О спорт – ты шприц, ты таблетка. История допинга (5 фото)

И сегодня общая картина, по большому счету, изменилась совсем немного.

История применения допинга в спорте и борьбы с ним началась очень давно. Есть свидетельства, что еще в III в. до н. э. в Греции спортсмены-олимпийцы использовали вещества, улучшающие их результаты. Участники древнегреческих Олимпийских игр считали, что семена кунжута повышают выносливость в беге, а борцу перед схваткой необходимо съесть десять фунтов ягнятины, запив ее вином со стрихнином. Использовались также некоторые лекарственные растения, семенники убитых животных, употреблявшиеся в пищу, всякие методы заговоров и другие приемы.

Использовали стимулирующие вещества и Вавилон, и Древний Египет, которые вели активные военные действия со своими соседями и нуждались в повышении боеспособности воинов, а также, возможно, и спортсменов. Индейцы Северной и Южной Америки также издавна употребляли различные стимуляторы, преимущественно растительного происхождения (кока, сарсапарилла). Римские гладиаторы тоже не брезговали галлюциногенами и употребляли стрихнин, который в малых дозах оказывает стимулирующий эффект. Допинга не избежали даже лошади, принимавшие участие в гонках колесниц: их поили слабоалкогольным медом, чтобы они бежали еще быстрее. А у нас в Казахстане борцы перед состязаниями вкушали бараньи яички, которые были главным источником дополнительного тестостерона.

А в XIX веке в Европе и Америке было очень популярно "вино Мариани" (напиток из вина Бордо с листьями коки) которое так и называлось: "вино для атлетов". Его употребляли французские велосипедисты и даже, как говорят, члены команды по игре в лакросс. Кока и кокаин тоже были очень популярны, потому что помогали бороться с усталостью и заглушали чувство голода, вызванное активными физическими упражнениями.

Когда начались первые современные Олимпийские игры, спортсмены вовсю употребляли различные препараты. Особой популярностью у спортсменов пользовался стрихнин — экстракт из семян рвотных орешков, который оказался сильным тонизирующим средством. Спортсмены нередко смешивали стрихнин с кодеином и, заправившись таким коктейлем, отправлялись на старт. В 1904 году на Олимпийских играх в Сент-Луисе (США) марафонец Томас Хикс вколол большую инъекцию стрихнина да еще подкрепил ее коньяком. После финиша его едва откачала бригада врачей. Но золотую медаль ему все-таки вручили.

В 30-х годах ХХ века в рацион спринтеров вошел нитроглицерин, с помощью которого они пытались расширить коронарные артерии для лучшего питания мышц. В это же время появляются амфетамины — стимуляторы центральной нервной системы. Для поднятия духа их за час до старта принимали велосипедисты. Позже амфетамины приравняли к наркотикам.

Но вообще принято считать, что эра допинга началась в 1935 году – именно тогда был создан инъекционный тестостерон. Тестостерон — мужской гормон, который отвечает за физическую силу и выносливость. Его прописывали нацистские врачи своим солдатам, чтобы те становились более сильными и агрессивными. Из армии он быстро перекочевал на спортивные дорожки. С ним связывают оглушительную победу сборной Германии в общем зачете на берлинской Олимпиаде 1936 года.

После войны разработки немецких химиков и фармакологов, да и они сами, попали в советские руки. Цель СССР – первенство и доминирование в мировом спорте. И это было достигнуто уже на Олимпийских играх 1952 года в Хельсинки, где дебютировала советская сборная. Внезапный успех советской сборной (и груды использованных шприцов в раздевалках) стал полной неожиданностью для всех. Тогда спортсмены начали использовать стероиды — тестостерон в легко усвояемой организмом форме. На них сразу подсели тяжелоатлеты и другие силовики: стероиды отлично стимулируют рост мышечной ткани и увеличивают работоспособность.

В ответ успеху советских спортсменов американский физиолог Джон Циглер в 1955 году, специально для сборной США по тяжелой атлетике, разработал препарат дианабол — синтетический тестостерон с повышенными анаболическими свойствами. Его применение увеличивало синтез белка и помогало мышцам быстрее восстанавливаться после тяжелых тренировок. И стоил он относительно дешево, что привело к его массовому распространению. Тренеры ставили на столы целые салатницы, заполненные дианаболом, и спортсмены уплетали его горстями, заедая хлебом. Такая трапеза получила название «завтрак чемпиона».

Информация вышла за рамки узкого круга и стероиды распространялись быстро. Они стали применяться при подготовке атлетов во всём мире. В 1968 году в Восточной Германии создаются более продвинутые стероиды, проводится беспрецедентная допинг-программа для подготовки национальной сборной.

И в том 1968 году была зафиксирована первая жалоба на стероиды. Причем эта жалоба исходила не от спортивных властей, а от Всемирной Организации Здравоохранения. Ведь стероиды в странах третьего мира зачастую использовались врачами с целью обогащения. Доктора очень творчески искали поводы для назначения стероидов. И ими лечилось всё: от недоедания до проблем при менструации. И тогда Международный олимпийский комитет ввел процедуру обязательных анализов мочи спортсменов для выявления допинга. Началась официальная борьба с допингом. Именно тогда спорт поделился на «чистый» и «нечистый». Именно тогда допинг стал неэтичным. Новоявленные допинг-контролёры ратовали за запрещение, призывая на помощь этику для «решения» проблемы, которую они только что создали. Они ничего не придумали, ничего не создали, не помогли ни одному атлету. Они просто прилипли как паразиты к большому спорту.

Всего лишь попытка возвеличиться всеми средствами. Спортсмены никогда не могли позволить себе остановиться на каком-то результате и не идти дальше. Сейчас их поставили ещё перед одной дилеммой: «нарушай правила или проиграй».

И уже в 1972 году на Мюнхенской Олимпиаде контролеры нашли первого нарушителя, вернее первую свою жертву. Американского пловца Рика Де Монта, уличили в приёме эфедрина. Правда впоследствии оказалось, что Де Монт был астматиком и у него было медицинское разрешение для лечения эфедрином. К сожалению, этот довод сочли недостаточным. Теперь, 29 годами позже, спортивные власти неохотно признали ошибку. Извини Рик, ошибочка вышла.

Наиболее широкое распространение допинг получил в ныне не существующей ГДР. Восточногерманские пловчихи были все мужеподобными и отличались низкими голосами. Одна из них в интервью ответила басом: «Мы здесь для того чтобы побеждать в плавании, а не в пении».

В 70-е года стали применять кровяной допинг — повышение разными способами, например переливанием крови, содержания гемоглобина в крови, что в свою очередь значительно увеличивает выносливость спортсмена.

В 80-е года лексикон спортсменов пополнили такие слова, как «бета-адреноблокаторы» и «диуретики». Первые были созданы для лечения сердечно-сосудистых патологий, и атлеты быстро научились пользоваться ими для улучшения работы мышц и повышения выносливости организма. Диуретики, то есть мочегонные средства, применялись в комплекте с бета-адреноблокаторами, чтобы допинговым службам сложнее было искать следы запрещенных препаратов.

В химических лабораториях научились синтезировать гормон роста в лаборатории. Этот гормон полюбили представители силовых видов спорта: он стимулирует рост мышц и внутренних орган. Также был синтезирован ЭПО — эритропоэтин, гормон, который стимулирует образование красных кровяных телец в крови (эритроцитов). Повысив уровень ЭПО, можно в разы увеличить выносливость организма. Этим сразу же воспользовались бегуны на средние и длинные дистанции, велогонщики и лыжники.

А вот пресловутый мельдоний из-за которого разгорелся нынешний сыр-бор был создан в Советском Союзе в Латвии в середине 70-х годов. Его изобретатель профессор Инвар Калвиш недоумевает, почему его препарат стал запрещенным допингом: «Была первая регистрация милдроната в 1984 году, и с тех пор он на рынке. И никому в голову не приходило назвать недопустимым для применения препаратом. Он является самым распространённым лекарственных препаратом на территории бывшего СССР, если мы считаем средства для лечения сердечных заболеваний».

В инструкции к мельдонию: ишемическая болезнь сердца, инсульт, стенокардия — это далеко не полный перечень болезней, при которых принимают это лекарство. Я оказывается тоже принимаю допинг: мельдоний снижает концентрацию глюкозы в крови, не повышая при этом концентрацию инсулина, что архиважно для диабетиков. И вообще большинство врачей резонно считают, что мельдоний отнюдь не помогает улучшать спортивные результаты, он спасает спортсменов от последствий чудовищных перегрузок, сохраняя им здоровье. Тот же Инвар Калвиш говорит:

 «Спортсмен работает на грани своих физических возможностей. Если он это делает на фоне милдранада, то у него есть все шансы полагать, что его сердце не погибнет, клетки его сердца не погибнут, не будет микро- и макроинфарктов, если даже он перешагнул ту черту, которую перешагивать не дозволено. Те, которые не применяют милдронат, и мы это неоднократно видели: люди погибают в рассвете сил на футбольном поле, хоккейном, баскетбольном». 

По мнению профессора, запрет на употребление его препарата неминуемо приведет к увеличению смертности среди спортсменов.

Но для западных и особенно американских фармакологических суперкомпаний такой зарубежный препарат как мельдоний, эффективный и в то же время дешевый, как нож в сердце. И с подачи этих гигантских монополий ВАДА с 1 января 2016 года запретило его. Причем запрет был не очень громким, так пробормотали что-то в своих информационных бюллетенях. Большинство спортсменов и тренеров, попросту пропустило это объявление. И пострадало. Первой жертвой допинг-контролеров стала красавица-теннисистка Мария Шарапова. Из-за проблем со здоровьем ей мельдоний выписал врач и употребляла она его 10 лет. Шарапову дисквалифицировали на два года.

А затем начали дисквалифицировать всех подряд, всех кто употреблял это лекарство: шведов, турков, эфиопов. Но прежде всего россиян и их соседей и братьев по бывшему Союзу – белорусов, украинцев, узбеков и конечно наших казахстанских спортсменов. Американцев и европейцев запрет на мельдоний особо не затронул. Они спасают свое здоровье от перегрузок при помощи своих препаратов, пусть менее действенных, чем мельдоний, но зато более дорогих. В общем, ВАДА с подачи западных фармакологических монополий искусственно создало ситуацию – хочешь жить и заниматься спортом выкладывай деньги и жри дорогущие американские препараты.

А дальше вообще начался театр абсурда. Стали наказывать тех, кто когда-то в прошлом применял мельдоний. Вот ты употреблял препарат в далеком 2008 или 2012 году, а теперь отдай завоеванные награды. Причем деятелей ВАДА абсолютно не смущал краеугольный камень юриспруденции, основа всех законотворчества всего мира – «закон не имеет обратной силы». То есть закон подлежит применению лишь к тем правонарушениям, которые совершены после его издания, и не распространяется на деяния, имевшие место до его принятия.

Об этом говорит и Всеобщая декларации прав человека: 

«никто не может быть осужден за преступление на основании совершения какого-либо деяния или за бездействие, которые во время их совершения не составляли преступления по национальным законам или по международному праву. Не может также налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое могло быть применено в то время, когда преступление было совершено».

Аналогичная норма содержится в пункте 1 статьи 7 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. То есть нельзя лишать спортсмена наград, которые он получил в те времена, когда мельдоний не был запрещен.

Но руководители и деятели ВАДА плевать хотели на законы государств и всемирные декларации. Сделав честные лица, они твердят о «чистом» спорте. Но это не честность. Это принципиальность. А это большая разница. Принципиальность это когда выгодно быть честным. Чиновникам ВАДА выгодно быть честными. Под раздутую ими шумиху допинга-скандала они потребовали увеличить свое финансирование. Набрали бонусов у толерантных европейцев и секс-меньшинств, политические плюсы от Америки и других государств – соперников России. И судя по всему, хорошо подзаработали на лоббировании интересов фармакологических корпораций.

Сегодня в большом спорте, особенно в олимпийском, главные не спортсмены, тренера и болельщики. Сейчас там правят бал чиновники и лабораторные крысы непонятной сексуальной ориентации.