в глубоких зеркалах, вершины которых теряются в туманной высоте». Так он пишет о магазине в своей книге «Москва и москвичи». Командовал магазином управляющий Сергей Кириллович, сам же Елисеев приехал в Москву только в день открытия: он был занят устройством такого же «храма Бахуса в Петербурге, на Невском, где был его главный, еще отцовский магазин».

В трех торговых залах разместились пять отделов: фруктовый, кондитерский, колониально-гастрономический, бакалейный и специализированный отдел для хрусталя Баккара. При магазине (в подвальных помещениях) были собственные производства: пекарня, кондитерский цех, цеха засолки, копчения, обжарки кофе, производства масла и колбас. Тут же разливали вина и напитки.

Печальна судьба миллионера Елисеева. Сначала в 1914 году на собственной косе повесилась его жена Мария Андреевна, родивашая ему семь сыновей и одну дочь. Она не смогла вынести измену мужа с Верой Васильевой, «бракоразведённой женой петроградского купца», которая была младше его на 20 лет. Самоубийство жены позволило ему сразу же обвенчаться с любовницей.

Из-за поступка отца сыновья отказались от наследства, а после революции и национализации его магазинов и фабрик Елисеев был вынужден эмигрировать во Францию, где жил на свои накопления. Умер Григорий Григорьевич в Париже в 1949 году в возрасте 84 лет и был похоронен на кладбище Сен-Женевьев-де-Буа.

Несмотря на то, что магазин был переименован советской властью в «Гастроном №1», его продолжали называть по имени основателя.

Ренессанс «Елисеевского»

Гастроном с достоинством переживал тяжелые времена – революцию, гражданскую и Великую Отечественную войны, и продолжал быть главным гастрономическим оазисом Советского Союза. Сюда стремились поглядеть на горы дефицитных продуктов и ослепляющий электрический свет. Владимир Гиряловский пишет: «Храм Бахуса существовал до Октябрьской революции. И теперь это тот же украшенный лепными работами двусветный зал, только у подъезда не вызывает швейцар кучеров, а магазин всегда полон народа, покупающего необходимые для питания продукты. И все так же по вечерам яркие люстры сверкают сквозь зеркальные стекла».

Вспоминает Наталья Чернышева, издатель журнала «Гастрономъ»: «Елисеевский» магазин я помню совсем маленькой – тогда еще не наступила эпоха тотального дефицита. Мы жили рядом и довольно часто заходили туда. Для меня он всегда был чем-то особенным – это был магазин-музей. Помню, с переулка был вход в небольшое кафе, там можно было купить что-то вкусненькое и выпить чаю, что мы с мамой часто делали. Еще в "Елисеевском" был очень богатый рыбный отдел (находился справа от входа), где в белых эмалированных лотках с черной каемкой всегда была и черная, и красная икра. Там я узнала, что существует паюсная икра. Помню, что черная икра стоила 40 рублей – это были сумасшедшие деньги, и как мама говорила, что уборщица получает в месяц 60 рублей. В «Елисеевском» всегда была замечательная бакалея и колбасный цех, который располагался в центре.

Я обожала рассмативать витрины, например, на Новый год там продавали в разнообразной цветной фольге шоколадные фигурки: зайчиков, дедов морозов. В больших поддонах была разнообразная карамель без обертки, например, мои любимые двустронние лимонные язычки, очень много видов халвы – я любила белоснежную кос-халву с кешью. Потом она куда-то пропала и с тех пор я ее не встречала. Уже позже, в 1970-х годах, в магазине был большой алкогольный отдел с широким выбором отечественных вин. Запомнилось, как родители приобрели там дорогой французский коньяк за 25 рублей – покупали его вскладчину кому-то на работе в подарок».

Делится своими воспоминаниями Людмила Метелица, коренная москвичка: «Елисеевский» всегда казался мне чем-то совершенно недоступным – примерно, как гостиница «Националь» и Большой театр. Хрустальные люстры и там, и там. Скорее городская достопримечательность, чем магазин. Казалось, что там все слишком дорого, хотя в советское время цены были везде примерно одинаковыми, это как-то регулировалось. Сейчас я понимаю: ассортимент там был довольно скудный. Но зато выкладка – максимально торжественная. Сыров всего три вида, но зато эти огромные круги, залитые желтым воском, были сложены в пирамиды: три, сверху два и один наверху. Из шоколадок складывали витые конструкции наподобие башни Татлина. Всего, в общем-то, мало – но всего много! Никаких пустых прилавков! В рыбном отделе могли быть только банки с консервированной сайрой, но их были сотни! И они были красиво, аккуратно разложены.

Но кое-какой потребительский шик наблюдался. В начале 1960-х я поступила на журфак МГУ, в «Национале» по соседству можно было выпить кофе – дорого, рубль за чашечку. Так я к нему и пристрастилась. Но дома у нас не было кофемолки, а именно в «Елисеевском» можно было купить 100 грамм арабики в зёрнах и попросить их тут же помолоть. Машин-слайсеров тогда не было, колбасу и сыр нарезали ножом на доске. При словах «порежьте» вся очередь смурнела и вздыхала: значит стоять ещё дольше.

Продавщицы в «Елисеевском» были просто выставочные, величественные. Особая каста. Высокая причёска, крахмальная наколка, пышная грудь, прозрачная кожа. Особенно хороши были сотрудницы мясо-молочного отдела: действительно кровь с молоком. В одной из этих величавых красавиц мы однажды признали свою соседку по подъезду. Работа была нелегкая, весь день на ногах, но она ей очень гордилась. «В обычных гастрономах 100 грамм «докторской», нарезают – как? На восемь кусочков. А у нас, в «Елисеевском», – на двенадцать!» Уровень! Ещё деталь: колбасу и сыр, взвесив, заворачивали не в страшную серую бумагу, как везде, а в тонкий полупрозрачный «пергамент». Это было просто роскошно».

Борьба с коррупцией.

В 1982 году к власти в СССР пришел Юрий Андропов – ярый борец с коррупцией и хищениями. Сначала под его горячую руку попали директор магазина «Березка» и его жена – по совместительству заместитель директора «Гастронома №1» Юрия Соколова, которая и дала показания на своего руководителя. Соколова тоже арестовали, а на даче обнаружили около 50 тысяч рублей – фантастические по тем временам деньги!

Во время допросов он раскрывал секреты разных схем хищений из московских магазинов – на основании его показаний было возбуждено около сотни уголовных дел против руководителей московской торговли. В 1984 году Юрия Соколова расстреляли, все имущество конфисковали, а его заместителей приговорили к крупным тюремным срокам. Эта история стала крупнейшим делом о хищениях в советской торговле.

А что сегодня?

В начале 2000-х годов гастроном был замечательно, на совесть, отреставрирован. С 2005 года «Елисеевский» принадлежал сети премиальных магазинов «Алые паруса», но в 2020 году компания ушла с рынка и закрыла все свои точки. Владеет помещениями исторического магазина, который является объектом культурного наследия, Правительство Москвы, но «Елисеевский» все еще ждет нового инвестора – надежного хозяина, который сохранит купеческое наследие и вернет ему былую гастрономическую славу. Говорят об этом пустые полки универмага, заполненные одинаковыми бутылочками сока, скромным ассортиментом свежего мяса и рыбы, свежей выпечкой, недорогой кулинарией, вроде винегрета и корейской спаржи, и дорогими сувенирами, черной икрой и алкоголем. Кстати, работает при магазине и небольшой кафетерий на пять столиков: тут можно выпить недорогой кофе с булочкой или сырниками по вполне бюджетным ценам.