По коридорам Чернобыля: жуткие снимки из-под саркофага сгинувшей АЭС (21 фото)

Фотографии сделал 48-летний фотограф Аркадиуш Поднесенский из Вроцлава. Аркадиуш провел на объекте два дня в марте и снимал бывшую электростанцию с помощью камеры Nikon D850. Польский фотограф документирует последствия чернобыльской катастрофы с 2008 года, уделяя особое внимание последствиям, связанным с радиоактивным загрязнением окружающей среды.

Благодаря своей работе по документированию последствий ядерных катастроф, Аркадиуш получил эксклюзивный доступ внутрь электростанции, включая экскурсию внутри саркофага, который был построен над руинами 4-го энергоблока, чтобы уменьшить радиоактивный выброс после катастрофы.

«В 1986 году, когда произошла чернобыльская катастрофа, мне было четырнадцать лет, и я учился в начальной школе, — говорит Аркадиуш. — С того времени мне запомнилось необычное волнение и ужасный вкус раствора Люголя, который должен был защитить мое тело от поглощения радиоактивных изотопов йода».

«Эти события сформировали мои дальнейшие интересы и заставили задуматься о последствиях таких катастроф. Когда тринадцать лет назад мне представилась возможность побывать в Чернобыльской зоне отчуждения, я сразу же отправился в Киев, а затем прямо в закрытую зону, чтобы своими глазами увидеть, насколько серьезна была катастрофа. То, что я там увидел, навсегда изменило мою жизнь и подтолкнуло меня начать документировать трагические последствия катастрофы».
«Когда я узнал, что мне предоставили эксклюзивный доступ к электростанции, особенно к редкой экскурсии в саркофаг, я был взбудоражен. Я был очень доволен тем, что стал одним из немногих фотографов в мире, которые смогли посетить это место».

«В заброшенных зданиях можно без труда найти старые фотографии, книги, журналы, редкие плакаты с изображением Ленина, коммунистической символикой и пропагандистскими лозунгами. Большинство из них приходится на 1986–1990 годы, период ликвидации последствий чернобыльской катастрофы. На плакатах изображены служащие, стоящие на фоне недавно построенного саркофага, едущие на работу на автобусе или живущие в плавучих домах. Такие изображения являются чрезвычайно важными историческими документами, благодаря которым мы можем многое узнать не только о ликвидаторах и их работе, но и о повседневной жизни, которую они пытались вести в те трудные времена».

«Со временем такие фотографии становятся еще более ценными, поскольку они не только высекают слова и образы на камне, но помогают помнить о катастрофе. Некоторым эти объекты могут показаться бесполезными или бессмысленными; для других это ценные артефакты, напоминающие о тех временах, когда эта станция производила электричество».

Аркадиуш рассказал, каково ему было исследовать радиоактивные коридоры АЭС, где его сопровождал дозиметрист, следивший за уровнями радиоактивности:

«В этом лабиринте почти идентичных коридоров я быстро теряю чувство направления и через некоторое время перестаю обращать внимание на знаки. Я слепо слежу за дозиметристом. Хотя маски не дают нам вдохнуть радиоактивную пыль, мы никак не можем защитить себя от гамма-излучения, проникающего в наши тела. Невидимые опасности могут таиться за каждым углом. В такой ситуации дозиметры — это наши глаза; благодаря им мы знаем, как далеко мы можем зайти».

«За годы я неоднократно побывал в Чернобыле и Фукусиме и уже привык к радиации. Я стараюсь избегать чрезмерного облучения, минимизируя время воздействия, увеличивая расстояние до источника излучения и защищая себя от него. Я также использую надлежащие средства индивидуальной защиты, такие как защитный костюм или маску, которые помогают снизить вероятность поглощения или впитывания радиоактивных веществ».

«С самым высоким уровнем радиации в Чернобыльской зоне отчуждения я столкнулся, когда нашел кусок графита из поврежденного реактора, и он примерно в пятьсот раз превышал норму».

Аркадиуш выдержал уровень радиации 10 мЗв/ч - более чем в 50 000 раз выше, чем обычно он испытывает в своих поездках.

«Мысль о том, что я двигаюсь по загадочному лабиринту радиоактивных коридоров, покрытых двумя саркофагами, давит на меня и усиливает чувство неуверенности и растерянности. Я изо всех сил стараюсь сконцентрироваться на съемке, но быстрый темп, плохое освещение и отсутствие штатива не облегчают задачу. Несмотря на это, держа дозиметр в одной руке, а фотоаппарат в другой, я стараюсь делать четкие снимки».

«Я хотел бы донести, что, хотя такие ядерные катастрофы как в Чернобыле в 1986 году и на Фукусиме в 2011 году, очень редки, и вероятность их возникновения бесконечно мала, когда они все же случаются, политические, экономические и человеческие издержки могут оказаться слишком высоки для общества. Если забыть о Чернобыле и Фукусиме, то ядерная катастрофа может произойти где-то еще».

«Моя цель — помочь людям полностью осознать масштабы и серьезность катастрофы в Чернобыле (и на Фукусиме) и сделать свои собственные выводы о мудрости и будущем ядерной энергии — без влияния сенсационных СМИ, отчетов ученых, создающих иллюзию правоты, лоббистов ядерной энергии или антиядерных активистов».