2.2M
5 лет назад · 3 фото · 7251 просмотров · 25 комментариев
Шалость, продуманная до мелочей (3 фото + 1 видео)
Мстислав Ростропович был неисправимым шутником, причем мэтр признавался, что идеи многих его выходок хранились годами, пока не представится случай. А уж воспользоваться случаем и подстроить проказу Мстислав Леопольдович умел виртуозно.
Вот одна из историй, записанная друзьями музыканта с его собственных слов.
В 1990-м году семидесятилетний юбилей отмечал большой друг и старый музыкальный партнер Ростроповича, скрипач Айзек Стерн, американец, рожденный на территории Польши.
Три больших друга и партнеры по сцене на обложке общего диска: Айзек Стерн, Мстислав Ростропович и Жан-Пьер Рампаль
*
Организаторы юбилея пригласили Ростроповича принять участие в поздравлении, тот согласился, но на условии, что его приезд будет в большом секрете. Идея розыгрыша сразу закрутилась у мэтра в голове и мгновенно стала обрастать обстоятельствами, которые надо было четко подстроить.
Ростропович попросил, чтобы его выступления не было в программе, и вообще, чтобы было объявлено, что он не сможет приехать. И что он прилетит заранее, и пусть его встретят и разместят отдельно, и пусть еще в его секретную гостиницу к нему придут портниха из театра и сапожник, изготавливающий пуанты, снять мерки.
Бог знает, что подумали организаторы – но их согласие было немедленно получено, и все условия выполнены безукоризненно. В секретной гостинице портной принял заказ на пуанты 43-го размера, а портниха – на пачку и трико, еще Ростропович попросил театральную диадему и головной лебединый убор.
Дело в том, что по замыслу организаторов Ростропович должен был исполнить на виолончели в сопровождении оркестра «Лебедя» Сен-Санса из его сюиты «Карнавал животных». А перед этим номером американский актер Грегори Пек рассказал бы гостям историю встречи юбиляра Айзека Стерна с его женой Верой, которая тоже, конечно, была среди приглашенных.
Грегори должен был сравнить Веру Стерн с лебедушкой, произнеся проникновенные и романтичные слова: «И он увидел этого белого лебедя.... И он в него влюбился... И соединился с ним на всю жизнь». И дальше по замыслу сценариста Ростропович играл бы Сен-Санса.
И вот что за шалость была задумана у маэстро.
Он договорился с аккомпанирующим ему пианистом, что тот будет играть первые такты «Лебедя» до тех пор, пока не услышит, что виолончель вступила – пусть эти такты играются по кругу хоть полчаса. А с концертмейстером договорились, что виолончель будет заранее подготовлена на сцене.
*
Организаторы юбилея пригласили Ростроповича принять участие в поздравлении, тот согласился, но на условии, что его приезд будет в большом секрете. Идея розыгрыша сразу закрутилась у мэтра в голове и мгновенно стала обрастать обстоятельствами, которые надо было четко подстроить.
Ростропович попросил, чтобы его выступления не было в программе, и вообще, чтобы было объявлено, что он не сможет приехать. И что он прилетит заранее, и пусть его встретят и разместят отдельно, и пусть еще в его секретную гостиницу к нему придут портниха из театра и сапожник, изготавливающий пуанты, снять мерки.
Бог знает, что подумали организаторы – но их согласие было немедленно получено, и все условия выполнены безукоризненно. В секретной гостинице портной принял заказ на пуанты 43-го размера, а портниха – на пачку и трико, еще Ростропович попросил театральную диадему и головной лебединый убор.
Дело в том, что по замыслу организаторов Ростропович должен был исполнить на виолончели в сопровождении оркестра «Лебедя» Сен-Санса из его сюиты «Карнавал животных». А перед этим номером американский актер Грегори Пек рассказал бы гостям историю встречи юбиляра Айзека Стерна с его женой Верой, которая тоже, конечно, была среди приглашенных.
Грегори должен был сравнить Веру Стерн с лебедушкой, произнеся проникновенные и романтичные слова: «И он увидел этого белого лебедя.... И он в него влюбился... И соединился с ним на всю жизнь». И дальше по замыслу сценариста Ростропович играл бы Сен-Санса.
И вот что за шалость была задумана у маэстро.
Он договорился с аккомпанирующим ему пианистом, что тот будет играть первые такты «Лебедя» до тех пор, пока не услышит, что виолончель вступила – пусть эти такты играются по кругу хоть полчаса. А с концертмейстером договорились, что виолончель будет заранее подготовлена на сцене.
Как музыкант был великим, как человек не очень. Недаром Солженицын дружил с ним и жил у него на даче. Скажи мне, кто твои друзья, и я скажу, кто ты. Тоже приложил свою руку к делу развала СССР.
Грех смеяться над великими, кто я такая, сошка, но что-то эта "шутка" не зашла мне. Как-то не смешно видеть пожилого мужчину, с некрасивым телом, в балетной пачке. Хотя, возможно, для того времени это было свежо. А у меня это не вызывают улыбки просто потому, что это стало обыденностью и закрывает много пространства в сети.
Позанудствую: это не пуанты, это - балетки. Но вот ведь молодец!!!!!
Гнида казематная.
А что это ты фамилию свою, с маленькой буквы пишешь!?
я так хохотался
Я думал это рамштайн ))
Был бы зрелым мужиком, вëл бы себя должным образом, а сказки можешь своей маме, выпускнице 91 года, рассказывать
Деточка, это ты сюда пришел поподхрюкивать и про каникулы поговорить. Я понимаю, что это для тебя больная тема, но ничего страшного, продолжай включать "зрелого мужика" и влезать в чужие диалоги. Я переживу.
Ох ты ж.. Это был диалог? А я то и не заметил и на счет каникул обращался не к тебе.. Кто ж знал, что ты обидчивый
Всё-всё, успокойся )) Я знаю, что тёлки в истерике не способны остановиться и последнее слово обязательно должно быть за ней. Я с тобой на всё и во всём заранее соглашаюсь, а ты сейчас что-нить песдани, ну в своём бабьем стиле... а я промолчу. Ок? )))
Сам то понял, что написал? Прочитай пять раз и подумай, а отвечать и правда не стоит, хорошая идея, тут я с тобой согласен, если ты до сих пор один мусор писал, то дальше будет только хуже
Шутник... Вишневская тоже большая шутница...